Черешни растут только парами
– Думаешь, это? – спросила я.
– Не знаю. – Возле холмика лежали какие-то палочки. В своем воображении я видела крест, который стоял здесь много лет назад.
– Быть может, нам повезло и мы нашли именно то, что я видела раньше?
– Может. – Шимон задумался. – Жаль, что человек даже после смерти не имеет своего места. Вроде бы везде можно мысленно пообщаться с теми, кто ушел. Но тем не менее приятно знать, что есть куда принести цветы на день рождения или годовщину смерти. Так символично.
– Прости, что наши встречи и темы, которые мы обсуждаем, как-то связаны со смертью.
– Ничего, человек должен нормально воспринимать смерть, чтобы нормально относиться к жизни. Не ожидал, конечно, что когда-нибудь я так скажу, но, может быть, это и к лучшему. Я должен перейти к нормальной повседневной жизни после смерти Магды. Мне кажется, что как раз благодаря тебе я возвращаюсь к жизни… Я встретил тебя в тот момент, когда думал, что мир для меня перестал существовать. Перешел на работу водителем из-за того, что не мог спать по ночам. Я не умел быть один. У себя дома я был как в гостях. Работать в клинике не хотелось, да и какое право я имел помогать незнакомым людям, если не смог уберечь собственную жену. Я был другим человеком. Когда я отвез тебя в больницу, я понял, что могу попытаться помочь тебе. Что я могу продолжать помогать женщинам, что судьба должна дать мне второй шанс. Тогда до меня дошло, что не судьба лишила меня шанса остаться врачом, а я сам себя этого лишил.
Я слушала, не перебивая. Мы оба стояли над могилой. Мне казалось, что Шимон достает из себя то, что очень долго пролежало в самых мрачных закоулках его души.
– Когда ты уехала с Мареком, я смирился с этим. Просто я подумал, что так и должно быть. Я знаю, что люди в нашей жизни появляются не просто так, а посланы с какой-то целью. Приходят, иногда остаются с нами надолго, а иногда уходят. Важно, чтобы мы поняли, зачем судьба поставила их на нашем пути. Тогда я думал, что ты появилась в моей жизни как призыв вернуться в клинику.
– А сейчас?
– Сейчас? Сейчас я думаю, что не только для этого. – Он определенно хотел сказать что-то еще, но Луна прервала его громким лаем. У меня складывалось впечатление, что кто-то ходит за деревьями. Женщина?
Шимон тоже заметил ее. Не знаю почему, но мне вдруг стало холодно. Луна продолжала лаять и рычать, глядя на деревья.
– Пойдем, Луна. Домой, домой, – сказал Шимон.
Я кивнула, и мы пошли в сторону леса. Пройдя десяток метров, Шимон остановился:
– Знаешь что? Я вернусь туда и сделаю фотографию. Для пана Анджея.
Я стояла и смотрела, как Шимон уходит в направлении, по которому мы только что пришли. Луна побежала за ним. Его не было какое-то время. Когда он вернулся, у него было растерянное лицо.
– Зося, это точно было там?
– Да, – удивилась я.
– Там ничего нет, – сказал он. – Пойдем, сама увидишь. – Он взял меня за руку и повел в ту сторону.
Вскоре мы оказались на полянке. Вроде она была той же, что и прежде. Деревья вокруг были те же самые. Посередине виднелось возвышение, однако то, что раньше походило на могильный холм, оказалось трухлявым бревном.
– Мы же ведь были не пьяные? – спросил Шимон.
– Нет. Скорее всего, нам просто показалось.
– Видимо, так.
Луна побежала к коряге и стала обнюхивать ее.
– Может быть, это было где-то в другом месте? Этот лес везде одинаковый.
Мы смотрели друг на друга. Никто из нас ничего не произнес, но, очевидно, мы оба задавались вопросом, в чем тут дело. Но правильный ответ ни я, ни Шимон найти не смогли.
* * *Домой мы вернулись молча.
Странный был тот вечер. Полный колдовства и магии, в которую я совершенно не верила.
– Ты веришь в колдовство? – спросила я.
– Нет, – сказал Шимон. – Хотя после того, что я сегодня увидел… – Он покачал головой. – Вчера я не смог с тобой выпить. Как насчет сегодня?
– Думаю, мы заслужили это.
