Милый дом (ЛП)

– Мне плевать, что он обо мне говорил. Посмотри, в каком ты состоянии! Ты ведешь себя как сумасшедший!
Он ответил мне невеселым смехом.
– Мои родители все это подстроили. Помнишь, как они в прошлый раз на нас напали? Это еще одна подстава. Они знали, что по своей воле я никогда туда не вернусь. Тренер на это согласился. Они уже пригласили губернатора, мэра и миллион других шишек, которые с радостью согласились. Они сделали все, чтобы университет не смог отказаться! Блядь! – Он пнул мяч, и тот, пролетев через весь зал, с силой врезался в беговую дорожку.
Я присела на скамейку, убравшись подальше с его разрушительного пути, и стала наблюдать, как он со злостью вышагивает по тренажерке.
– Мы не пойдем. Бля, ты ни в коем случае не пойдешь туда в своем положении.
Я вздохнула, потирая переносицу.
– Ты должен туда пойти, Ромео. Мы оба знаем, что ты станешь самым результативным игроком сезона. «Тайд», вероятнее всего, попадет на Национальный чемпионат, и этот ужин поможет команде. Если тебе от этого будет лучше, я останусь дома.
– Нет! – крикнул он. – Ни в коем случае! Почему это ты не должна идти со мной? Университету нужно поменять место встречи, на хер моих родителей. Я их знаю, Мол. Они что-то задумали, я просто уверен в этом, я не позволю им разрушить мою семью, мне надоели их игры.
Злость сменилась болью на его лице, он бросился ко мне и, упав на колени, положил голову мне на ноги, а руками крепко обнял за талию.
– Если они узнают о нашем маленьком ангеле, черт его знает, что они сделают. Я не могу потерять вас обоих.
Он нежно поцеловал мой слегка округлившийся животик под свободной кремовой кофточкой, и я помассировала его голову пальцами.
– Ромео, я понимаю, что с тобой, но это всего лишь один прием, с сотнями людей вокруг. Они ничего не сделают на публике. Они не захотят опозориться. Я весь вечер ни на шаг от тебя не отойду. У них не будет шанса до меня добраться. Ты защитишь меня, я это знаю.
Когда он поднял голову, то выглядел немного спокойнее. Я достала из кармана свой старый розовый платочек и вытерла им струйку крови, стекающую по его брови.
Ромео перехватил мою кисть и поцеловал в то место, где бьется пульс.
– Я не переживу, если они причинят боль тебе или нашему маленькому ангелу, детка.
Я обхватила его лицо ладонями.
– Ничего не случится.
Слезы затуманили его прекрасные шоколадные глаза.
– Почему они всегда вмешиваются? У нас все так хорошо. Ты здорова, наш ребенок уверенно растет, «Тайд» точно выиграет чемпионат Юго-восточной конференции и попадет на Национальный чемпионат. А тут они лезут со своими заговорами и планами, в очередной раз разрушая мою жизнь. Говорю тебе, они что-то замышляют. Планируют что-то. Что-то серьезное.
– Они влиятельные люди, Ромео. Прием не перенесут. Мы должны пойти туда как единое целое. Ты должен быть лидером своей команды. – Он кивнул в знак согласия и отвел взгляд. – Ты действительно вышел из себя.
Он слизнул капельку крови с губы.
– Тренер знает о нашей ситуации с родителями и пришел меня предупредить. Он пытался изменить место проведения, но решение было принято кем-то сверху. И я просто сорвался.
Подняв его руки, я промокнула платочком поврежденную кожу.
– Мне не нравится, когда ты теряешь контроль. Ты должен быть сильнее, Ромео. Я не хочу волноваться из-за твоей вспыльчивости, особенно когда появится малыш. – На его губах появилась дерзкая улыбка. – Что?
– Я тебя люблю.
– Это тебя никак не реабилитирует! Посмотри, что ты сделал с этим местом! – сказала я, ткнув его в рельефный пресс, и все внутри моментально сжалось, когда я медленно провела пальцем по тонкой дорожке волос вниз.
Ромео придвинулся ближе и прижался ко мне бедрами.
– Я очень сильно хочу трахнуть тебя прямо сейчас.
Я подняла на него потемневший взгляд золотистых глаз.
– Не здесь. И не раньше, чем ты пообещаешь, что такого больше не повторится.
Его зрачки расширились, почти полностью закрыв ярко-карюю радужку.
