Раб ведьмы (СИ)
Рабовладение в стране было обыденным делом. Были рабы почти во всех зажиточных домах. И торговали ими свободно по всей стране, во всех городах и селах. Правда законы были суровыми. Отношение к рабам было особенное. Раб имел много прав, был под защитой государства. Мог раб и от плохого хозяина защиты в суде попросить. Разбирались такие дела с особой тщательностью, потому как раб мог рассчитывать лишь на смену хозяина или снова на рынок попасть, а вот нерадивый хозяин наказывался штрафом. И суммы в городские казны, если дело выиграно рабом, шли не шуточные. А потому жили рабы в целом хорошо. Сыто да безопасно.
— В центр пойдем, — вслух наконец-то решила ведьма. — одеть тебя надо.
* * *
Деревенский рынок гудел. Зазывали клиентов торговцы разными товарами. Гремели менестрели у таверны. И было тут всего больше чем всегда: и народу, и товаров, и шума. А все по той же причине — привезли рабов. В деревнях своих работорговцев не было. Не выгодно, богатых клиентов мало, а простому люду раб ни к чему. А потому, в день приезда работорговцев местные торговцы всегда старались изо всех сил: витрины блестели чистотой, лавки ломились от изобилия товара. Ведь люди приходили с окрестных, более мелких деревень, а значит и дохода было больше.
— Добрый день, Анаси, — ведьмочка зашла в лавку и громко поздоровалась.
— А, Марика! — хозяйка, не молодая женщина, ласково улыбнулась, — здравствуй. За тканью пришла? Решилась?
— Нет, Анаси. Платье новое откладывается. Вот, одеть бы, — девушка засмущалась и кивнула в сторону раба. Было ей жутко стыдно.
— О боги небесные, — взмахнула руками женщина. — Раб! Ты раба купила, Марика?
— Нет, нет, Анаси. Не купила. Подруга подарила, — и девушка окончательно покраснела.
— Элька, то? — засмеялась хозяйка лавки. — Ну дает! Ох и вломит ей отец как узнает! И по делом. Не переживай Марика, оденем твой подарок. Проходи, раб, давай посмотрим, что на тебя есть. Марика, сколько на него возьмешь?
— Давайте три смены. А там видно будет.
Женщина увела Ирвина в подсобку. Через несколько минут парень вышел уже в новых штанах, просторной холщовой рубахе и со свертками в руках.
— Спасибо, Анаси, — искренне поблагодарила ведьмочка, расплачиваясь за покупки. — Ой, чуть не забыла, — девушка полезла в тряпичную сумку, висящую на плече. — Настойку мужу передадите? Заканчивается небось.
— Ой, Марика, спасибо, — торговка приняла бутылек, — действительно заканчивается, а я все никак дойти до тебя не могу. Травки твои волшебные, совсем уже у него суставы болеть перестали. Спать ночь стал хорошо.
— Я очень рада. Вы главное не пропускайте, к зиме вылечим. — девушка счастливо заулыбалась.
Походив еще по рынку Марика занялась своими делами. Занесла несколько свертков и бутылёчков в ближайшие дома, закупила какие-то вещи, продукты.
— Хозяйка, давайте сумку понесу. — пробасил раб за спиной у девушки после очередного магазина. Марика вздрогнула.
— Да мне не тяжело, — отмахнулась она.
— Хозяйка, ну не положено же. Я же ваш раб. Работать должен.
— Ну неси.
И было это странно. Идешь с рынка, а руки пустые.
К вечеру вернулись домой.
— Ирвин иди пока осмотрись, а я ужином займусь.
— Может сделать что нужно, хозяйка? — снова спросил раб.
— Да нет вроде бы, — девушка развела руками, — нет дел-то никаких.
— Ну может воды в баню принести?
— Ну принеси. И с ночлегом надо определиться. Ты уж прости Ирвин, но в дом я тебя пока не пущу.
— Да, хозяйка, понимаю. Я вон тот сарайчик осмотрю, можно?
— Только не перепутай мне травы. И ничего не трогай там.
— Хорошо.
Ирвин обошел двор. Небольшие строения требовали ремонта. Из всего хозяйства во дворе стоял сарай, к которому примыкал небольшой птичник с курами. Дворик был отделен невысоким заборчиком из ивовых прутков, а за заборчиком вилась тропинка, что отделяла сад от огорода. В конце тропинки, у самого забора, стояла маленькая банька.
