Далекие странники (СИ)
Она поджала губы, демонстрируя презрение к подобной хитрости.
— Так и было, — улыбнулся Чжоу Цзышу. — Куда же подевался твой хозяин?
Девушка сидела на алтаре для подношений, болтая ногами. Слегка склонив голову и потупив глаза, она излучала невинность и очарование. Прежде, чем удовлетворить любопытство Чжоу Цзышу, Гу Сян скосила на него оценивающий взгляд и снова уставилась в пол.
— Господин отправился проведать давнего любовника, — пожала она плечами.
Чжоу Цзышу недоверчиво посмотрел на девушку. Он предполагал, что молодая красавица являлась наложницей мужчины в сером. Другие причины, объясняющие их совместное путешествие, не приходили ему в голову.
Гу Сян сердито наморщила лоб и раздражённо выпалила:
— Чего уставился?! Я что, должна дежурить под окнами и слушать, как он делает это с другим мужчиной?
Чжоу Цзышу сдавленно закашлялся и смущённо потëр нос кончиком пальца:
— Юная дева…
Гу Сян в этот момент походила на маленького зверька, обнажившего острые клычки. Но вскоре она отвела глаза и задумчиво указала носком сапога на спящего Чжан Чэнлина.
— Ты веришь ему? Веришь, что этот тип с дротиком был Призраком Висельника?
Чжоу Цзышу заколебался.
— Если… мальчик имел в виду Висельника из призрачного братства с хребта Цинчжу…[30]
Лёгкая насмешка мелькнула на лице девушки.
— Какая осведомлённость! Может, ты знаешь какого-то другого Призрака Висельника?
Чжоу Цзышу покачал головой и хотел заговорить, но тут острая боль насквозь пробила его грудь сразу в нескольких местах. Чжоу Цзышу пришлось притвориться, будто он тщательно обдумывает ответ. Через пару минут он смог продолжить:
— Ходит молва, что на хребте Цинчжу, у подножия горы Фэнъя[31] расположена Долина призраков. Там находят пристанище люди, совершившие ужасные преступления, а также те, кому больше некуда податься в отчаянном поиске убежища. Все ушедшие в Долину теряют право называться людьми. Они «умирают», отказываясь от прежних воспоминаний и связей со старой жизнью, чтобы «возродиться» призраками. Слухов о горе Фэнъя много, и все ужасающие — настолько, что враги отказываются от мести, как только человек становится призраком. Выживание в Долине ничем не лучше жестокой казни. Что до Призрака Висельника, то он когда-то был печально известным цветочным вором.[32] Сюэ Фан отнял жизни двадцати шести человек — как юношей, так и девушек, включая старшую ученицу школы Эмэй. Когда шесть крупнейших орденов объединились для возмездия, у Сюэ Фана не осталось иного выбора, кроме горы Фэнъя.
— Выходит, это мог быть тот самый Сюэ Фан? — Гу Сян покосилась на мёртвого человека со шрамом.
— Сюэ Фан за тридцать лет закрепил за собой славу свирепого преступника и убийцы, — усмехнулся Чжоу Цзышу. — Сомневаюсь, чтобы юная дева смогла легко победить его.
Гу Сян готова была пылко возразить, однако, взвесив все за и против, веско кивнула:
— Ты прав. Если бы я в самом деле убила Призрака Висельника, мои предки восстали бы из могил! Но у меня нет родителей, я понятия не имею, где они похоронены и есть ли у них вообще могилы. Поэтому они не могут восстать. Следовательно, этот человек точно не Призрак Висельника.
В выводах Гу Сян не было абсолютно никакой взаимосвязи, но она осталась довольна работой собственного ума. Чжоу Цзышу не хватило духу испортить девушке настроение. К тому же, у него начинало темнеть в глазах от боли. Поэтому Чжоу Цзышу просто прислонился к стене и сомкнул веки в ожидании утра.
После полуночи терзания от гвоздей становились адскими. Обычно Чжоу Цзышу старался лечь пораньше, чтобы успеть отдохнуть к окончанию третьей стражи[33] и пережить приступ с новыми силами. Однако сегодня выспаться ему не дали, а теперь заснуть было невозможно. Всё, что оставалось — стиснуть зубы и терпеть.
Только когда на восточном горизонте забрезжил рассвет, мучения пошли на убыль. К этому времени Чжоу Цзышу чувствовал себя практически парализованным. Он занялся дыхательной практикой, чтобы распределить энергию по онемевшему телу. Но внезапно Гу Сян, прикорнувшая на алтаре, вскинулась и начала тревожно оглядываться.
