Ты будешь моей, адептка, или Демон плохому не научит (СИ)
Потеряв лифчик, я решила ускорить бег. Даром что ночь на дворе, в коридорах полно народа: «Солнце» ведь наше «Черное» и студенты все сплошные совы да переученные бывшие жаворонки. Бегу, несусь, руками закрываю грудь и другие интересные части тела, одежда на мне тает, аки прошлогодний снег, а у адептов, мимо которых я пролетаю, глаза на лоб лезут.
Дверь! А вот и она, родненькая, родимая, драгоценная дверь в мою спальню.
Забежав в комнату, я тут же кинулась к шкафу. Скорее прикрыть непотребства, избавиться от неприятного чувства уязвимости.
— Эй, ты что, ходила на лекцию в таком виде? Эй, ты что, плачешь? Эй, что случилось?
Нигде покоя нет. Моя соседка по спальне Мэри Джослин или, как ее тут прозвали, Эй-Джо, по обыкновению, прогуливала занятия. А еще она была главной сплетницей «Черного солнца», а еще — любительницей поработать жилеткой для слез. Вот только вся любопытная информация, которую вместе со слезами на нее изливали страдалицы, на следующий день становилась достоянием общественности. Так что нет, увольте. Пойду-ка я, пожалуй, пострадаю в одиночестве. Молча. В укромном уголке. Подальше от посторонних глаз.
— Эй, ты куда? Эй, может, тебе помочь чем-то надо? Например, выслушать?
Поздно. Дверь захлопнулась за моей спиной, и я побежала, на этот раз, слава богу, одетая, в парк рядом с академией — орошать землю слезами.
Подходящее дерево, к счастью, обнаружилось быстро — черное, раскидистое, полностью сбросившее листву, оно возвышалось на краю оврага в полукилометре от «Черного солнца». Под ним я и устроилась, чтобы всецело, без остатка предаться своему горю.
Они смеялись надо мной. Вся группа. Все шестнадцать человек. Ржали, как кони, и показывали на меня пальцами. Особенно девчонки. Те просто угорали, полные злорадного ликования.
Порыв осеннего ветра окатил прохладой лицо, влажное от слез и горящее от стыда. За спиной вдалеке горели окна готического замка с бесчисленными башенками и шпилями. Восьмикрылый дракон снова вытянул шею и распахнул зубастую пасть, чтобы позвать адептов на занятия. Что там у меня после зельеварения? Зеркала и иллюзии? И ты, Иви Харпер, не пойдешь? Пропустишь лекцию акулы Айлин, самой злобной мегеры «Черного солнца», люто ненавидящей прогульщиков?
Не пойду. А как после случившегося показаться однокурсникам на глаза? Они же шептаться будут. И пялиться. Сегодня надо мной смеялась моя группа, завтра станет смеяться поток, а послезавтра — вся академия. Слухи разлетаются быстро. Скоро любопытные взгляды будут липнуть ко мне в каждом классе и коридоре, как ноябрьская грязь к ботинкам.
Я посмотрела на свои ботинки, безнадежно испорченные, облепленные влажной землей, и расплакалась еще горше. Так оконфузиться перед профессором Морганом!
Я покажу. Покажу свои сильные стороны. Вам.
Перед лицом внезапно замаячил черный платок. Явно Злобнокусь явился молить о прощении — вон флагом трясет, о перемирии просит. И пусть флаг не белый и вообще не флаг, намерения паскудного кошака кристально ясны: раскаялся, гаденыш, пришел подлизаться и разжалобить хозяйку.
— Ты! Тварь блохастая! — закричала я, яростно хватая платок и разворачиваясь. — Сейчас я эту тряпку тебе в пасть затолкаю.
Ой.
Опершись плечом о древесный ствол, на меня сверху вниз взирал сам Карвен де Берг, демон, прибывший к нам из Модракса по программе студенческого обмена. Безумно красивый и загадочный тип, о котором вот уже неделю сплетничала вся академия.
«Демоны опасны, — раздался в голове замогильный голос ректора. — С ними лучше не связываться. Любое неосторожное слово способно их оскорбить, и тогда пиши пропало. Мой вам совет — держитесь от новенького подальше».
Демоны опасны, держитесь подальше… А я только что пригрозила затолкать носовой платок демону в глотку. Ай да я! И это, кстати, был наш первый за все время разговор.
