Милый дом (ЛП)

Наклонившись вперед, она ткнула в меня своим костлявым пальцем, и лицо ее исказилось злобой.
– Ты уничтожила нас, мелкая шлюшка.
Я безучастно посмотрела на нее, пытаясь сдержать тревогу, разрастающуюся в груди.
– Вы сами себя уничтожили. Вы убили нашего нерожденного ребенка! Своего внука!
– Этой мерзости лучше было не появляться на свет. Он был бы таким же мерзким, как и его мамаша!
Меня словно распяли. Мой ребенок не был мерзким. Он был идеален, он был наш.
Миссис Принс подтолкнула ко мне газету.
– Читай. Редактор и неприятель моего мужа прислал нам копию до печати. Маленькая месть за то, что засудили его несколько лет назад.
Я потянулась и трясущимися руками взяла газету.
– О боже. Так вот в чем дело?
– Фантастическое чтиво, не так ли?
На обложке была моя фотография, сделанная во дворе дома в вечер ужина. Меня везли на каталке к скорой помощи: белое платье в крови, на лице кислородная маска, а рядом Ромео, крепко держащий меня за руку, тоже весь в моей крови, на лице выражение крайней растерянности. Рядом с этой фотографией снимок мистера Принса в костюме возле главного офиса компании.
Заголовок гласил:
«У подружки звездного квотербека «Тайд» произошел выкидыш в самом разгаре скандала вокруг отмывания денег кампанией «Принс Ойл».
Мне сдавило грудь, и я приподнялась, потирая ее, чтобы уменьшить болезненное напряжение.
Не помогло.
Фотография… фотография того, как я теряю своего ребенка…
Боль выворачивала меня наизнанку. Я не могла с этим справиться, не могла поверить в реальность снимка, изображающего страдание на лице Ромео, пока он держал меня за руку.
Я услышала злобный смех, и Кэтрин нависла надо мной.
– Знаешь, возможно, это выражение на твоем лице стоило того! – Она приблизилась. – Ты сделала из моей семьи посмешище, злобная сука. Уезжай. Уезжай из Алабамы и никогда не возвращайся. У тебя здесь ничего не осталось. Роум тебя не захочет после такого, после того, как ты испортила его репутацию и уничтожила семейный бизнес. Если останешься, клянусь богом, я потяну тебя за собой! Принсы не будут посмешищем всей Алабамы из-за тебя…
– Вот почему вы хотели, чтобы он женился на Шелли? Вам нужны были деньги ее отца, нужно было законное бракосочетание до того, как он узнает, что вы натворили. – Внезапно все стало на свои места. Ромео не зря их подозревал.
– И это отродье шлюхи моего мужа согласилось бы, не встреть он тебя! Теперь все знают. Моего мужа арестовали. Мы все потеряли из-за тебя. Все!
– Нет, вы сами во всем виноваты! – огрызнулась я.
Она подняла руку и ударила кулаком мне в живот, заставив завопить от боли. Я судорожно нащупала кнопку вызова медсестры в углу койки. И пока отчаянно жала на нее, миссис Принс схватила меня за горло и стала душить. Когда медсестра ворвалась в палату, моя шея горела, а перед глазами уже появились пятна.
– Помогите мне… пожалуйста, – прохрипела я. Медсестра вызвала охранников, Кэтрин заломили руки за спину и оттащили от моей койки. Пока я откашливалась и отплевывалась, охранники выносили ее, брыкающуюся и кричащую в пьяном угаре.
– Я уничтожу тебя, если останешься, уничтожу вас обоих! Мне больше нечего терять!
Я опустила голову на руки. Я буквально задыхалась от ужаса последних дней, беспросветное горе раздирало меня на части.
Я больше не могла здесь оставаться. Мне нужно было сбежать от всей этой боли и печали.
– Дорогая, ты в порядке?
Я подняла глаза и увидела молодую полненькую медсестру у моей койки, она приобняла меня.
Я кивнула.
– Ты уверена?
– Да.
– Дорогая, полиция уже едет.
Я попыталась встать с койки.
– Нет, нет! Больше не надо! Я не могу…
Медсестра обняла меня покрепче сильными руками и успокаивающим голосом произнесла:
– Эта женщина напала на тебя, Молли. Ты должна заявить на нее в полицию.
Прижавшись к медсестре, я расслабилась. Она права, и это будет последним, что я сделаю для Ромео. Я помогу ему, позаботившись о том, чтобы его репутация не была запятнана из-за меня еще больше, чем сейчас. Его родители уже катились вниз по наклонной, я дам им последний толчок. Ромео наконец-то будет свободен.
 
