Убитая жизнь (СИ)

И Таня решила воспользоваться, когда в деканате объявили распределение по практике. Ей не захотелось ехать в какой-то Мухосранск, в заштатное отделение Госбанка. Она считала, что достойна гораздо лучшего. С её-то мозгами и оценками…
Так она и заявила своему руководителю практики — прямо и безапелляционно.
Тот окинул её оценивающим взглядом и вяло поинтересовался:
— И чем же вы лучше других, голубушка?
Она не смутилась и не занервничала. Мозги заработали чётко, как бульдозер, сметающий гору мусора.
— А чем Аралушкина лучше меня? У неё и оценки хуже…
Артём Григорьевич усмехнулся.
— А вы, Татьяна, сходите к замдекана своего факультета, и поинтересуйтесь у него. Распределение подписываю не я. Он курирует научные работы студентов и посчитал, что Аралушкина, видимо, перспективнее вас. Если он что-то поменяет, то я не буду возражать.
Таня двинула к замдекана, не откладывая в долгий ящик. По лестнице поднималась, нарочито выпрямив спину и виляя бедрами, заставляя студентов спотыкаться на ступеньках, когда те сворачивали головы в её сторону.
— Ни фига себе, какая красотка!
Не сдержался кто-то. Это возглас придал Тане дополнительную уверенность.
К замдекана попасть было не так просто…
— Вознесенская, а что вы хотите?
Вопрошала сухая, как вобла, секретарь замдекана, поправляя огромные, в половину лица, очки.
— Я хочу, чтобы мне поменяли место моей преддипломной практики, — выпятив грудь, Таня надменно возвышалась над невзрачной секретаршей.
— Предложения о месте практики должен дать ваш научный руководитель, — завистливо сглотнув слюну от вида Таниных прелестей, сверкнула глазами секретарь.
Таня слегка опешила — её гоняют, как собачку за сахарной костью. Это было недопустимо в её понимании, и она отправилась домой — жаловаться бабушке.
К своему удивлению дома она застала отца.
— Вот что, доча, — он взглянул на стол, накрытый бабулей для руководителя практики. — Оставь мечты до лучших времён. Собирайся, поедешь на практику ко мне. Я приватизировал предприятие и мне нужно поставить на нём автоматизированный бухучёт.
Таня недовольно сморщилась. В её представлении практика на предприятии отца была ещё худшим местом, чем мифический Мухосранск. Пришедший к ним на ужин Артём Григорьевич почему-то занял позицию отца.
— Это будет очень хорошей работой, — сказал руководитель практики, опрокидывая рюмку и поглядывая на вырез Таниной блузки. — После защиты дипломной работы я бы мог рекомендовать вас на двухгодичные курсы аудиторов. Это весьма перспективное направление… И, кстати, на курсах обязательная поездка за границу. Очень многие иностранные компании рассматривают Россию, как выгодное вложение капитала и создание совместных предприятий.
После практики Таня «отработала» оценку «отлично» в гостях у Артема Григорьевича, но ни ему, ни ей, это не доставило удовольствия. После этого Таня воспринимала близость с мужчиной, как некий инструмент для достижения цели — не более. Или как короткое, но достаточно действенное снятие внутреннего напряжения. До последнего охотников было хоть отбавляй, но Таня весьма выборочно подходила к вопросу выбора «партнёра».
  
Не суй нос, куда не надо
 
Таня собиралась в Москву в скверном расположении духа. Она плохо спала и чувствовала, что её нервы на пределе. Организм беспокойно отреагировал на прошедшее, требуя мужского вмешательства. Смотря на работающего Евгения, у Тани начинало болезненно тянуть внизу живота, а грудь наливалась тяжестью, будто по невидимой трубке в неё что-то закачивали.
Так она и стояла у окна, потягивая кофе, и неожиданно вспомнила про Антона. И как она смогла забыть о мести этому никчемному существу?! Ведь только благодаря ей…
Таня схватила телефон и набрала прямой номер мэра города.
— Татьяна, доброе утро! — голос градоначальника елейно лился из динамика. — Надеюсь, что вы придёте на мой юбилей. Буду рад вас видеть…
— Спасибо, приду, — Таня поморщилась. Сейчас ей было не до приглашения. — Я по делу…
 
