Хищник

Ее семья стала первой в организованном бизнесе. В те времена Шэдоу-Порт был известен как портовый город. Расположенный на западном побережье страны и имевший выход в открытые воды через собственное море и реку, рассекавшую город надвое, Шэдоу-Порт до сих пор оставался одним из главных центров торговли. Предки Мораны углядели, какую прибыль из этого можно извлечь, и завладели городом, с годами неспешно захватив весь регион.
Жилая собственность, где жила Морана, изначально ограничивалась одним зданием. Ее покойный дедушка, а позже и отец, расширили владения до огромного особняка, от одного его вида у нее сводило нутро. В особенности от дополнительного крыла, которое пристроил отец и в котором он решал «деликатные» деловые вопросы. Она никогда не заходила в это крыло без крайней необходимости, которая, однако, возникла как раз таки сегодня.
Сглотнув, Морана медленно въехала на подъездную дорожку, осматривая пышную зеленую траву на лужайках, мимо которых проезжала, поглядывая на окно своей спальни на втором этаже. В ее распоряжении имелись целые апартаменты с собственной спальней, небольшим кабинетом, где она работала, гардеробной и всем прочим, что принадлежало только ей. Так было всегда.
Морана росла, ни в чем не нуждаясь, по крайней мере, ни в чем материальном. Если она хотела новый компьютер – ей доставляли его в течение пары часов. Если хотела новое платье – получала целый ассортимент на выбор. Раньше Морана считала проявлением отцовской любви то, что он давал дочери все, что она только пожелает. Но ей пришлось довольно рано усвоить, что это оказалось ошибочным представлением.
Отец поселил Морану на верхнем этаже прямо над своим, чтобы следить за ее перемещениями. Желания Мораны всегда исполнялись, чтобы она не начала искать способы исполнить их самостоятельно. Едва осознав это, она перестала чего-либо желать и взяла свой выбор в собственные руки. Во всяком случае, насколько это было возможно.
Подъезжая к дому, возле которого маячили двое охранников, Морана гадала, каково было бы расти с матерью. Стал бы тогда этот особняк для нее домом?
Ее мать оставила отца и эту жизнь через несколько лет после рождения дочери. Брак Алисы и Габриэля Виталио был заключен по одной причине, что древнее любви, – ради коммерческой сделки.
Отец Алисы, предприниматель с сомнительной репутацией, работал с Габриэлем и выдал за него свою дочь, тем самым скрепив пожизненную сделку с ним. Мать Мораны пыталась приспособиться к этой жизни, к этому миру. Правда пыталась. Но в конце концов после нескольких лет попыток она решила уйти. Насколько слышала Морана, мать пыталась забрать ее с собой, но отец настоял на своем и выдвинул ультиматум: либо Алиса уходит одна, либо не уходит вообще. Но Морана не знала, как все обстояло на самом деле.
Она плохо помнила свое детство, а теперь даже не представляла, где находится ее мать. Морана не раз пыталась найти ее втайне от отца, но это не дало никаких результатов. Очевидно, та не хотела, чтобы ее нашли, и после брака с Габриэлем Виталио ее сложно было в этом винить.
Отец никогда не ограждал свою дочь, не защищал ее и не внушал ей ложное чувство безопасности. С того момента, как Морана начала кое-что понимать, она уже знала обо всех ужасных и кровавых вещах, о которых только можно было знать в их мире, – о вещах, которые отцы должны скрывать от своих дочерей.
Что самое смешное, она восхищалась этой его чертой и ненавидела ее. Морана осознавала, что именно по этой причине он сочтет коды предательством и прикажет ее убить. Таким станет проявление его милосердия к дочери. Он выберет для этой цели профессионала и велит сделать все безболезненно. В конечном счете нужно же продемонстрировать, каким бывает наказание за предательство Габриэля Виталио, босса Шэдоу-Порта.
Припарковав машину на свободном месте, Морана вышла под звук раскатов грома и подняла взгляд на арочный дверной проем над низкой лестницей, что вела в дом. Возле двери стоял один из бандитов отца, и, вздохнув, Морана не удостоила его вниманием, как поступала бо́льшую часть своей жизни, и вошла внутрь. Она никогда не разговаривала с подчиненными отца, за исключением нескольких человек из обслуживающего персонала, и тем более не проявляла к ним дружелюбия. Они игнорировали ее, и она отвечала им тем же.