– Ладно, – согласилась я.
– Вот и умница. Хочешь, чтобы я связалась с Ромео?
Я фальшиво улыбнулась и покачала головой.
– Нет, пожалуйста, не надо. Он на благотворительной акции, на стадионе чемпионата, я не хочу его отрывать. Его команда и поклонники в нем нуждаются.
– Ты хороший человек, мисс Шекспир, очень хороший, – сжав мою руку, похвалила она.
Она вышла из палаты, и вскоре появилась полиция. Сделав заявление – откровенное, со всеми подробностями, – я почувствовала, что моя душа разрывается на части.
Когда полиция ушла, я взяла телефон с тумбочки и набрала номер.
– Молли, ты в порядке.
– Профессор, вы уже в аэропорту?
– Нет, только села в машину. А что?
– Мой билет еще действителен?
– Ну да… но, Молли, тебе нездоровится.
– Со мной все хорошо. Врач меня выписал. Вы можете забрать меня из больницы?
– Сейчас?
– Да, сейчас, – с нетерпением произнесла я.
Последовала долгая пауза и разочарованный вздох.
– Я приеду через пятнадцать минут.
– Я буду ждать у входа. – Я повесила трубку и, сжав зубы, выдернула капельницу из руки. Потянувшись за одеждой, я вздрогнула от легкой боли в животе, но все же надела джинсы с футболкой и взяла сумку. Вышла в пустой коридор, спустилась вниз к центральному входу – как раз к приезду Сьюзи – и уселась на переднее сиденье.
Она скептически посмотрела на меня.
– Ты снова убегаешь, Молли, не так ли?
– Прямо сейчас я не могу здесь находиться, – еле слышно произнесла я.
Сьюзи выехала с парковки больницы на дорогу.
– Ромео не знает, да?
– Когда он узнает, я уже буду в сорока тысячах футах над землей. Ему будет лучше без меня.
Она повернулась ко мне, на ее лице ясно отразилось разочарование.
– Нет, Молли, не будет! Ты не можешь…
– Я уезжаю, профессор! Пожалуйста, я просто не могу… мне нужно уехать!
Она потерла морщинистой рукой лоб.
– У тебя паспорт с собой?
– В сумке. К счастью, он был мне нужен для медицинской страховки.
– Значит, отправляемся обратно в Оксфорд.
Положив голову на подголовник, я наблюдала, как размытой полосой за стеклом проносились желтые кукурузные поля. Я представила лицо Ромео, и слезы ручьем полились из глаз. На мгновение я даже засомневалась в своем решении, но когда вспомнила фотографии в газете, то все сомнения отпали.
Я должна уехать.
Должна сбежать.
  
Глава 25
 
Оксфордский университет, Англия
– От имени мисс Шекспир и себя благодарю за внимание. – Профессор Росс присоединилась ко мне в углу сцены под удовлетворенные аплодисменты толпы из трехсот важных человек.
Мы пожали руку декану, и я, вежливо откланявшись, поспешила из душного лекционного зала на свежий воздух.
Я выскочила в открытый двор, и зимняя прохлада ударила мне в лицо, даруя столь нужную бодрящую встряску. Я подняла лицо к небу, и большие, ажурные снежинки поцеловали мою остудившуюся кожу. От этого я снова почувствовала себя живой… ну, полуживой.
Я до сих пор находилась в оцепенении.
Натянув черные кожаные перчатки, я осмотрела пустой кампус. Покрытые белым снегом высокие, замысловатые шпили и крыши древних зданий превращали престижный университет в зимнюю страну чудес Диккенса. Я любила зимний Оксфорд, это было одно из красивейших мест на Земле. Это была моя Мекка, мой Священный Грааль, или, по крайней мере, так было раньше. Сейчас я чувствовала себя здесь чужой. Потерянной бродягой. Далеко-далеко от дома.
Большинство студентов разъехались на рождественские каникулы, а я провела Рождество в одиночестве в своей комнате, с большим бокалом вина, стараясь не думать, как бы было сейчас в доме Элли в Бирмингеме, с Ромео… и нашим ребенком.