Хищник

Едва он ослабил хватку, у нее подкосились колени, и Морана снова осела на мягкие подушки, сквозь дурман глядя на его удаляющуюся мускулистую спину. Ее наполнила неподдельная ярость такой силы, что по телу пробежала дрожь. По венам стремительно пронеслось желание ударить его по лицу, хотя она знала, что была не в состоянии пошевелить даже пальцем.
Амара села рядом и стала ласково гладить ее по спине, глубоко вздыхая и смотря на Морану нежным взглядом зеленых глаз.
– Ты уж прости его.
Морана сонно моргнула, громко сглотнула, чувствуя, как голова раскалывается от боли, а темнота начинает застилать все перед глазами. Мир замер, а ее дыхание замедлилось.
– Ты должна понять, почему он…
Морана хотела. По какой-то непонятной причине она хотела понять, почему он ненавидел ее, и ненавидел так рьяно. Но, как ни пыталась, голос Амары начал уноситься вдаль, веки Мораны потяжелели, а мышцы обмякли. Она осела на подушки и окончательно поддалась небытию, не зная, очнется ли снова.
  
Глава 6
 
Преследование
 
Морану испугал внезапный рывок.
Не понимая, что происходит, она неспешно разомкнула тяжелые веки и увидела сквозь резь в глазах стремительно проносящиеся в темноте деревья и длинные участки безлюдной дороги впереди. Мгновение спустя в ее затуманенное сознание ворвалось жужжание двигателя, а вместе с ним запах парфюма, теплый воздух и прикосновение кожаной обивки к бедрам и плечам. Все это казалось крайне знакомым.
Морана заморгала и резко села, отчего ее снова накрыл приступ головокружения, а голову пронзил отголосок былой боли. Она огляделась вокруг.
Салон изысканного кремового цвета, брелок в виде очков и пистолета, свисающий с зеркала заднего вида, детектив в мягкой обложке, валяющийся на консоли вместе с черным клатчем.
Она находилась в своей машине.
За рулем сидела женщина. Женщина в сексуальном серебристом платье, которая с беспокойством на нее поглядывала. Где же она видела ее раньше?..
– Как ты себя чувствуешь? – спросила женщина тихим ласковым голосом, который почему-то прозвучал сипло в окружающей их тишине.
Что-то в ней казалось Моране знакомым. Она тряхнула головой, пытаясь привести мысли в порядок, и задумалась над вопросом, хотя сама тем временем посматривала, нет ли у незнакомки оружия.
Как она себя чувствовала?
– Растерянно, пожалуй, – тихо ответила Морана и нахмурилась. – Кто ты?
Женщина бросила на нее слегка встревоженный взгляд.
– Амара. Мы познакомились час назад. В клубе. Ты не помнишь?
Теперь, когда она упомянула об этом, к Моране стали возвращаться обрывки воспоминаний. Встреча с Данте. Флешка, убранная в сумочку. Путь к бару. Женщина, идущая ей навстречу. И…
Она стиснула челюсти, когда воспоминания разом пронеслись в ее голове. Раскаленная лава потекла по венам, пальцы впились в ладони, а в груди закипела кислота. Воспоминания вернулись, а вместе с ними и чистая ярость, которая едва не сотрясала ее тело и пробуждала желание ударить что-нибудь, да посильнее.
Сделав глубокий вдох, Морана повернулась к женщине и приковала к ней взгляд.
– Почему ты ведешь мою машину?
Амара быстро глянула на нее и снова стала смотреть на дорогу.
– Кое-что случилось после того, как ты потеряла сознание, – ответила она тем же тихим голосом, и Морана поняла, что он у нее такой от природы. – Тебе стало опасно там оставаться, и я решила, что лучше тебя увезти.
Морана с прищуром посмотрела на нее, пытаясь понять, насколько та была честна.
– И ты сделала это по доброте душевной?
– Отчасти, – еле слышно ответила женщина. – Но главным образом потому, что меня попросил Тристан.
Ладно.
Сердце Мораны забилось чаще в тот же миг, когда до нее дошел смысл этих слов.
Но прежде чем она успела что-то ответить, Амара снова заговорила своим сиплым голосом.
– Он сейчас едет за нами.
Что?
Морана обернулась посмотреть на пустую дорогу. Конечно же, огромный черный внедорожник следовал за ними по уединенной тропе, и Морана поняла, что они все еще были недалеко от клуба, а до особняка оставалось еще несколько километров пути. Фары ярко светили, а сам автомобиль ехал с той же скоростью, что и Амара, держась на расстоянии, в которое мог бы вклиниться еще как минимум десяток машин.
 
