Далекие странники (СИ)

Под отчаянный вой Чжан Чэнлина питон поднял голову и молниеносно атаковал.
Примечание к части
∾Тупая рисовая кадка — 饭桶, бесполезный человек или обжора.
∾«Из грязи выходит...» — «О любви к лотосу», Чжоу Дунь И (XI в.), фрагмент в переводе В. М. Алексеева.
∾Король ядов гу — яд гу на протяжении сотен лет считался самым смертоносным в Китае. В одну ёмкость помещали гадюку, сороконожку, скорпиона, жабу и паука. Животные убивали друг друга, пока не оставался кто-то один. Выживший впитывал яды побеждённых врагов и превращался в самое ядовитое существо на земле, из которого впоследствии извлекали яд гу.
∾Юй Боя, разбивший гуцинь — история появления термина «родственная душа»: 知音 (Zhīyīn, буквально — «понимающий звук»). В эпоху Чуньцю в княжестве Чу жил музыкант по имени Юй Боя (于伯牙). Дровосек Чжун Цзыци (鐘子期) услышал, как Юй Боя играет на гуцине мелодии «Высокие горы» и «Бегущие воды» и инстинктивно понял его музыку. Они стали побратимами. После скорой смерти Чжун Цзыци Юй Боя сыграл на гуцине над его могилой и сломал инструмент, произнеся с горечью: «Ушёл в другой мир единственный человек, который понимал моё искусство, так для кого мне теперь играть?» Легенда говорит о дружбе между двумя мужчинами. Вэнь Кэсин не соглашается с тем, что его привязанность к Чжоу Цзышу — чисто дружеская.
∾«Прислонись к горе...» — идиома «靠山山倒, 靠树树摇» означает, что нельзя рассчитывать на внешнюю помощь, нужно уметь самостоятельно позаботиться о себе.
∾«Игнорируй советы… » — «不听老人言，吃亏不花钱» — разговорное изречение, переведено буквально.
∾Танхулу — засахаренные фрукты на палочке.
 Том 2. Глава 47. Марионетки 
Вытянувшись вверх, питон оказался выше Чжоу Цзышу. Змея без промедления рванула вперёд и распахнула пасть, намереваясь впиться чужаку в горло. Чжоу Цзышу уклонился, в развороте оттолкнул подальше Чжан Чэнлина и рубанул чешуйчатую тварь мечом чуть пониже плоской головы.
Из-под клинка брызнули искры, но на узорчатой шкуре не осталось и царапины. Резкий взмах змеиного хвоста чуть не сломал шею скользнувшему в сторону Чжоу Цзышу, но тот вовремя пригнулся. Пролетев мимо его плеча, хвост с оглушительным лязгом опустился на землю. В воздух взметнулось густое облако пыли и мелкой каменной крошки.
Чжоу Цзышу осторожно отступил на три шага. Будь в его руке не Байи, а меч попроще, клинок с первого удара разлетелся бы на куски. Что-то было не так.
Внезапно в голове Чжоу Цзышу промелькнуло осознание: пасть гигантского питона ничем не пахла! Такие твари поедают жертв с потрохами и должны выдыхать гнилостное зловоние, а как иначе?
Сжавшись в комок у стенки, Чжан Чэнлин во все глаза наблюдал за происходящим и вдруг завопил, вскинув голову:
— Шифу! Змея ненастоящая!
Услышав звонкий возглас, питон настороженно выгнул шею и с шипением повернулся к мальчику. И ладно бы Чжан Чэнлин ограничился одним выкриком, но глупый мальчишка внезапно растерял весь страх. Он поднялся на ноги, не забыв отряхнуть зад от пыли, и указал пальцем на хищную гадину, которая всем видом демонстрировала намерение проглотить мельтешащего человечка. Если сначала Чжан Чэнлин пребывал в паническом ужасе, то теперь у него от облегчения закружилась голова и пропала вся осторожность: раз змея искусственная, то и людей она не ест, и опасности не представляет!
— Шифу! Глядите, этот питон только похож на живого, но… — не успел мальчишка договорить, как змея бросилась прямо на него.
Чжоу Цзышу нечего было сказать ученику на такую первосортную глупость. Разве требовалось объяснять, что мешку с перемолотыми внутренностями уже всё равно, станут ли его после глотать? В любом случае, нельзя было просто стоять и смотреть, как мелкий паршивец расстаётся с жизнью. Оттолкнувшись от пола, Чжоу Цзышу взмыл в воздух, раскинул руки подобно орлиным крыльям и боковым ударом ногой по челюсти заставил змею сменить направление.
