Хищник

Но он продолжал тихо стоять в укрытии.
– Ты хотел увидеть ее собственными глазами, Лоренцо, и вот она, – сказал плохой человек с одного конца стола боссу, который сидел напротив. Он откинулся на спинку кресла и опустил руку на стол. – Теперь мы можем перейти к делу?
Тристан стиснул зубы, услышав его тон.
– Через минуту, – сказал босс, закурив сигару, и его окутали клубы дыма.
Воздух, раздуваемый потолочным вентилятором, кружил и разносил дым по комнате.
– Алиса, – велел плохой человек женщине. – Забери Морану и оставь нас.
– Оставь ребенка, – протянул босс, когда женщина встала.
Она замешкалась на секунду, а потом развернулась и вышла из комнаты. Дверь за ней закрылась. Маленькая девочка, Морана, ничего не замечая, сунула в рот край своего розового платьица и начала его жевать.
Голос босса нарушил тишину.
– Раз из всех пропавших девочек только твоя дочь была найдена, ты окажешь мне любезность и ответишь на вопросы моего человека, правда, Габриэль?
В его голосе слышалось что-то, чего Тристан не мог понять – будто он говорил загадками.
Плохой человек поднял брови.
– У кого ко мне вопросы?
Глаза босса заблестели в свете ламп, расставленных по всей комнате.
– У начальника моей охраны. Его дочь пропала несколько недель назад.
Тристан сделал глубокий вдох, когда его отец выступил вперед и подошел ближе к столу, а плохой человек, Габриэль, кивнул ему в ответ.
– Как пропала ваша дочь? – Тристан услышал, как его отец задал вопрос спокойным тоном.
Он никогда не понимал, как папа мог так кричать дома, но оставаться таким сдержанным за его пределами.
Габриэль указал на дверь, за которой скрылась женщина в синем платье.
– Моя жена отвела ее на прогулку в парк и там потеряла. Мы не знали, что нашу дочь похитили, пока она не пропала на четыре дня.
Стоявшие рядом с боссом люди приосанились, когда отец Тристана кивнул и подошел ближе к столу.
– И как вы ее нашли?
– Мы не находили, – ответил плохой человек, Габриэль. – Ее оставили возле наших ворот среди ночи.
Вот так просто? Но почему?
Судя по всему, мысли его отца текли в том же направлении.
– Значит, ее похитили, а четыре дня спустя доставили к вам на порог? – спросил отец, его голос утратил прежнее спокойствие и стал похож на тот, который Тристан так часто слышал по ночам. – Как удобно.
Плохой человек сердито посмотрел на отца.
– Вы на что-то намекаете?
– Намекаю, черт возьми, – ответил отец, подойдя вплотную к столу.
Наклонился, и его лицо озарил свет ламп, а взгляд напугал Тристана.
Тристан посмотрел в его лицо, посмотрел на плохого человека, сидевшего на краешке кресла, посмотрел на ребенка между ними, и у него свело живот. Нужно унести ее, пока отец не начал кричать, а плохой человек ему отвечать.
– Я внимательно изучил вас, Габриэль Виталио, – произнес отец, а его голос становился таким же мрачным, как и взгляд. – Изучил, чем вы занимались. Пропало много девочек, и ни одну не вернули. Однако, когда дело коснулось вашего ребенка, ее отправили вам обратно в подарочной упаковке. Это может означать только два варианта: или они боятся вас, или знают. Так какой же из них верен?
Габриэль Виталио резко повернулся к боссу, метая взглядом молнии, а его люди напряглись и схватились за оружие.
– Ты ради этого пригласил меня, Лоренцо? Ради этого?
Босс рассмеялся.
– Ты прекрасно знаешь, зачем я тебя пригласил, Габриэль. Все кончено.
– Ты в самом деле хочешь, чтобы я прямо здесь тряс нашим грязным бельем? Я держу тебя за яйца, Ищейка, и ты это знаешь.
Босс откинулся на спинку кресла и усмехнулся, но взгляд его оставался безжизненным.
– Оглядись вокруг, Змей. Ты в моем городе. На моей территории. В моем доме. Окружен моими людьми. Твое ближайшее окружение тоже здесь. – Будто по команде, люди босса взяли на прицел людей Виталио.
Тристан громко сглотнул, внимательно наблюдая.
Габриэль Виталио сделал глубокий вдох.