– Что с ним не так? – пробормотала Морана себе под нос, совсем не понимая этого человека, хотя в ней преобладало желание врезать ему в нос. Она стиснула зубы.
– Не уверена, что именно я должна рассказывать тебе об этом, – ответила Амара, и Морана повернулась к ней, стараясь не обращать внимания на свет фар, который видела краем глаза.
– Но ты собиралась мне что-то сказать, – настаивала она. – До того, как я упала в обморок.
Амара промолчала и поджала губы, и Морана вздохнула, понимая, что не получит ответа.
– Ты из их семьи? – поинтересовалась она, поддавшись любопытству по отношению к этой женщине.
Амара изогнула губы в легкой улыбке и покачала головой.
– Формально – нет.
Морана молча ждала, и Амара продолжила:
– Моя мама работала домоправительницей в доме Марони. Я с детства росла с ними, но никогда не была частью семьи.
– Тебя в нее приняли? – спросила Морана.
Амара помотала головой.
– Нет. Единственный, кого когда-либо принимали в семью, – это Тристан.
Морана внимательно смотрела на нее, и по какой-то неясной причине в ней зародилось тягостное чувство.
– Но ты знаешь эту семью?
Амара бросила на нее напряженный взгляд.
– Да. Но если ты думаешь, что я стану раскрывать какие-то секреты, ты ошибаешься. Я не делала этого в пятнадцать лет, не стану и сейчас.
Морана вскинула брови.
– В пятнадцать?
Она заметила, как Амара крепче сжала руль и на миг плотно поджала губы, а потом вздохнула.
– Меня похитила и держала в плену другая преступная группировка. Они пытались заставить меня говорить, а когда я не стала этого делать, мне повредили голосовые связки.
Сердце Мораны защемило от боли за эту женщину, а вместе с ней зародилось и своего рода восхищение ее силой. Пятнадцатилетняя девочка столкнулась с ужасами, но не стала им поддаваться. Морана знала, чего стоило быть сильной в этом мире, и, пускай эта женщина приходилась ей врагом, она не могла не проникнуться уважением к ее силе. Поэтому прониклась. Без раздумий.
– Данте и Тристан нашли меня спустя три дня. Данте повез меня домой, но Тристан остался, чтобы все подчистить, – продолжила Амара тихим голосом, который теперь всегда звучал с надрывом, хотя в салоне слышался лишь негромкий гул двигателя. – Они оба ужасно разозлились, но не только потому, что я была из числа их людей, но еще потому, что оба не выносят насилия над женщиной. Они всегда защищали женщин и детей. Поэтому то, что произошло сегодня, было совсем не типично.
Морана обдумала услышанное с мгновение, а потом ответила со скептическим смешком:
– Ты хочешь сказать, что обычно Тристан Кейн не такая сволочь?
– Он сволочь, конечно, – тотчас ответила Амара. – Но сволочь благородная. А в том, что случилось сегодня, не было ни капли благородства.
Поэтому он ехал за ними? Из-за какого-то презренного чувства долга?
Наверное, только когда свиньи начнут летать на мягких розовых крылышках.
У него был план. Всегда был. Просто Морана не могла понять, в чем он заключался.
– Я не буду пытаться защищать его или придумывать оправдания его действиям. Ведь даже при том, что я понимаю, почему он так себя ведет, Тристан сам должен перед тобой оправдываться.
И пускай женщина отказывалась отвечать на вопросы, Морана начала проникаться к ней симпатией за ее преданность. Однако не подала виду.
– Тогда что ты хочешь сказать? – спросила Морана, вскинув брови.
Амара быстро глянула на нее и вновь посмотрела на дорогу.
– Человек, который накачал тебя наркотиками, бармен в клубе, работает на семью уже почти два десятилетия. Когда Тристан оставил тебя со мной, то пошел разобраться с ним. Ситуация… накалилась. Поэтому он подошел, отнес тебя в машину и велел мне отвезти тебя домой. Но он всю дорогу едет за нами. Вот и все, что я хочу сказать. Понимай, как хочешь.