Тело питона было сделано из невероятно прочного материала. Приземлившись, Чжоу Цзышу почувствовал разрывающую боль в голени. Но, по крайней мере, Чжан Чэнлин заткнулся.
 
Пока он был в воздухе, Чжоу Цзышу приметил тёмный проход позади змеи и составил приблизительный план спасения.
— Я отвлеку эту штуку, а ты беги вон к тому туннелю, — шёпотом проинструктировал он Чжан Чэнлина. — Далеко не отходи, дождись меня у входа. Понял?
Чжан Чэнлин послушно кивнул.
Питон тряхнул головой, готовясь к новому нападению, и Чжоу Цзышу жёстко подтолкнул Чжан Чэнлина:
— Бегом!
Зажмурившись, мальчик рванул к туннелю, наглядно показывая, что значит «вжать голову и спасаться, как испуганная крыса».[330] Точнее, как безголовая курица — по пути он чуть не врезался сослепу в змеиную морду.
Сердце Чжоу Цзышу сжалось от ужаса. Поспешно взмахнув мечом, он ударил механическое создание в глаз и выбил искусственное глазное яблоко. Позабыв Чжан Чэнлина, огромная змея накинулась на Чжоу Цзышу, чтобы сразиться не на жизнь, а на смерть. Так как хищный механизм изначально не был живым, терять ему было нечего.
Чжоу Цзышу взбежал по каменной стене, резко вдохнул и подпрыгнул на три чжана[331] вверх. Питон взвился следом, щёлкая пастью. Краем глаза Чжоу Цзышу заметил встревоженный взгляд Чжан Чэнлина — мальчик выглядывал из входа в туннель. Успокоившись насчёт безопасности ученика, Чжоу Цзышу с силой оттолкнулся от скального выступа и сделал кувырок назад. Его тело почти согнулось пополам, прежде чем он нырнул головой вниз, к полу узкой ямы.
Питон был замысловатым, искусным, но все же механизмом. Он последовал за Чжоу Цзышу, но пространство оказалось для него слишком тесным. Прочное тело, способное ломать металл, ожидаемо уступало в гибкости человеческому. В воздухе раздался громкий треск. Чжоу Цзышу приземлился и перекатился в сторону, почти не касаясь земли. Но он напрасно беспокоился — змея сломалась надвое и застряла в слишком узком для неё колодце. Гигантский хвост, беспомощно болтающийся на искорёженных сочленениях, выглядел даже забавно.
Чжан Чэнлин мгновенно подлетел к Чжоу Цзышу:
— Шифу! Ты не пострадал?
Чжоу Цзышу молча развернулся к мальчишке. Чжан Чэнлин представлял собой сплошной комок нервов, безостановочно хлопающий ресницами. Он готов был незамедлительно ощупать наставника сверху донизу, дабы убедиться, что все части на месте. Только устрашающий авторитет грозного шифу удержал Чжан Чэнлина от такого неосмотрительного поступка.
Чжоу Цзышу вздохнул и легонько хлопнул мальца по затылку:
— Только язва открылась… и та от злости на тебя! Не отставай ни на шаг.
Чжан Чэнлин кивнул и последовал за ним по проходу, который охраняла змея. В конце короткого узкого коридора их ждала дверь. Чжоу Цзышу предвидел новую ловушку, но спрятаться было негде, поэтому он шепнул Чжан Чэнлину:
— Прижмись к стене и не лезь на рожон.
Потом ещё немного подумал и добавил на всякий случай:
— Задержи дыхание.
После этих слов он осторожно толкнул дверь. Протяжно заскрипели петли, сверху посыпалась труха. Все мышцы Чжоу Цзышу напряглись, однако ничего не произошло. Подняв светящуюся жемчужину, он оглядел небольшое помещение. Повсюду лежал толстый слой пыли, а в углу неподвижно стояли два человека. Взяв за руку Чжан Чэнлина, Чжоу Цзышу подкрался к фигурам и обнаружил, что это не люди, а точные копии.
Мужчина и женщина в натуральную величину были изготовлены так искусно, что не отличишь от живых. Глаза кукол неотрывно глядели в сторону двери, словно они и в самом деле наблюдали за незваными гостями. Чжоу Цзышу угрюмо подумал, что поместье Марионеток оправдывает своё название. Пока что они не встретили ни единого живого существа — лишь причудливых и жутких кукол.
После столкновения с гигантским питоном Чжоу Цзышу твёрдо усвоил урок и не думал расслабляться. Он внимательно рассмотрел суставные шарниры двух истуканов и заключил, что их движения должны быть более гибкими и разнообразными, чем у змеи. Значит, повторно провернуть тот же трюк не получится.