Далекие странники (СИ)

— Твоя беспристрастность вызывает уважение, Хозяин Долины… — Да-Се протянул руку к ближайшему скорпиону и скомандовал: — Подай мне свой крюк.
Приказание было исполнено в тот же миг. Да-Се посмотрел на Вэнь Кэсина, недвижно прислонившегося к дереву, и скупо ухмыльнулся:
— Я убью тебя самолично. Поручить это ещё кому-то было бы неуважением, — глава скорпионов поднял крюк и медленно шагнул вперёд, не сводя взгляд с того, к кому обращался. — Ступай на тропу к Жёлтому источнику, Хозяин Долины.
Когда Да-Се высоко замахнулся крюком, Вэнь Кэсин открыл антрацитово-чёрные глаза и спокойно поглядел в ответ. Его зрачки были похожи на омуты стоячей воды, словно смерть пришла за кем-то другим.
Вдруг глава скорпионов почувствовал резкий порыв ветра сбоку. Смертоносное намерение и мощь чужой ауры были настолько явными, что волосы на голове Да-Се шевельнулись от ужаса. С громким воплем он воздел оружие выше, пытаясь заблокировать удар. Нежданный враг был в чёрных одеждах скорпионов, только без маски. Его гибкий меч обогнул ядовитый крюк и обвился вокруг плеча Да-Се. Тот пронзительно вскрикнул от прожигающей боли,[471] когда его рука отделилась от тела и отлетела в сторону.
Скорпионы разом ополчились против нападавшего. В оглушающем лязге металла, в ослепляющих вспышках и искрах трудно было разобрать, что к чему. Когда через несколько мгновений пыль улеглась, на ногах остался только один человек. Прочие лежали, живые или мёртвые, и у каждого не хватало руки с оружием.
Вэнь Кэсин устало вздохнул:
— Дурак. Зачем ты пришёл?
Чжоу Цзышу посмотрел на него из-под ресниц и холодно улыбнулся:
— Чтобы забрать труп одного безумца.
Пилюли Великого Шамана подавили яд семи гвоздей, и способности Чжоу Цзышу восстановились почти полностью. Даже начни он бой не с внезапной коварной атаки, а открыто и честно, у Да-Се не осталось бы шансов.
Повернувшись к главе скорпионов, Чжоу Цзышу направил на него Байи и жёстко отчеканил:
— Ты посмел поднять руку на того, кто принадлежит мне?
Вэнь Кэсин тупо уставился в спину, заслоняющую обзор. Его пальцы, до того бессильно расслабленные, начали мелко дрожать.
Лицо главы скорпионов побледнело от боли, но он вымученно улыбнулся:
— А… это ты, Чжоу-сюн… Я не предполагал, что ты удостоишь нас своим присутствием! Моя ошибка.
Нехотя признав поражение, Да-Се одарил врагов ненавидящим взглядом и махнул своим людям уцелевшей рукой:
— Мастер прибыл. Не будем выставлять себя на посмешище. Исполинами синими горы, изумрудными водами реки. Уходим!
Несколько оставшихся в живых скорпионов поднялись с земли и быстро скрылись из виду следом за своим главой.
Вместо того чтобы броситься в погоню, Чжоу Цзышу повернулся к Вэнь Кэсину. Взгляд последнего ожил, и он предостерёг с усмешкой:
— Держи ухо востро с…
Прежде чем Вэнь Кэсин закончил, глаза Чжоу Цзышу сузились. Его тело закружилось, а Байи потерял очертания и превратился в сияющее металлическим блеском облако. Меч со звоном отбил вражеское оружие, после чего из леса позади донёсся глухой стон. Чжоу Цзышу разочарованно покачал головой:
— Использовать трюк повторно на одном и том же человеке… Неужели у них не осталось в запасе ничего, кроме старых фокусов?[472] Как они вообще могут тягаться со школой поместья «Времена года»?
