Русская фольклорная демонология

  
Глава 13. Чёрт
 
 
Чёрт как персонаж встречается в различных жанрах русского фольклора: в волшебных и бытовых сказках, в этиологических легендах и преданиях, в народных рассказах о жизни святых, в пословицах и поговорках. Разумеется, в каждом из перечисленных жанров этот образ будет иметь свои особенности: в волшебной сказке чёрт похищает и уносит царевну, в легендах — изобретает табак или водку на погибель человеку, в бытовой сказке и народном анекдоте выступает наивным простаком и владельцем несметных богатств. В особенно важных для этой книги быличках и поверьях его образ толкуют разнопланово. Прежде всего чёрт — универсальное собирательное название для нечистой силы вообще. Иными словами, леший, водяной, банник, демонические помощники колдуна могут быть поняты как конкретные разновидности чёрта, чью отдельность и специфику зачастую плохо осознают и сами носители фольклора. Соответственно, слово «чёрт», по меткому выражению Е. Е. Левкиевской [2413], часто используют как некоторый «джокер», особенно в тех рассказах, где конкретизация не нужна или затруднительна. В то же время с образом чёрта могут быть связаны и специфические мотивы, нехарактерные для других демонов: он подталкивает человека к самоубийству, заполучает после смерти душу грешника, охраняет цветок папоротника, сторожит клад и т. д. Таким образом, «чёрт» как категория включает в себя всех остальных представителей нечистой силы, но при этом он как персонаж не равен простой «сумме» других персонажей, а имеет на их фоне выраженную специфику.
 
У фольклорного чёрта есть еще существенная особенность — его отношение к книжной культуре и «народному христианству» [2414],  [2415]. С одной стороны, чёрт в сознании православных русских крестьян XIX–XX веков отчетливо ассоциируется или даже отождествляется с бесами, дьяволом, сатаной, то есть с персонажами, пришедшими «из христианской, книжной традиции» [2416]. Иными словами, фольклорный образ чёрта сложился под сильным влиянием сюжетов, мотивов и образов, известных из Священного Писания, апокрифов, описаний искушений и подвигов святых и т. п. С другой стороны, в образе чёрта есть и много неканонического, собственно «народного», предположительно восходящего к дохристианским верованиям славян. Именно причудливое взаимодействие, творческое, многовековое переплетение церковно-канонического и народного формируют уникальный образ фольклорного чёрта.
Откуда взялись черти
Как уже указывалось выше, фольклорные представления о чёрте тесным образом переплетены с христианскими представлениями и сюжетами, которые переосмысляются и перетолковываются в духе «народного православия». Особенно явственно это смешение видно в фольклорных легендах — жанре, сформировавшемся под сильным церковно-книжным влиянием. Именно здесь можно обнаружить большинство текстов, толкующих происхождение чертей и нечистой силы.
Гравюра «Преподобный Макарий и бес в тыквах». XVIII в.
Преподобный Макарий Египетский и бес в тыквах [Изоматериал]: [лубок]. — [Москва, 17–]. — 1 л. Российская национальная библиотека
  
В легендах сатана (чёрт, дьявол) осмысляется как соперник, неудачливый подражатель и одновременно партнер Бога по мироустройству. Зачастую чёрт и дополняет, и портит Божье творение, создавая неудобные, как бы неправильные и враждебные человеку пространства — горы и болота, — за что бывает наказан Богом. Так, в тексте из Пензенской губернии Бог в наказание сажает чёрта в глубокий овраг с вонючей водой и глиной. Далее рассказ увязывает эти легендарные действия поры первотворения с актуальными, современными представлениями: «поэтому черти теперь и бывают в оврагах и болотах, даже слышать можно, как они там стонут, визжат и хохочут» [2417].
Создание Богом «небесного воинства» — тоже часть мироустройства. Подражая ему (а иногда и по собственному «изобретению»), сатана творит войско бесов — для этого он (или его помощник) бьет по камню, и от каждого удара появляется бес [2418]. Распространение чертей по земле может рассматриваться и как «вторичное» явление: в легендарную эпоху некоему святому старцу удалось запрятать всех чертей, кроме одного, в сосуд, однако последний чертенок, соблазнив пьяницу открыть сосуд, вновь заполнил землю чертями [2419].
Согласно некоторым поверьям и быличкам, черти могут плодиться подобно другим живым существам: «лембои [черти — В. Р.] женятся между собою, распложаются» [2420], «они [черти — В. Р.] двух полов, совокупляются, рождают детей — чертенят» [2421]. Представление о том, что нечистые духи могут размножаться «обычным» путем, отражено и в рассказе про демонических помощников колдуна: «барыня» просит у колдуна чёрта-помощника, колдун предлагает ей «парочку — самчика и самочку»: если взять только одного демона, «так один и будет, приплоду не будет» [2422].
Как выглядит чёрт
Подобно другим представителям нечистой силы (домовому, лешему, кикиморе и прочим), чёрт часто невидим, о его присутствии догадываются по косвенным признакам. Например, по звукам: шагам, крикам, голосам, раздающейся в неурочное время и в неподходящем месте музыке, шуму пляски. О появлении чёрта можно судить по необъяснимым действиям или событиям: разбросанным вещам, пропавшим предметам. Представление о том, что чёрт прячет вещи, отражено и в известной присказке, которую произносят при потере: «Чёрт, чёрт, поиграй да опять отдай». Иногда с аналогичной просьбой обращаются к домовому [2423].
 
Видал я их не раз, они и большие, и маленькие, с рожками, хвост сзади, копыта. Ушки есть небольшие, глаза светятся. Однажды на празднике мы были. Мне нужно было выйти на улицу. Жена меня с крыльца зовет: «Сашенька, иди ко мне». Я иду к ней. Вдруг кто-то прыгнул ко мне на шею. Схватил я — лапа мохната. Рубец на шее остался. Я убежал [2424].
 
Эскиз к балету «Петрушка». Александр Бенуа, 1911 г.
Wikimedia Commons
Иногда невидимость чертей (как и нечистой силы вообще) носит относительный характер: в одно и то же время кто-то из людей может их видеть, а кто-то нет. Соответственно, в некоторых рассказах человек видит чертей и вступает с ними во взаимодействие, а для остальных (а порой и для самого героя, когда наваждение проходит) такое поведение выглядит странным, небезопасным. В читинской быличке мужик видит чертей, дразнящих его, и начинает палить по ним из пистолета — явившиеся на звуки выстрелов люди не понимают, в чем причина стрельбы [2425]. В другом рассказе скрипача находят, когда он в одиночестве играет в лесу. Его пытаются увести, однако поначалу он сопротивляется: «Не мешайте! Не мешайте, не мешайте! Видите, ребяты только растанцевались, а вы…» — согласно толкованию самого рассказа, скрипача увели в лес черти [2426]. Иногда увидеть или опознать чёрта можно, если посмотреть в промежуток между брусьями [2427] или, нагнувшись, заглянуть в «промежник» (промеж ног) [2428]. Способность видеть чертей приписывают детям: «дети-то, они же ведь как ангелы: на них грехов-то нету, вот они и видят всяку нечисть» [2429].