– Я весь на взводе, и мне нужно расслабиться так, как могу только с тобой.
 
Я отбросила всю игривость.
– Я серьезно, не игнорируй меня. Мой ребенок не будет расти с отцом, который не может контролировать себя, когда что-то идет не так.
Он коротко кивнул, дав мне понять, что уяснил мои слова.
– Ты все понял, точно? – убедилась я.
– Да. Больше это не повторится. Я не буду таким, как мой отец, со своим ангелом. Клянусь.
В глазах Ромео снова вспыхнула страсть и желание. Наклонившись, он поцеловал меня в шею и обвел языком раковину ушка.
– Мы отправимся в хижину. Я тебя раздену, и ты будешь делать все, что я скажу, пока ни один из нас не сможет стоять. Поняла?
Моя голова упала ему на плечо.
– Уф! Хорошо! Я поняла! – Проще было сделать, как он говорит, особенно когда Ромео показывал мне, кто здесь главный. Его тяга к контролю была просто очевидной, и мое предательское тело реагировало на каждое слово, вылетающее из его прекрасного, умелого рта.
Ромео отстранился с самодовольной усмешкой, зная, что я нахожусь именно в том состоянии, которого он хотел. Но его улыбка быстро угасла.
– Детка, я прослежу, чтобы на приеме тебе ничего не угрожало.
– Знаю. – Я протянула ему руку. Взявшись за нее, он сел рядом на скамейку и притянул меня к себе на колени. Он спокойно вдыхал мой аромат, а я накручивала его длинные пепельные пряди на палец. – Это словно дежавю, ты в порезах и истекаешь кровью, а я помогаю тебе. Давай не будем делать это нашей традицией, ладно?
Ромео слабо рассмеялся.
– Это последний раз, обещаю. Я изменюсь. Это больше не повторится. Слово скаута.
– Ты никогда не был скаутом, Ромео, – хихикнула я.
– Был…
Я в шоке вскинула голову.
– Правда?
– Угу… но меня выперли за драку.
Я закатила глаза.
– И почему я не удивлена?
Он укусил меня за мочку уха и забавно зарычал, и в этот момент приоткрылась дверь.
Я подняла голову и увидела, как Элли заглядывает в маленькую щель. Я помахала ей. Кэсс, Лекси, Остин и Джимм-Дон зашли за ней, закрыв за собой дверь, и уселись возле нас на деревянный пол.
Ромео услышал их тяжелые шаги и понял, что мы не одни. Я положила голову ему на плечо, переплетая наши пальцы, и от этого мы оба расслабились.
– Ты в порядке, Роум? – мягко спросила Элли, прикоснувшись к его ноге.
Он покачал головой.
– Родители заставили университет проводить прием на их плантации через пару дней после игры в Джорджии.
– Вот черт! – прошипела Элли, все остальные вздохнули. Они все знали, какие у него родители.
Ромео поцеловал меня в лоб и посмотрел на Остина с Джимми-Доном.
– Мне нужно, чтобы вы, парни, помогли мне удержать их подальше от Мол.
– Хорошо, Пуля.
– Не нужно и просить. Считай, уже сделано.
Ромео встретился со мной взглядом, спрашивая разрешения рассказать им о ребенке. Я кивнула. Они его друзья. Им нужно знать, почему он так плохо воспринял новость о приеме.
Ромео положил руку мне на живот.
– Парни, я психанул… потому что мы ждем ребенка.
Я нервно глянула на Остина с Джимми-Доном и заметила на их лицах шок.
– Никто, кроме нас, не знает. Она всего на втором месяце, но мои родители не знают, и я не хочу, чтобы они к ней приближались, создавая стресс ей и ребенку.
Несколько ошеломленный Остин поднялся и пожал Ромео руку.
– Поздравляю, Пуля. И знай, что мы ее защитим. Вы оба для нас важны.
Джимми-Дон повторил за Остином и захохотал.
– Черт, Пуля! Ты перешел от «не встречаюсь ни с кем» и девчонок, бросающихся тебе под ноги, к своей первой настоящей девушке, которой завидуют все студентки, и сделал ей ребенка? Ты меня убиваешь, чувак! Просто убиваешь! – Высказавшись, он сгреб меня в охапку и закружил.
Я тут же схватилась за живот.
– Джимми-Дон, меня стошнит, если ты не остановишься! Я до сих пор страдаю от утренней тошноты, которая длится весь чертов день!