— У нас гости! — прошипела она.
Чжоу Цзышу помрачнел. Он тоже почуял чужое присутствие и хотел вскочить, но пошатнулся и осел на землю. Гу Сян застыла от удивления.
— Ноги затекли, — пробормотал Чжоу Цзышу и уже осторожнее пополз вверх, цепляясь за алтарь с благовониями. Оправдание было неубедительным, и глаза Гу Сян медленно расширились.
По утрам Чжоу Цзышу был слабее всего, а короткая медитация не успела снять напряжение в одеревеневшем теле. Меньше всего ему сейчас хотелось сражаться.
— Бери мальчишку и прячьтесь, — шепнул он Гу Сян.
— Куда же тут прятаться, не подскажешь?!
Чжоу Цзышу не успел ничего придумать, так как в храм плавно и слаженно проскользнули вооружённые люди в масках. Вошедшие сразу заметили спящего Чжан Чэнлина и без разговоров ринулись в атаку. Чжоу Цзышу всё ещё держался за алтарь, когда первый из нападавших обнажил хэндао[34] и метнулся к парнишке. Никто не разглядел, что случилось дальше: мелькнула расплывчатая тень, а в следующую секунду горло человека с клинком раздавили худые пальцы. Незваный гость и охнуть не успел — лишь судорожно дёрнулся и испустил дух. Жестокая техника убийства повергла в шок остальных членов отряда. Все они замерли, напряжённо и недоверчиво разглядывая ходячий скелет, который даже стоял с явным трудом.
Гу Сян украдкой показала им язык и, спрыгнув с алтаря, встала позади Чжоу Цзышу.
Судя по ступору, возникшему в их рядах после гибели соратника, люди в чёрном не являлись опытными воинами. Их маскарад только выглядел устрашающе. Будь они, допустим, из Тяньчуана, поставили бы выполнение миссии на первое место, невзирая на угрозу смерти. Призрачное братство с хребта Цинчжу тоже действовало иначе — каждый призрак сражался в собственной манере, а не в едином построении…
Так кто же задумал расправиться с семьей Чжанов?
Чжоу Цзышу деловито поправил рукава, словно потрёпанные лохмотья были его прежней парчовой мантией с серебряным шитьем. Почувствовав неуместность этого жеста, он спокойно остановился и с улыбкой обратился к молчаливым маскам:
— Господа, вы не находите, что время для визита слишком раннее? Кроме того, нападать на беззащитного ребенка, даже не поздоровавшись, немного невоспитанно, не правда ли?
Примечание к части
∾ Шушу (叔叔) — дядя. Обращение к человеку, возрастом младше отца говорящего.
∾ Наньхэ — Южная река (南河).
∾ Призрак Висельника — 吊死鬼, прозвище Сюэ Фана (薛方).
∾ Хребет Цинчжу — Зелёный бамбуковый хребет (青竹岭).
∾ Гора Фэнъя — гора Ветровых утесов (风崖山).
∾ Цветочный вор — насильник.
∾ Третья стража — время с 23:00 до 01:00, час крысы.
∾ Хэндао — 橫刀, одноручный прямой палаш с односторонней заточкой. Компактное, лёгкое оружие общей длиной до 1 метра. Также известен как танхэндао. Возможный прототип японской катаны, https://bit.ly/3PoELWL.
Том 1. Глава 6. Красавец
Примечание к части
Встречаем беспардонного господина Вэнь Кэсина, который начинает знакомство с того, что лапает Чжоу Цзышу! Я с него не могу! Он классный!
Тишина была красноречивее любого ответа. Наёмники обменялись безмолвными жестами и, на время позабыв о Чжан Чэнлине, начали медленно окружать Гу Сян и Чжоу Цзышу.
— Вот досада! — сокрушённо воскликнула Гу Сян. — Я так давно не совершала добрых дел, а как решилась, так сразу накликала на свою голову неприятности! Чжоу-сюн,[35] я всего лишь хрупкая девушка, которая никогда раньше не видела таких грозных мужчин. Мне очень страшно. Прошу, защити меня!
Чжоу Цзышу чуть не поперхнулся, услышав последнюю фразу — настолько она не вязалась с обычным поведением этой юной особы. Должно быть, девушка хотела сбить противников с толку.[36] Чжоу Цзышу укоризненно посмотрел на Гу Сян, но та продолжала изображать беззащитную деву в беде и таращилась на него широко распахнутыми растерянными глазами.