Завоеванная инопланетным воином (ЛП)

— О, я люблю этот фильм! — она улыбнулась ему. — Ты не поймешь, что такое комедия, пока не посмотришь Эйс Вентура: Когда зовет природа.
Заинтригованный ее волнением, Рендаш переключил свое внимание на телевизор. Он не мог притворяться, что понимает, что происходит, не мог сказать, настоящие ли люди на экране или как-то преувеличены, и не понимал, над чем Зои смеется большую часть времени, но ее смех был заразительным. Через некоторое время он понял, что это не могло быть правдой — развлечение, казалось, заключалось в абсурдности персонажей и ситуаций.
Раздался стук в дверь. Рендаш сел, насторожившись, и приготовился вызвать энергетический клинок. Он спускал ноги с кровати, когда Зои положила руку ему на плечо, останавливая его.
— Это пицца. Просто спрячься на минутку, — сказала она, соскальзывая с кровати. — Секундочку! — крикнула она человеку по другую сторону двери, вытаскивая часть своих денег из кошелька.
Рендаш встал и прижался к стене рядом с окном. Его маскирующее поле с шипением встало на место, вызвав волнообразные волны жара в груди, которые поднялись почти до болезненного уровня, прежде чем снова упасть. Он стиснул зубы от дискомфорта и повернул голову, чтобы посмотреть, как Зои открывает дверь.
— Привет, — сказала она, улыбаясь. Человек с другой стороны что-то пробормотал, и она кивнула, протягивая деньги в своей руке. — Держи. Без сдачи.
Невидимый человек взял деньги, а Зои взамен приняла широкую плоскую коробку. Она отступила назад и закрыла дверь, защелкнув замок. Поставив коробку на кровать, она склонилась над ней и открыла крышку. Рендаш отключил маскирующее поле, испытав немалое облегчение, и подошел, чтобы осмотреть источник странного запаха, который быстро распространялся в воздухе.
Внутри коробки лежала круглая еда. Снаружи она была коричневой, сверху бледно-оранжевой, а по всей ее поверхности были разложены красноватые круги.
Зои подняла клиновидный кусочек и протянула ему.
— Вот. Попробуй.
Он воспринял это скептически. Оранжевая часть пиццы была клейкой и тягучей, и он не мог понять, почему кто-то может считать ее аппетитной.
— Не смей так кривить губы, — засмеялась Зои. — Просто попробуй!
Нахмурившись, он поднес блюдо ко рту и откусил небольшой кусочек. Оранжевая начинка растянулась, когда он оторвал кусочек, и разорвалась, только когда он протянул руку. Он втянул свисающие нитки в рот языком и опустил взгляд, тщательно пережевывая.
— Как называется эта часть? — спросил он, ткнув пальцем в один из оранжевых усиков.
— Сыр, — Зои склонила голову набок и продолжала наблюдать за ним. — Тебе нравится?
Он откусил еще кусочек, гораздо больше первого. Красные кружочки — какой-то сорт мяса, догадался он, — добавили пикантной остроты.
— Это вкусно, — он откусил еще раз, прикончив кусок.
Зои усмехнулась и взяла из коробки свой собственный фрагмент.
— Миссия выполнена. А теперь иди сядь, чтобы мы могли досмотреть фильм.
Рендаш устроился рядом с ней, поедая пиццу, пока они смотрели фильм. Теперь смех давался ему легче: даже когда он не понимал юмора, ее реакция доставляла ему удовольствие.
По прошествии времени он поймал себя на том, что размышляет о странности их совместного времяпрепровождения. Узы, которые Экхора формировал со своим Умен'раком, должны были быть самыми глубокими, какие только могли быть у алигарийцев. Даже брачные узы, право на которые он заслужил бы, выполнив свой долг, не могли с ними сравниться. Члены Умен'рак были братьями и сестрами, товарищами, связанными друг с другом на уровне, который превосходит дружбу и семью.
Но всего через несколько дней он почувствовал, как между ним и Зои крепнет связь, похожая по своей силе, но совершенно иная по своей природе и безграничная по глубине потенциала. Рендаш полагался на свой Умен'рак, поддерживавший его в моменты боли и слабости, хотя он всегда делал все возможное, чтобы избежать таких ситуаций. Чтобы не обременять товарищей, которые полагались на него, собственной неполноценностью.