— Чудесный вечер, не находите? — Пытаясь исправить ситуацию, я растянула губы в улыбке, но тут же не удержалась и некультурно шмыгнула носом.
Черная бровь Карвена де Берга, и без того иронично приподнятая, поползла выше, изогнулась сильнее.
— Отличная ночь, — согласился демон. — Полная незабываемых зрелищ.
Он намекал на?..
Тоже ведь видел, как я выпила зелье и платье на мне…
Я неосознанно смяла в кулаке платок.
— Что тебе от меня надо?
В Бездну инстинкт самосохранения!
Демон фыркнул, к счастью, похоже, пребывая в благодушном настроении.
— Очень впечатлился вашими сильными сторонами, мисс Харпер. И, возможно, решил показать свои. Сильные стороны.
Ах, наглец! Думает, раз девица разделась при всем честном народе, так сразу гулящая, готовая всем без разбора показывать свои кх-м сильные стороны?
Я набрала полную грудь воздуха, собираясь разразиться гневной тирадой, но негодник меня перебил:
— Вы чем-то возмущены, милейшая адептка?
Возмущена? Да я сейчас от негодования просто лопну!
Неуловимо улыбаясь, демон смотрел на меня из-под упавших на лицо черных волос и продолжал невозмутимо опираться плечом о дерево.
— Да как… да почему… Да с какой стати вы решили, что мне интересны ваши… ваши сильные стороны?
Карвен де Берг картинно нахмурился, затем пронзил меня острым взглядом, при этом на дне его черных глаз бесы разводили костры.
— Говоря о сильных сторонах, моих и своих, вы имели в виду?.. Ох, Хаос и Первородная тьма, какая же вы, адептка Харпер, невыносимо пошлая. Подумать о таком. Ай-яй-яй, — он покачал в воздухе указательным пальцем, увенчанным длинным острым ногтем черного цвета. Да каким там ногтем — настоящим когтем. — Речь шла о достоинствах. Специально для вас уточню, не телесных.
От унижения у меня запылали щеки. Так я и поверила. Нашел дурочку, господин демон. Сам намекнул, а я пошлая?
— Ваши нетелесные достоинства мне тем более не интересны, — заявила я с гордым видом, но, услышав короткий смешок, поняла свою оплошность. Прикусить бы тебе язык, Иви, от греха подальше.
Карвен де Берг, ослепительно красивый в свете полной луны, смотрел на меня, выгнув бровь, и иронически улыбался. Черные волосы, черные глаза, черные рубашка и брюки, черная мантия и ботинки, черные когти слишком длинные для мужчины, но, очевидно, не для демона. И белая-белая кожа.
— И все же прошу выслушать мое предложение. Есть вероятность, что оно вас заинтересует.
Предложение? Карвен де Берг, этот инфернальный красавчик, в которого как пить дать уже успела влюбиться половина девиц из группы, делает мне какое-то предложение?
— Исключительно пристойное, — заверил наглец и подразнил: — Или пристойное предложение вам тем более не интересно?
«А главное, помните, — опять пролез в мысли голос ректора, — не заключайте с демонами никаких соглашений, не ввязывайтесь в споры, не принимайте подарков. Вас обведут вокруг пальца, как последних простофиль».
— Что за предложение?
Ну любопытно же! Я только спрошу.
— Взаимовыгодное, — еще шире расплылся в улыбке де Берг и наконец отлип от дерева, под которым я сидела. Он наклонялся ко мне — наклонялся и наклонялся, целую вечность, — сверкая черными, непроницаемыми глазами. Теперь я заметила, что, помимо длинных острых когтей, у него имеются не менее длинные и острые клыки, не чета обычным человеческим резцам.
Демон. Истинный демон. Еще и свет луны бьет в спину.
И вот я уже вся обратилась в слух, подобралась в предвкушении, загорелась любопытством, готовясь узнать, что такого заманчивого вздумал предложить мне, простой смертной, этот представитель самой таинственной и опасной расы в мире. Но неожиданно где-то внизу раздалось пронзительное громкое: «Мяу!»
Злобнокусь! Шерстяной виновник моего грандиозного позора выгибал черную спину и — только поглядите на него! — настойчиво терся о ноги демона. А как же: «Загрызу любого, кто к тебе приблизится»? Пустозвон мохнатый.
— А кто это у нас такой симпатичный? — умилился де Берг и присел на корточки, чтобы взять кота в руки, как вдруг…