Обыкновенный говорящий кот Мяун и его семья

Елена Семёновна пыталась было что-то ещё говорить, но сын молча вышел из комнаты вслед за врачом. Пока она надевала халат и искала тапочки, входная дверь захлопнулась, и она поняла, что осталась в квартире одна.
 
Глава 6. Резкие повороты
 
– Саш, врач был. Сказал, что мать можно в космос отправлять. Это всё враньё было. Я еду к тебе! – Илью трясло от ярости. Как можно было так им играть? Он что, вещь? Ребёнок маленький? Типа, не играй роботом, а играй лучше машинкой?
Смартфон начал трезвонить, когда он был уже на въезде в Москву. Илья долго сдерживался, не брал, но в конце концов не выдержал.
– Илюшенька, не сердись, я же хотела как лучше! Сашка твоя – это дрянь! Это ведь она врача прислала, да?
– Нет.
– Милый, мальчик мой, не сердись! Я тебя люблю, возвращайся ко мне! Прости, но всё это было только ради тебя! Я всю жизнь для тебя отдала… А она… Она подговорила тебя мне не верить. Я знаю! Вот Милочка…
– Я ничего и никогда не хочу слышать про Милу и её мать! А ты…
Илья пытался сдержаться, не высказать грубости, которые матери говорить нельзя ни при каких обстоятельствах, и вдруг заметил вылетающий сзади небольшой фургончик, вывернул руль в сторону, нажал на газ, почти ушёл от столкновения, но водитель фургона, пытающийся проехать на красный свет, врезался машине в левый бок, вспорол его и откинул автомобиль Ильи в сторону.
Елена Семёновна, судорожно сжимая смартфон в руках, услышала звук удара, визг тормозов и крик сына. Она набирала его номер вновь и вновь, но длинные гудки звучали безнадёжно и тоскливо. Она, захлёбываясь слезами, набрала номер проклятой девки и высказала ей всё!
– Это всё ты, ты виновата! Если бы не ты, он был бы жив-здоров! И со мной! – кричала она в трубку.
Сашка медленно отключила смартфон и начала набирать номер Ильи – безнадёжно. В кабинет заглянул её директор, испугался её дикого вида и, выяснив, что произошло, позвонил своему бывшему однокурснику, который работал в ГИБДД, а уж тот легко выяснил по номеру машины Ильи, что да, произошла авария, пострадавших двое, оба живы, обоих везут в Склиф.
– Куда? Стоять! Ни за какой руль ты в таком состоянии не сядешь! – рявкнул директор, Сашку очень ценивший и уважавший. – Сейчас тебя водитель отвезёт к жениху. А то ещё не хватало тебя там же разыскивать!
Сашка в дороге пыталась сообразить, стоит ли ей звонить матери Ильи, но как раз когда она решила, что, пока ничего толком не известно, звонить не стоит, смартфон завибрировал.
– Ну как, милая? Илья что сказал? – крёстная Ильи была в шоке от известий, зато сказала, что сама Елене Семёновне позвонит.
Сашка не сильно обрадовалась, когда в больницу приехала не только Елена Семёновна, но и её худая тонкогубая подруга Раиса с дочерью Милой. Если бы не то, что рядом с Сашкой оказалась Аня, прибывшая поддержать подругу, ей бы пришлось много чего выслушать. Дамы были настроены очень воинственно.
– Кто здесь родственники Ильи Красина? – врач устало осмотрел группу женщин.
– Я! Я мать!
– А я невеста, – Сашку бил озноб, и врач сочувственно покосился на неё.
– Ну, в общем, повреждён позвоночник, мы делаем всё возможное, но пока… – врач развёл руками.
Елена Семёновна разрыдалась на плече у подруги, а сама Раиса быстро переглянулась с дочкой.
– Леночка… Ты держись, держись, милая. Ты… ты, того… Остаёшься тут? – Раиса осторожно отстранилась.
– Дддаа, конечно!
– Ну хорошо, мы поедем тогда.
– Куда? – Елена Семёновна непонимающе воззрилась на подругу, к помощи и заботе которой за последние дни так привыкла.
– Как куда? Домой. Поздно уже. Милочка тоже устала. Да, Мила?
– Да, мам, поедем уже скорее.
– А… А как же Илья?
– Ну, очень-очень жаль, что так вышло, но чем мы-то теперь можем помочь? – удивилась Раиса. – Позвоночник, это такая серьёзная штука, я тебе как врач говорю.
– Ты ж мне рассказывала, что Мила жить без Илюши не может! – вскинулась Елена Семёновна.
– Ну, значит, сможет. Не инвалида же на себя вешать! – решительно заявила Раиса, и Мила подтвердила слова матери энергичным кивком. В самом-то деле, эти новости меняли всё! Высокий, сильный и спортивный Илья, который отлично зарабатывал и прекрасно выглядел – это одно, а то, что сейчас с ним произошло – это совсем, совсем другое. Нет уж, такое им и даром не надо и в придачу не надо!
 