 
Интерьер дома был оформлен со вкусом, в фойе располагались лестница на второй этаж и коридор в левой стороне, ведущий в другое крыло. Морана на миг закрыла глаза, остро ощущая, что шла навстречу неминуемой смерти, но зная, что должна это сделать. Если она будет держать отца в неведении, это может стоить еще большего количества невинных жизней. С его связями и знаниями Габриэль Виталио мог бы изъять коды и уничтожить их.
Морана неспешно направилась к той части здания, в которую редко захаживала. Сосредоточилась на том, чтобы сохранять дыхание ровным, а голову ясной, и сжала руки в кулаки. Что бы ни случилось, умолять она не станет. Не станет молить ни о пощаде, ни о кодах, ни о чем.
Она позволила себе прокрутить в мыслях встречу, на которую только что ездила в город. Вновь ускользнув от своих охранников, Морана встретилась с однокурсником, крайне умным парнем, и спросила у него совета в надежде, что он сумеет помочь ей отследить код. После того как она целую неделю пыталась сделать это самостоятельно, пока не начало жечь глаза и не заболели пальцы, этот парень стал ее последней надеждой.
Поэтому Морана расплывчато описала ему проблему, уповая на какое-то волшебное решение, которое укрылось от ее внимания. Однако его не было. Как отметил ее приятель, сама природа кодов такова, что их невозможно изъять, не оказавшись в радиусе пятнадцати метров от них. А это было невозможно, потому что А: кодов у нее не было, и Б: Морана даже не представляла, где они. Джексон думал, что они у Клана. А поскольку сыновья Клана пришли к ней за помощью, Морана не сомневалась, что у них кодов тоже нет.
Хотя, может, и есть.
Может, они у Тристана Кейна.
А что, если коды все же находились у него, но он по какой-то причине их прятал? Морана видела, как он даже глазом не моргнув солгал своему брату, видела, как пытался ее спугнуть. Вдруг он в самом деле нанял Джексона и ложно подставил самого себя? Да что она вообще знала об этом человеке, чтобы верить ему на слово? Судя по тому, что она слышала, он был вовсе не тем, кем казался, да к тому же являлся тем еще ублюдком.
Чем больше Морана размышляла об этом, тем больше убеждалась, что с ним было что-то не так. Тристан Кейн угрожал ей по одной-единственной причине: пытался прогнать ее, а сбежав, Морана дала бы ему именно то, чего он хотел. Вопрос только в том почему? Почему он позволил ей уйти с вечеринки Клана незамеченной? Почему позже встретился с ней на пару с Данте, а потом солгал ему и убил Джексона? Почему запугивал, если вообще не нуждался в ее помощи? Каков его тайный интерес? Что он задумал? И если коды, не дай бог, правда были у него, то зачем делать вид, будто это не так? Зачем отправлять и ее, и свою собственную семью искать ветра в поле? Какое значение для него могли иметь эти коды?
И главный вопрос: если коды не у него, то зачем он прогнал ее, если Морана – его главный шанс их найти?
Чего он, черт подери, хотел?
Проклятье, этот мужчина напоминал книгу с пустыми страницами, исписанными невидимыми чернилами, которые она не представляла, как прочесть. В этой книге хранилось так много информации, так много ответов, но ее ждало лишь разочарование.
Вздохнув, Морана покачала головой, прогоняя мысли о невыносимом мужчине, который занимал первое место в ее списке на уничтожение, если, конечно, она вообще доживет до того, чтобы его убить. Но сейчас у нее нет возможности думать о нем или его непонятной ненависти.
Ей нужно сосредоточиться на другом.
Например, на том, чтобы постучать в дверь отцовского кабинета.
– Просто покончи с этим, – пробормотала Морана себе под нос, набираясь смелости. – Ты не трусиха. Ты гений и создала нечто поразительное и устрашающее. Так что признайся в этом.