— Слушаю, — едва заметно вздохнул мэр.
— Помните, я вам посоветовала взять в администрацию некого Антона?..
— Да, помню, — мэр произнёс это с явным неудовольствием.
— Мне хотелось бы, чтобы вы пересмотрели его кандидатуру.
— И как? — недовольство градоначальника уже рвалось из трубки.
— Увольте его на хрен, — чуть не вскрикнула Таня, но, похоже, мэр только обрадовался такому повороту.
— Это вы серьёзно?!
— Да!
Мэр, хоть и не был мудрым, но все же, недаром сидел в своём кресле. Ему хватило ума не расспрашивать Таню о причинах такой просьбы.
— Не вижу препятствий, Татьяна Сергеевна! Жду вас в ресторане «Бережок» завтра в семь вечера. Будет много интересных людей.
Она ещё раз поблагодарила мэра за приглашение, понимая, что он не зря упомянул «интересных» людей. В городе явно что-то затевалось — свободной земли было много, и она попусту простаивала не первый год. С появлением близ города дублёра федеральной трассы и реконструкцией железнодорожного городского узла инфраструктура городка стала более благоприятной для привлечения инвестиций.
Что же, её задумка поехать в столицу и придать себе стоящий респектабельный лоск как никогда вовремя. И Валерия с навыками стилиста очень даже поможет в этом. А Евгения… ладно, оставим в покое. Но только пока!
Таня посадила в машину Валерию, и, отдав распоряжения Майе Николаевне, тронулась в путь. Чуть притормозив, взглянула на Евгения, отгребавшего тяжелый подтаявший снег от ворот усадьбы. Он даже не выпрямился, чтобы посмотреть вслед машине.
— Робот чёртов!
Прошипела тихо Таня, выруливая на Центральную улицу. Валерия сделала вид, что не слышала.
Дорога до столицы отняла у Тани много сил и времени. Захотелось перекусить, в туалет, а тут ещё телефон стал настойчиво верещать вызовом Сергея.
— Чего тебе?! — Таня крутила руль, стараясь припарковаться у торгового центра.
— Ты куда улетела, сестрёнка?! Надо срочно поговорить! — голос брата был встревоженный.
— Я в Москве. Что за срочность?
— Это не телефонный разговор. И не короткий… Когда вернёшься, сразу же мне отзвони.
Она выключила телефон, чтобы никто не посмел её тревожить во время столь ответственного мероприятия — выбора для себя того стиля, в котором Таня будет неотразима. Сейчас для неё это было очень важно. Важнее всех событий, что проходили где-то там…
Она вдруг поймала себя на мысли, что хочет понравиться Евгению. И не просто понравиться, а чтобы он захотел её! А она бы, издевательски отвергла…
От этой мысли Таня разволновалась. Пока всё выходило иначе — она его хотела, а он её отвергал. Причем делал это, будто само собой разумеющееся. И её это не то, чтобы бесило, а выводило из равновесия, к которому она привыкла.
Что толку с этих городских чиновников?! Она прекрасно видела, что при её появлении они делали «стойку» и слюна у них текла по подбородку, даже если они были в окружении своих жён…
Вспомнила слова Сергея…
«Тань, ты совсем берега потеряла?!»
И тут ей захотелось не короткого спазма, а продолжительного удовольствия. На грани безумства.
— Валер, я какая-то не такая?!
Таня глядела через лобовое стекло на стены торгового центра, вцепившись побелевшими пальцами за руль.
— Не поняла, — тихо отозвалась горничная с заднего сидения.
— Почему Евгений смотрит на тебя и на Майю… а на меня совсем не обращает внимания.
Валерия часто заморгала. Откровения хозяйки её ошеломили.
— Да с чего вы взяли?! Он на нас смотрит мельком, даже когда разговаривает… иногда.
— Тогда что же вы так млеете от него?! — чуть не крикнула Таня. И услышала ответ, который не ожидала.
— Потому что он мужчина, которому хочется понравиться…
Таня резко обернулась. Горничная, испуганная своим откровением, вжалась в сидение.
— И что дальше? — просипела хозяйка.