– А как же… А как же мы? – Елена Семёновна, не веря своим глазам, смотрела вслед лучшей подруге. – А ты? Ты чего сидишь? Чего ты тут забыла? Проваливай. Что тебе теперь надо, раз он инвалидом будет! – она наткнулась взглядом на бледную Сашку.
– Никуда я не пойду. И проваливать не собираюсь! Главное, чтобы выжил, а будет он инвалидом или нет, дело десятое. Мы с ним разберёмся и справимся! – Сашка не знала, что такое было на её лице, но скандальная баба, одной своей дурью разбившая их счастье, вдруг расплакалась и кинулась к ней на шею.
Илья с загипсованной левой рукой и перевязанной после порезов правой, вышел из дверей приёмного покоя и остолбенел. Его матушка, повиснув на шее Сашки, выла белугой, а Сашка, взъерошенная, бледная, сосредоточенная, успокаивала её, гладила по плечам, стараясь незаметно вытереть свои слёзы.
– Ээээ, а чего это вы тут делаете? – неловко уточнил Илья, и был почти смыт волной слёз, криков мамы и попыток кинуться на него с объятиями.
– Какой позвоночник? Мой? – Илья покосился через плечо. – Мой точно в порядке. Руки, да. Одна сломана, вторая порезана, но это фигня, ничего такого. Почему врач сказал? Понятия не имею.
Врач, пробегавший мимо, был изловлен и призван к ответу.
– Ну? А я что сказал? Илья Красин? Ой, простите, замотался. Там второй пострадавший Илья Красильников.
Аня потрясла Сашку, которая выглядела так, словно просыпалась от кошмарного сна.
– Ты в себя сама придёшь, или водой тебя облить?
– Не надо её водой, что вы! Девочка моя, прости меня! Я-то думала, что вертихвостка какая-то попалась! А ты ж моя милая, ты ж моя хорошаяяяя… – Елена Семёновна, отпустив ошарашенного сына, приникла к Сашке и начала заливать слезами уже её.
– Ну конечно, конечно. Слезами-то гораздо лучше обливать, куда там та вода! – думала Аня, с трудом оторвав будущую свекровь от будущей невестки, чтобы запихать их обеих в машину, не без умысла усадив Сашку и Илью назад, а Елену Семёновну на переднее сиденье. Сашка тут же обняла Илью, и по внешнему виду последнего стало понятно, что, с его точки зрения, дело того стоило.
– Я ж, дура такая, думала, что Милочка Илюшу любит, а они вот как! – гневно бормотала себе под нос Елена Семёновна, переживая предательство подруги, а оглянувшись назад, замолчала, словно её кто заткнул.
– И правда, чего ж я? Красивая. Да и хорошо! А почему рядом с Илюшей должна быть та слащавая выдра? А главное-то что? Главное, что рядом будет, что бы ни случилось! Хорошая девочка! – последнюю фразу она бормотала всю дорогу до Сашкиного дома, а уж увидев, как сын расслабился и заулыбался, оказавшись там, и вовсе решительно заявила, что свадьбу надо играть как можно скорее!
– Даааа, такое ни один котик не придумает, как в жизни-то происходит! – Мяун кивал головой у Ани на коленях, пока она пересказывала ему и Ваське последние новости. – Жаль, что Олега опять в командировку отправили, лучше бы эту будущую свекровь, конечно, домой отправить, но тебя мы уже не отпустим, а на электричке она не поедет.
– Нет, не поедет точно. Когда я уезжала, она чистила картошку на ужин и рассказывала Ите и котёнку, какая у них замечательная хозяйка. Кстати, животных она, как выяснилось, любит.
– А! Ну тогда не всё потеряно, глядишь, и образуется потихоньку! – насмешливо фыркнул Мяун. – Сашка мягкая и терпеливая. Стоит только вспомнить, сколько она Дениса выносила. После жизни с философом даже свекровь-манипулятор будет не так страшна. Тем более что всегда есть у кого спросить совета, если она будет очень уж доставать! – Мяун горделиво выпятил грудь, демонстрируя источник будущих мудрых советов.