Не сдавайся (СИ)

— Да, — ответила она. — И я отложила кое-что, чтобы подарить тебе и Мерри на свадьбу.
Я посмотрела на нее, сузив глаза.
— Не начинай нести эту чушь. Ты — девчонка. Ты должна поддерживать меня.
— Куда веселей доставать тебя, — ответила она.
Черт.
Я должна была это предвидеть.
Дасти была очень похожа на меня. В ней была женственность, но не особо много. По большей части она была прямолинейной и честной, и ее полностью это устраивало.
  
Я подняла руку и обвела взглядом дальний конец бара, заявив:
— Думаю, Феб сможет справиться с напитками для вас всех.
— Слабачка, — хмыкнул Кэл.
— Мне нужно быть в хорошем расположении духа, чтобы получать чаевые, — ответила я.
— Почему? — огрызнулся он. — Ты зарабатываешь чаевые годами, а не одним днем.
Он был прав.
— Ты тоже можешь поцеловать меня в задницу, — ответила я.
— Отстой, — пробормотал он.
Он не ошибся.
Боже, с Мерри, который делал меня счастливой, я смягчалась и теряла свою остроту.
Я не гордилась тем, что продолжаю проявлять слабость, но мне действительно нужно было зарабатывать чаевые.
Поэтому я пробормотала в ответ:
— Как скажешь, — и побрела дальше по бару.
Вечер продолжался, и в «Джей и Джей» наступила пятница. Время встречать выходные и делать это правильно: выйти из дома, пропустить пару стаканчиков и пообщаться с собратьями по Бургу.
Так что я была занят.
И только гораздо позже ему представилась возможность.
Будучи собой, Бенни не мог ей не воспользоваться.
Кэл был занят разговором с Райкером и Колтом, Вай была рядом с ним, его рука обвилась вокруг ее шеи, прижимая женщину к себе. А Майк, Дасти и Фрэнки болтали с Ди, которая стояла рядом с ними, держа полный поднос пустых блюд.
Бенни участвовал в разговоре с Кэлом, но освободился и встретился со мной взглядом, когда я протиснулась мимо них, чтобы взять бутылку пива, которая стояла в ближайшем к ним холодильнике.
— Довольна? — спросил он тихо, специально для меня.
— Да, — тихо ответила я, специально для него.
— Хорошо, — проговорил он и одарил меня своей киношной белоснежной улыбкой.
Он ошибался.
Было не просто хорошо. А прекрасно.
Но я не стала его поправлять.
Я посмотрела на его беременную жену, потом на него.
Он знал, что такое прекрасно.
Я улыбнулась ему в ответ.
Затем, пока никто не заметил наш момент и не стал меня этим подначивать, я прекратила разговор и вернулась к работе.
* * *
Субботний день
Я скользнула губами по горлу Мерри, пока последние спазмы моего оргазма проходили сквозь меня.
Судя по хрипловатому голосу Мерри я поняла, что отголоски его оргазма все еще не покинули его, когда он пробормотал:
— Похоже, моя кареглазка умеет заниматься любовью.
Я улыбнулась.
Мой ребенок проводил время в доме друга, развлекаясь.
А я была в квартире Мерри, пытаясь выложиться по полной.
Похоже, мне это удалось.
Я скользнула губами к его челюсти.
Я сидела сверху, Мерри все еще был внутри, так как мы только что закончили, его руки крепко обхватывали меня. Но когда мои губы раздвинулись, он ослабил объятия, и его руки легко и сладко заскользили по моей спине.
— Заказал столик в «Суонке», детка. На шесть тридцать. Подойдет? — сказал мне Мерри.
— Да, — ответила я ему, размышляя, что надеть, и надеясь, что один из двух нарядных костюмов Итана все еще ему подходит.
— И у меня есть бронь билетов на следующий домашний матч «Колтс». Мне нужно знать, брать два билета или Феб сможет уладить все, чтобы ты пошла с нами.
При этих словах я подняла голову и посмотрела ему в глаза.
— Что?
— «Колтс» против «Сэйнтс». В следующее воскресенье. Можешь попросить Феб устроить тебе выходной?
— Ты покупаешь билеты? — спросила я.
— Э-э… да. Я именно это и сказал, детка.
— Билеты на игры «Колтс» дорогие, Мерри.
— Может быть, Шери, но Итан сказал, что никогда не был на игре.