  
С Зои он не чувствовал необходимости прятаться.
После того, как пицца была съедена — Зои настояла, что она наелась после двух кусочков, оставив остальное Рендашу, — она придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. Он обнял ее и прижал к себе. Эта форма контакта была простой, но такой мощной, они были здесь, вместе. Два человека объединились ради общей цели: побега. Не имело значения, от чего они бежали, важно только то, что они могли положиться друг на друга в этом путешествии.
Рендаш никогда бы не подумал, что им будет так легко друг с другом, что они начнут зависеть друг от друга, особенно за такое короткое время. Но так произошло, и он с радостью принял это.
Когда фильм закончился, Зои выключила телевизор и отстранилась от него. Она закрыла коробку из-под пиццы и поставила ее на пол рядом с пластиковым мусорным ведром, прежде чем пойти в ванную, где остановилась в дверях и оглянулась на него.
— Иди сюда, Рен.
Не в силах игнорировать трепещущее, глупое чувство предвкушения, вспыхнувшее в его груди, он встал и присоединился к ней в ванной.
Она открыла небольшую сумку на раковине и достала оттуда две маленькие щетки с длинными ручками.
— Я захватила с собой запасную зубную щетку на всякий случай. Думаю, она пригодится. Подержи ее.
Передав ему одну из щеток, она достала из сумки маленький тюбик, сняла колпачок и провела отверстием по щетине его щетки. При выдавливании появилось белое вещество, и она оставила немного его на каждой щетке.
Он поднял ее и понюхал пастообразную субстанцию.
— Для чего это?
— Для чистки зубов.
— Я понимаю. Мы выполняем аналогичные действия на моей планете.
— Чтобы почистить зубы, нужно делать так! — объяснила она, высоко поднимая щетку, прежде чем сунуть ее в рот. Она улыбнулась ему, пока двигала щеткой.
Рендаш не мог не улыбнуться ей в ответ, занятый тем же.
Хотя это не было похоже ни на что, с чем он когда-либо сталкивался — или, возможно, именно потому, что это не было похоже ни на что, — он находил ее живой дух милым. Он имел в виду то, что сказал: Джош был слепым дураком. Ни один мужчина не был достоин Зои.
Но Рендаш не был мужчиной. Он был Экхорой, который заслужил право выбрать себе пару.
Я хочу Зои.
Мысль была поразительной, несмотря на то, как быстро развивались его чувства к ней. Это не было похоже на выбор, который можно было сделать за такое короткое время, но это была правда его сердца. Он хотел ее.
Он сказал себе, что это просто похоть. Его влечение к ней было тягой к экзотике, не более чем чрезмерным любопытством. За время своего долгого плена он видел только людей, и было естественно, что он проникся к ним очарованием, независимо от того, как с ним обращались.
Возможно, я умею лгать ничуть не лучше Зои.
Закончив чистить зубы, они вернулись в комнату. Зои подошла к кровати, дальней от окна, откинула одеяло и забралась в нее. Рендаш проглотил свое желание и остановился у пустой кровати. Не было никакого оправдания, чтобы спать с ней сегодня вечером, и он не был уверен, сможет ли доверять себе на этот раз.
Он лег и накрылся постельным бельем. Зои потянулась к лампе на тумбочке между двумя кроватями и выключила ее, погрузив комнату в темноту.
— Спокойной ночи, Рен, — сказала она.
— Спокойной ночи, Зои.
Рендаш пошевелился, ища более удобное положение, отчего опоры кровати заскрипели. Время шло, и он вертелся снова и снова. Как бы он ни лежал, чего-то, казалось, не хватало.
В глубине души он знал, что Зои была недостающей деталью. Его зависимость от нее стала опасной за то короткое время, что они были вместе. Когда он спал с ней в объятиях прошлой ночью, он отдохнул более полноценно, чем когда-либо с тех пор, как потерпел крушение на этой планете. Она дарила покой. Комфорт. Безопасность. И все это без сознательных усилий с ее стороны.