Зверь (СИ)

— Мы не можем сражаться, пока кардинал Левий в руках у мятежников! Эр Рокэ! Это будет чёрной неблагодарностью! Мы не должны рисковать жизнью его высокопреосвященства. Он столько сде…
— Юноша! — резко оборвал его Алва. — Напоминаю вам, что вы не имеете права голоса на совете. Вы мой оруженосец, а не командующий.
— Но, монсеньор…
— Помолчите, или я отправлю вас в обоз под присмотром прислуги.
Ричард побелел от ярости, закусил губу и насупился. Алва чуть слышно вздохнул и снизошёл до объяснения.
— Кардинал знал, на что шёл, — бросил он. — Если среди мятежников есть богобоязненные эсператисты, его не тронут. К тому же у них будут куда более неотложные дела. Виконт Валме, карту.
— Не тревожься, Дикон, — шепнул Робер на ухо Ричарду. — Левий сможет спрятаться в замковой церкви. Среди челяди есть преданные люди, а ризница надёжно запирается.
Офицеры окружили стол, на котором Марсель расстелил карту.
— Центром обороны мятежников является Эр-Эпинэ, — произнёс Алва, указав на треугольник, обозначающий замок. — С востока он защищён рекой, ближайший мост – выше по течению, в деревушке Алейе, перед которой мы с вами находимся. К западу от замка лежат крестьянские поля и пастбище, сзади – дорога на Нежюр, где имеется второй мост. Если я правильно понял, в Нежюре стоит резерв? — уточнил он у барона Гаржиака.
— Да, солдаты полковника Рёдера, — подтвердил тот. — Но они не слишком рвутся в бой. Горожане недовольны и не хотят осады. Они легко откроют ворота законному правителю.
— В таком случае, барон, — Алва поднял голову и внимательно взглянул на Гаржиака, — почему бы вам не взять на себя переговоры с Рёдером?
— Охотно, ваша светлость. Что я могу ему сказать? — деловито осведомился тот.
— Что у него есть шанс искупить измену, — холодно ответил Алва. — Он нарушил свой долг, но может заслужить помилование, если сложит оружие.
— Я отправлюсь в Нежюр сразу же после совета.
— Отлично. В том случае, если вы преуспеете, участие ваших людей в сражении мне не понадобится.
Гаржиак заметно воодушевился.
— Вы можете полностью положиться на меня, монсеньор! — воскликнул он.
— Я так и поступлю, барон. Мы подождём результата ваших переговоров. Далее, господа, между замком и Нежюром, как видите, лежит лес, именуемый лесом святой Мартины. Река делает в этом месте изгиб, тогда как проезжая дорога идёт прямиком через чащу.
— Превосходное место для засады, — обронил полковник Гирке словно бы про себя.
— Вы полагаете, что граф Агиррэ прячет здесь своих людей? — спросил Робер недоверчиво. — Для чего?
— Я имел ввиду другое, — уклончиво ответил Гирке.
— Я понял вас, полковник, — произнёс Алва. — Однако герцог Эпинэ тоже прав. Граф Агиррэ слишком глуп, но капитан Карваль – фанатик, а не сумасшедший. Он наверняка предусмотрел план отступления. Если мятежники доберутся до моста в Нежюре, они сбегут в Гальтару, где много старых выработок. Выкурить их из этих нор будет не так-то легко.
— И вы хотите поставить западню на западню?
— Именно. Капитан Кохрани! — Алва окликнул главу личной охраны герцога Окделла. Удивлённый, что его вообще допустили на военный совет, тот даже вздрогнул от неожиданности. Алва между тем спокойно продолжал: — В Варасте полковник Каллофен продемонстрировал мне, как надорцы выслеживают врага, оставаясь никем не замеченными. Вы, я полагаю, тоже способны угнать стадо коров из-под самого носа у пастуха?
— Как всякий горец, — коротко ответил Кохрани.
— В таком случае, капитан, вы возьмёте всех своих надорцев и моих людей – я имею ввиду отряд капитана Энрикеса – и проведёте их этим берегом Жолле, скрываясь в виноградниках. Здесь, — Алва указал пальцем на изгиб реки, — вы тайно переберётесь на другую сторону и затаитесь в лесу. Ваша задача – перерезать мятежникам путь к Нежюрскому мосту и вынудить их отступить обратно в Эр-Эпинэ. Неплохо будет также, если они вообразят, будто вас гораздо больше, чем есть на самом деле. Справитесь?