Я покачала головой.
— Он не был, но… Суонк… — Я не договорила, поскольку уже и так все было понятно.
Он был копом, а не Рокфеллером. Ужин в «Суонке» на четверых мог легко обойтись ему почти в пятьсот баксов. Я тоже никогда не была на игре «Колтс», поэтому не знала, сколько стоят билеты. Но была в курсе, что их не раздают просто так.
— Да, это его подарок, — подтвердил Мерри. — Стейк, который можно резать вилкой, и игра «Колтс».
Я уставилась на него, совершенно не зная, что делать.
Ведь из всех подарков, которые Мерри мне дарил, этот был самым потрясающим.
И видимо мне придется контролировать эту его часть.
— Великолепно, — осторожно начала я, — мне нравится такая щедрость, но ты разоришься, если попытаешься дать ему все то, чего он не получил в жизни.
— Кареглазка, — ответил Мерри, похоже, тоже осторожно, — все самое важное в жизни он уже получил. Он умный, и знает это. А раз он умный, знает это и ценит, а еще показывает себя хорошим ребенком, заботясь о маме и бабушке, то должен получить за это вознаграждение в виде возможности пойти на игру «Колтс».
— Ты рассматриваешь возможность покупки дома, — напомнил я ему.
— Дома будут всегда. Но возможность сводить одиннадцатилетнего мальчика на его первую игру «Колтс» выпадает лишь однажды.
Новое ощущение ударило мне в глаза, а потом одновременно в горло и в живот.
Лицо Мерри потеплело.
Он знал, что я чувствую.
И зная меня, он не стал ничего говорить по этому поводу.
— Так ты собираешься попросить у Феб выходной? — поинтересовался он.
— Да, я собираюсь попросить у Феб выходной.
Его руки перестали блуждать по моей спине, и он обхватил меня.
— Тогда я возьму три билета.
Я уткнулась лицом в его шею и пробормотала:
— Это было бы здорово, Мерри.
Мы лежали вместе в объятиях друг друга. И девушка, которая никогда не позволяла себе мечтать, оказалась на пике сбывшейся мечты.
Когда пришло время, Мерри приподнял меня, чтобы выскользнуть из меня. Он сдвинул нас и одеяло. И направился в ванную, чтобы разобраться с презервативом. И вернувшись, вновь подвинул нас так, что я оказалась там же, где была до его ухода.
Лежала на вершине воплощенной мечты.
— Почему Риверс? — спросил Мерри, и, услышав его, я подняла голову, чтобы снова встретиться с ним взглядом.
— Почему?
— Риверс, детка. Ты могла бы выбрать любую фамилию. Мне нравится. Это круто. Но почему ты выбрала именно Риверс?
Я пожала плечами, опустила голову и снова уткнулась лицом в его шею, давая простой ответ.
— Мне нравится вода.
— Тебе нравится вода?
Я кивнула, прижавшись к нему.
— Мама всегда была официанткой. А папа всегда бездельничал. Она не могла дать мне многого, но старалась, чтобы каждое лето мы ездили в отпуск. Конечно, далеко мы выбраться не могли, да и ничего особенного тоже не было. Дерьмовые мотели. Еда в закусочных. Но она старалась изо всех сил. И она всегда находила воду. Отвозила нас к какому-нибудь озеру. Мы садились в автобус до Флориды и заселялись в какой-нибудь захудалый отель, но обязательно на пляже. Нам было плевать, грязный он или дешевый. Я отвратительно себя вела, но только не на отдыхе. Мы веселились. Расслаблялись. И забывали, что жизнь — отстой.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на Гаррета, и продолжила говорить.
— Хорошие времена. Единственные по-настоящему хорошие времена для нас обеих, которые не были омрачены дерьмом жизни или моим стремлением быть занозой в ее заднице. Поэтому я люблю воду. А, может, я просто люблю воду. Но думаю, причина в том, что мама надрывала свою задницу, чтобы подарить мне те времена, и это что-то значит для меня, да и моя мама многое значит для меня. И все это напоминает мне, что она дала мне самое важное, что я когда — либо получала — все, что мне нужно, чтобы быть хорошей мамой для ребенка, который у меня есть. Я не могла назвать себя Шер Лейк, Шер Оушен или Шер Бич. Поэтому я выбрала Риверс. Это работает.