– Ты не можешь меня убить, даже если разорвешь наше соглашение. У меня есть собственная территория и надежная защита.
 
– Я знаю. Возможно, я не убью тебя сейчас, – произнес босс. – Но могу сделать с тобой то же, что мы сделали со Жнецом.
Габриэль Виталио замолчал.
– Чертов ублюдок.
Тристан в удивлении вскинул брови. Кто такой Жнец и что они с ним сделали?
– Как я уже сказал, все кончено, Змей. Это означает, что начальник моей охраны может извалять тебя в грязи, мне все равно. Если ты не союзник, значит, ты враг.
– Ты глуп, если думаешь, что сумеешь угрозами заставить меня молчать, Ищейка, – тихо проговорил Габриэль Виталио. – Я могу сжечь твою империю дотла тем, что мне известно.
– Тогда готовься сгореть вместе со мной.
Тишина.
Тристан не понимал, что они имеют в виду, но затаил дыхание и оглядел всю комнату. Двое мужчин сверлили друг друга сердитыми взглядами через стол, а вокруг витало такое сильное напряжение, что Тристан почувствовал, как по рукам побежали мурашки. Он тихонько потер их, стараясь успокоиться.
Возможно, ему стоит уйти. Пусть взрослые поговорят. Здесь его отец. Он разузнает о Луне все, что только можно.
Но Тристан не сдвинулся с места.
Его взгляд то и дело возвращался к малышке, сидевшей на столе среди мужчин, к малышке, которая, вероятно, последней из всех видела его сестру. К малышке, что с любопытством рассматривала ложку, которую схватила ручкой. Тристан прикусил губу и остался на месте.
Тишину нарушил голос его отца, а резкие слова были адресованы плохому человеку. Змею.
– Где девочки?
Змей стиснул зубы.
– Да откуда мне знать?
Отцу Тристана не понравился такой ответ.
В мгновение ока он достал пистолет и прицелился прямо в голову Змея, а босс спокойно сидел и наблюдал за происходящим.
Змей потянулся в карман. Отец Тристана помотал головой.
– Не рыпайся.
Тристан держался за колонну одной рукой, его мышцы инстинктивно напряглись. Не сводя глаз с разворачивающейся перед ним картины, Тристан быстро нагнулся и достал из носка швейцарский нож, который однажды украл из отцовского тайника на случай, если придется защищать Луну. Нож казался тяжелым в руке, но Тристан крепко держал его, готовый сражаться, если придется.
Отец повернулся к плохому человеку и заговорил так громко, что Тристан вздрогнул, и нож, выскользнув из руки, порезал ему ладонь. Кожу обожгло от боли, он прикусил губу, не желая выдавать свое присутствие, и вытер слезы, потекшие по щекам.
– Я знаю, что вы в курсе, Габриэль Виталио. Знаю, что вам что-то известно. Рассказывайте, иначе я за себя не отвечаю.
Змей усмехнулся.
– Жалкий ублюдок, ты хоть представляешь, что происходит?
Тристану хотелось ударить этого человека в лицо. Забыв о кровавой ране, он хотел ударить его и сломать ему нос. Его сестра пропала, а он смеется? Когда его собственная дочь только что вернулась?
Тристан еще не встречал таких людей. Никогда не желал знать таких людей. Людей, которые так злобно смеялись.
Он содрогнулся.
Его отец приставил пистолет ближе к лицу мужчины.
– Расскажите мне! Что вы знаете?
Мужчина хмыкнул.
– Хочешь, чтобы я рассказал ему, Ищейка? Хочешь, чтобы я рассказал, почему ты так сильно жаждешь разорвать Альянс?
Тристан посмотрел на босса, который застыл неподвижно.
– Вспоминай Жнеца каждый раз, когда захочешь открыть рот, Змей.
Виталио оскалился, но промолчал.
Отец Тристана щелкнул пальцами.
– Какое это имеет отношение к моей дочери?
Змей пожал плечами.
И тогда отец начал действовать.
Не успел Тристан и глазом моргнуть, как он направил пистолет прямо на маленькое пухлое личико, и яркие глаза стали зачарованно рассматривать оружие.
Тристан не мог дышать.
Рука отца перестала дрожать, взгляд стал пустым.
– Если не скажете мне то, что я хочу знать, – тихо сказал его отец, – она умрет. Ваша дочь за мою дочь.