 
Вэнь Кэсин зачарованно смотрел на него, а затем широко улыбнулся и поднял руку, словно пытался уцепиться за воздух. Чжоу Цзышу озабоченно нахмурился:
— Что ты делаешь?
— Вокруг тебя… свет, — прошептал Вэнь Кэсин. — Я ловлю его, хочу рассмотреть.
Чжоу Цзышу слегка изогнул одну бровь. Скрестив руки на груди, он встал рядом с Вэнь Кэсином и прислонился к дереву.
— На самом деле… Сюэ Фаном тут даже не пахнет, верно?
Вэнь Кэсин продолжал улыбаться. Он снова ухватил пустоту, посмотрел на свои пальцы и разжал их, будто выпуская что-то из ладони. Голос Вэнь Кэсина по-прежнему был чрезвычайно тих, а дыхание походило на шорох тонкого шёлка, что может оборваться в любой момент:
— Как видишь.
— А что насчёт ключа?
— Я его потерял, когда сбросил с вершины горы, — прищурившись, медленно ответил Вэнь Кэсин.
Чжоу Цзышу повёл плечами, внезапно осознав дикую нелепость ситуации. Без ключа от Кристальной брони не было прока. Самые ярые участники сражения на горе Фэнъя в конечном итоге обратились в трупы, так и не узнав, что бились за бесполезные стекляшки.
— Три года я тайно поддерживал Сунь Дина, — прошелестел Вэнь Кэсин. — Как иначе этот безнадёжный придурок[473] смог бы соперничать с Призраком Висельника или Призраком Непостоянства?
— Потом ты приманил Сюэ Фана на наживку. Он украл ключ, и вялотекущая ссора троих сильнейших призраков переросла в открытую вражду.
Вэнь Кэсин беззвучно рассмеялся:
— У меня не было того, к чему они так стремились. Призраки всех мастей заинтересовались Арсеналом ещё тридцать лет назад... Но тогда Долина только набирала силу, и здешние обитатели не решились бросить вызов пяти великим кланам, хранившим фрагменты Брони.
Конец фразы Вэнь Кэсин договорил одними губами, а затем отвернулся и пару раз кашлянул, сплёвывая кровь. Равнодушно стерев с подбородка красные капли, он продолжил рассказ:
— Тридцать лет назад… госпожа Жун доверила ключ моему отцу. Отец думал, что при этом присутствовали всего трое. Госпожа Жун умерла на его глазах, а Лун Цюэ хранил тайну до самой смерти… Сложись всё именно так, в цзянху воцарился бы мир, верно?
— Был кто-то четвёртый? — быстро сообразил Чжоу Цзышу. — Это Чжао Цзин? В то время… он не имел никакого влияния, благородные кланы не стали бы говорить с ним. Поэтому Чжао Цзин тайно объединился с призраками?
— Хм, возможно… В любом случае все они мертвы, — холодно усмехнулся Вэнь Кэсин.
Помолчав, он протяжно вздохнул и сокрушённо отметил:
— Так глупо. Ни госпожа Жун, ни Лун Цюэ не открыли отцу назначение ключа — всё ради сохранения тайны. Отец считал, что это действительно важный предмет, который нельзя выбросить, потерять или уничтожить… Поэтому он увёз мою мать в затерянную среди гор деревушку. На целых десять лет… Увы, в год, когда мне исполнилось девять, деревня получила знамение грядущих бедствий. Сова…
— Хватит! — резко оборвал его Чжоу Цзышу. Немного погодя он добавил заметно мягче: — Достаточно. Столько лет прошло, не нужно…
Но Вэнь Кэсин не желал останавливаться:
— Родители считали, что навлекли беду на соседей, и решили сражаться до конца. Меня они отослали прочь, наказав вернуться утром. Я волновался и не понимал серьёзности ситуации, поэтому раньше времени прокрался обратно к дому. Там я увидел…