Сарайку Ирвин приметил сразу и решил ее осмотреть. Внутри лежали тюки с соломой, из которых раб решил соорудить себе постель. Хранился тут и садовый инвентарь в углу, висели на крючках корзины, а под потолком сушились травы. От того аромат стоял в сарайке изумительный. Быстро сориентировавшись, что и как обустроить для себя, Ирвин пошел в баню. Натаскал воды с колодца, приметил кучу не колотых дров. Пока разбирался и планы строил на жилье Марика позвала ужинать.
— Эй, ты чего это на пол садишься! — изумилась девушка, когда, взяв свою тарелку с супом, Ирвин опустился прямо на землю.
Ужинали на улице. В саду за малиновыми кустами стоял большой квадратный стол и пара лавок. В дом, раба ведьмочка пускать почему-то не хотела. Сама еще не поняла почему. Потому и решила ужин накрыть в саду, благо погода стояла теплая.
— Так я раб.
— И что? Не животное же. Садись за стол.
— Рабам за одним столом с хозяевами садиться не положено, — заученно ответил Ирвин.
Марика нахмурилась и отложила ложку.
— Знаешь, что! Давай-ка мы с тобой договоримся. Да, на бумаге ты мой раб. Но я не знаю, что мне с тобой делать. Ты мне не нужен, но выбора у меня уже нет. Будешь помощником в доме. Год проживем, я тебя освобожу. Нет у меня желания раба иметь. Ведьма я, понимаешь, не леди, не вельможа. Самая обычная ведьма. А потому мне свои порядки тут не устраивай. Сядь за стол и ешь, — к концу своего монолога Марика почти закричала, нервы все-таки не железные.
Ирвин смотрел на девушку широко открытыми глазами.
— Освободишь? — прошептал он.
— Освобожу, а что тут такого? — удивилась ведьма, — ну не продавать же тебя. Я тебя не покупала, и продавать не собираюсь. Сам для себя решишь, как дальше жить. У меня своя жизнь и мне она нравится.
И тут случилось неожиданное. Поставив тарелку с супом на стол, раб бухнулся ведьме в ноги.
— Буду служить тебе верой и правдой, хозяйка. Любой приказ исполню. За свободу все, что хочешь сделаю.
— Эй! А ну встань, сумасшедший, — Марика смутилась и лицо ее залилось краской, — ну ка успокойся, садись давай за стол и ешь.
— Простите хозяйка, — Ирвин быстро поднялся и секунду поколебавшись сел за стол.
Помолчали.
— Там в предбаннике софа стоит, — заговорила наконец ведьма.
— Простите, хозяйка, можно в сарайке спать буду?
— Зачем?
— Так ведь нельзя по ночам в бане быть.
— Почему?
— Там черти моются.
Ведьма захохотала.
— Ирвин! А говоришь не суеверный. Какие еще черти, я светлая ведьма. Нет тут никаких чертей.
Детина покраснел.
— Простите. Я там уже лежак соорудил из соломы. Травки не трогал. Ничего не сломал.
— Ну если тебе там лучше, — ведьма все еще хохотала, — а то в бане-то, с чертями, веселей небось.
— Простите, — снова пробасил детина и окончательно смутившись опустил глаза.
— Ой, да брось ты! — отмахнулась ведьма. — вот насмешил же. Ладно. Сарай так сарай. Тепло еще. Потом решим что-нибудь.
На ночь ведьма заперлась. На все засовы в сенях. Плотно прикрыла дверь в спальню на втором этаже и даже окна заперла и зашторила. Было ей жутко неуютно, от того что в родном дворе был чужой, совершенно не нужный ей мужик.
Глава 2
Утро встретило девушку незнакомыми звуками. Марика насторожилась. Тюк-тюк-тюк. Звон металла и глухой удар о камни. Девушка натянула одеяло по самые ушки и снова прислушалась. Звуки повторились. Тюк-тюк-тюк. Еще немножко полежав, ведьмочка все-таки набралась смелости и, чуть отодвинув шторку, выглянула в окно.
— Тьфу ты, трусиха! — обругала себя девушка, — а еще ведьмой называешься.
Во дворе Ирвин колол дрова. Полешки аккуратно складывал в дровник. Не смотря на ранний час летнее солнце уже нещадно палило и, раб работал без рубахи. Марика залюбовалась. Молодой сильный мужчина играючи махал топором, чурки разлетались под его мощными ударами в разные стороны, а капельки пота блестели на рельефе мышц. Картину портила только толстенная цепь на шее, от которой кожа покраснела и виднелись кровавые ссадины.