Кохрани в нерешительности посмотрел на своего герцога, который всё ещё хмурился и кусал губы, прячась за плечом у Робера. Алва проследил направление взгляда, и губы его дрогнули, будто сдерживая улыбку.
  
— Если герцог Окделл изменит своё первоначальное мнение и согласится сражаться, — проговорил он равнодушно, — то я доверю командование этой операцией ему.
Дик вскинул голову, вздрогнув от неожиданности, и залился краской стыда и удовольствия одновременно.
— Я готов сражаться! — воскликнул он запальчиво и прибавил тише, сквозь зубы: — Я не трус!
— Не вы ли говорили только что, что битву нужно отложить?
— Я беспокоился о безопасности его высокопреосвященства, только и всего! — возразил Ричард с горячностью. — Он сделал для нас так много!..
— Так вы не пойдёте вместе с капитаном Кохрани и моими людьми?
— Я… Я пойду! — с вызовом заявил Дик, вскинув подбородок. — И если я смогу сделать что-нибудь для спасения его высокопреосвященства, меня ничто не остановит!
«Вот упрямец!», — восхитился Валме.
— Послушайте, Рокэ, — вмешался Робер, — если Левий укроется в церкви – а это очень возможно, то в ризнице есть потайная дверь, выходящая прямо на дорогу в Нежюр.
Алва вздохнул и развёл руками.
— Хорошо. Если кардинал выберется через эту дверь, юноша, я разрешаю вам прийти ему на помощь. Но запомните: лезть в замок вам самому или кому-либо из вашего отряда я запрещаю. Вы не должны выдавать своё присутствие. Это ясно?
Ричард бросил на Робера признательный взгляд.
— Да, монсеньор!
— Барон! — Алва снова повернулся к Гаржиаку. — Вы знаете укрепления и планы мятежников. Сколькими орудиями они располагают?
— Двумя фальконетами и одной кулевриной. Вся артиллерия установлена на башнях замка, Герцоге и Герцогине. Ею командует теньент Левфож.
Алва указал линии на карте: небольшая батарея могла вести огонь только с юго-запада и юго-востока. Главную башню – Арсенальную, когда-то возвышавшуюся с северной стороны и закрывавшую внутренний двор, велел снести ещё кардинал Дорак.
— Входные ворота разрушены шесть лет назад, — сказал Алва (он не стал упоминать, что это произошло после восстания Эгмонта Окделла). — Тогда внутренний двор был полностью открыт. Здесь, — он ткнул пальцем в проплешину перед замком, — находится пустырь, на котором маркиза Эр-При пыталась разбить парк. По словам виконта Валме, мятежники возвели здесь новые укрепления.
— Да, равелин, чтобы защитить Эр-Эпинэ с севера, — подтвердил Марсель, вспомнив ночь своего бегства.
— Демилюну, — пояснил Гаржиак (он использовал эпинское слово). — Её обороной командует сам капитан Карваль и барон Горуа. Пехотный полк Агиррэ стоит перед ними в деревне.
Алва повернулся к новому графу Гирке.
— Это ваше направление, полковник. Что вы думаете предпринять?
— У меня будет поддержка кавалерии? — невозмутимо осведомился тот, склоняясь над картой.
— Два эскадрона. Грасси, — обратился Алва к кавалерийскому капитану, — вы должны отбить мост в Алейе у Люра и проложить дорогу пехоте графа Гирке.
— Я вижу в деревне три главные улицы, — произнёс Гирке, указывая направления на карте. — Они сходятся у пустыря с равелином или демилюной, если вам угодно. Солдаты рассредоточены по домам и палисадникам, я полагаю?
— Да, — подтвердил Алва. — Вояки из них так себе, но окопаться они успели хорошо. На улицах возведены баррикады. Ваша задача – выбить их из деревни и отбросить на укрепления Карваля.
— И заставить кавалерию полковника Люра пройтись по собственной пехоте? — спросил Гирке, взглянув на Алву понимающим взглядом.
— Вы угадали мою мысль, полковник.
Гирке задумчиво кивнул.
— Лефлёр, вы на левом фланге, — продолжал маршал. — В вашем распоряжении будут тяжёлая артиллерия и пять мушкетёрских рот. Прижмите мятежников к Эр-Эпинэ, не позволяйте им форсировать Жолле и рассыпаться в виноградниках.
— Фальконеты Левфожа достанут до нас через реку, — заметил офицер, прикинув дальность огня. — Нужно послать разведчиков, чтобы оценить местность.