* * *Я пошла на кухню за бокалами. Теми, которые я принесла с чердака некоторое время назад. Я их помыла еще раз и протерла. На кухню неслышно вошел Шимон. Я обернулась и увидела его прямо перед собой. Он стоял рядом. Слишком близко. Я открыла рот, собираясь что-то сказать, но он приложил к моим губам палец.
– Я не закончил то, что хотел сказать. Там, в лесу.
Я понимающе кивнула.
– Каждый день благодарю тебя за то, что ты появилась в моей жизни. Зося, ты разбудила меня. Ты пробудила меня ото сна – в одиночку я не смог бы проснуться. Благодаря тебе я могу идти дальше. Я больше не заперт в туннеле. Ты открыла для меня дверь в жизнь.
Он погладил меня по щеке и приблизил ко мне свое лицо. Мои губы непроизвольно раскрылись. И я почувствовала его поцелуй. То, чего я так давно ждала и даже не понимала этого. Я сидела на старом кухонном столе, который, наверное, был свидетелем многих поцелуев Анны и Хенрика и который, если бы мог говорить, рассказал бы нам много историй.
– Зося, я думал, что больше не сумею. Что не смогу чувствовать, не смогу любить. Но, видно, смогу.
Я крепко прижалась к нему. Наши губы снова встретились. Все вокруг потеряло значение. Были только мы – Шимон и я. Даже Луна и Руди незаметно исчезли из поля зрения.
– Тогда я спрошу еще раз, – тихо сказала я. – Почему бы тебе не выпить вина и не остаться? – Я пристально посмотрела на него и потом зажмурилась.
– Это что, предложение? – спросил он.
– Это приглашение, – сказала я. – На бокал вина.
– Или два, – предложил он.
– Или два, – согласилась я.
– А три? – Шимон дразнил меня.
– На всё согласна.
– На всё? – Он гладил меня по волосам, по щеке.
– На всё, – подтвердила я.
Он разлил вино по бокалам, протянул мне один, а другой поднял:
– За нас. Чтобы все плохое осталось позади.
Мы отпили из бокалов, поставили их на стол. Потом он стащил меня со стола, взял за руку и повел через дверь в коридор. На мгновение замешкался, словно раздумывая, стоит ли ему возвращаться в кабинет. Взглянул на меня вопросительно.
– Нет, – шепнула я.
Он улыбнулся.
Мы пошли в спальню.
– Вчера я действительно не мог остаться, – сказал он тихо. – Хотел, но не смог…
Я приложила палец к его губам, чтобы он больше ничего не говорил. Слова были лишними, эта ночь принадлежала нам. И эта ночь, и следующая ночь, и десятки ночей, и все остальные ночи. Мы были уверены в этом.
Когда мы, уставшие, засыпали под утро, я услышала царапание. Я освободилась из объятий Шимона и открыла дверь. За ней были Луна и Руди, с любопытством глядевшие на нас. Потом они вошли и разлеглись на ковре перед кроватью. Я вернулась в постель, обняла Шимона и почувствовала себя, что называется, «в нужном месте». Я была счастлива. Теперь мои жизненные перипетии исполнились смыслом – я поняла, зачем все это было со мной, но пока не знала, зачем я именно здесь. Меня не покидало ощущение, что это связано с историей моего дома. Я хотела, чтобы призраки прошлого тоже обрели покой. Но для этого мне нужно было знать продолжение истории.
* * *У кого-то утро после первой совместной ночи бывает трудным. Но когда тебя будят поцелуем, когда тебя обнимают так, что аж дух захватывает, ты даже не можешь смутиться, даже не можешь вспомнить, что случилось прошлой ночью. Почти не открывая глаз, ты снова теряешь себя в страсти.
– Я еще никогда так не просыпалась, – сказала я, едва придя в себя.
– Я хочу будить тебя так всегда. Это моя мечта, – улыбнулся Шимон.
– Мечты существуют для того, чтобы сбываться, – сказала я. – Я приготовлю завтрак.
– Ты – завтрак? – удивился он.
– Ну да.
– Только помни, что лимит пожаров, отпущенных на этот дом, уже исчерпан.
– Я помню. А знаешь что? – рассмеялась я. – Тогда лучше ты иди и приготовь завтрак.
– Я так и знал… ах, мечты, мечты… Ладно, приготовлю.