Красавчик босс и гипноз (СИ)
Так вот почему с ней начало твориться нечто необычное. Да и с Михаэлем она была под действием гипноза. Ясно почему она решилась переспать с ним, ибо в другом случае никогда бы не позволила себе столь опрометчивый шаг. Тогда… Не сходится один факт — с Валдисом у нее нет таких ярких эмоций, ведь она все еще находится под гипнозом?
— И как это исправить? — мисс Савински хотела бы избавиться от этого наваждения под названием «Сексуальный босс».
— Я не знаю,– Джулия чуть не плакала. Она буквально выдрала салфетки из пакета и начала яростно промакивать ими глаза, спасая макияж. — Вы не сердитесь на меня?
— Я подумаю, Джул. Пойми, такими вещами не шутят. Так…Где Эндрю?
— Он уехал на пару дней.
Малену кинуло в жар, ей стало плохо. Она невольно облокотилась на стол секретаря, пытаясь справиться с головокружением.
— Что? Что с вами, мисс Савински? Вам дурно?
— Немного, надо к врачу сходить. Мне уже несколько дней нездоровится. Похоже, сладкое дает о себе знать. Я же не зря от него отказалась.
— Простите меня, пожалуйста, — взвыла Джулия.
— Ладно, разберемся только не плач. Позвони, запиши меня на завтра на прием к терапевту.
— Хорошо сейчас позвоню, запишу. Всё сделаю! Только не увольняйте меня, мисс Савински.
— Я у себя, если что, — Малена направилась в свой кабинет.
«Это ж надо было так вляпаться…»
«Переспать с большим боссом, соблазнив его под действием гипноза. Да я даже маму свою переплюнула!»
Ближе к вечеру в кабинет вошла Джулия, она принесла зеленый чай без сахара, нарезанный дольками апельсин и радостно сообщила:
— Никакого кофе, мисс Савински. И сладостям — нет!
— Ты начинаешь исправляться… — еле слышно проговорила юрист, массируя виски, в надежде избавиться от давящей боли. — Что-то еще?
— Я записала вас на прием к специалисту на понедельник. Сразу после работы. Пойдет?
— Да, спасибо.
— Просто у него там до конца месяца все занято, поэтому пришлось…
— Ты свободна, Джулия… Спасибо за все. Я поняла.
Девушка вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь в кабинет руководителя юридического отдела.
* * *— Классно выглядишь, — окинул сальным взглядом рыжеволосую женщину директор шоу. — У меня для тебя сюрприз.
— О, господин Нильс только без сюрпризов! — Малена жалобно взглянула в его глаза. — Это мое последнее выступление, не забыли?
— Да, конечно, конечно. Вот, что я скажу: оно будет фееричным, не забываемым, грандиозным. Ты прошлый раз с таким чувством танцевала, я не мог не заметить. Великолепно. Я подготовил новый контракт…
— Но!
— Да послушай, милая… Не перебивай.
— Сразу скажу — нет.
— А я все равно сообщу! Вот документы, — мужчина достал договор. — Всего на год. Маленький годик!
Малена выхватила из его рук листы бумаги, пробежалась глазами по строчкам и ахнула:
— Прима? Я???!!!
— Прошлое выступление ты раскрылась и я, наконец, увидел в тебе то, что давно мечтал узреть. Ты — совершенство. Всё же дочь своей матери. Она была — богиня. И не спорь. Сегодня твой вечер.
Невольно заподозрив неладное, мисс Савински обернулась:
— Куда это вы там всё время смотрите… — прошептала она, теряя дар речи.
На входе в ночной клуб висел огромный плакат с её изображением в полуобнаженном виде и черной шляпе, затемняющей лицо, а внизу гласила надпись: «Несравненная прима клуба „Дикая роза“ Мальвина Леви. Только один день. Пусть ваши аплодисменты и интерес дадут понять ей, что она должна остаться».
— Ты это специально всё подстроил! — прошипела красавица, топнув ножкой.
— Все билеты проданы… Переодевайся!
Глава 27
ГЛАВА 27
Малена знала танец. На случай болезни одной из танцовщиц, члены балетной труппы должны были её заменить. Но никогда она не лезла из кожи вон, да и смысла не видела, карьера танцовщицы её отнюдь не прельщала. Интерес к ритмике появился только лишь после разрыва с парнем, а изучая пластику, мисс Савински больше думала о здоровье тела и подвижности суставов, а не о том, как бы лучше себя подать на сцене, дабы заслужить признание публики. Да, прошлый раз она вошла во вкус, позволив эмоциям выплеснуться наружу, а руководство клуба узрело в этом перспективы и задумали уговорить продлить с ними контракт.
— Старый уж!– выругалась она, надевая костюм. — Что ж… Это последний раз. Надо показать им класс! — женщина улыбнулась, отгораживаясь от реальности и погружаясь в сценический образ.
Малена вышла на сцену. Через одно мгновение зазвучала музыка… Она даже не могла самой себе объяснить, чем её зацепила эта песня, но это было именно то, что нужно. Хриплый женский голос певицы в сочетании с активной мелодией наполнял таинственностью полутемное помещение клуба, приковывая взгляды всех присутствующих к сидящей на стуле женской фигуре. Сквозь туман сигаретного дыма одинокий луч софита касался то ее лица, наполовину скрытого шляпой, то тонких кистей обнаженных рук, небрежно лежавших на спинке стула, то острого каблука, покачивающегося в такт рваным звукам попсы.
Скинуть шляпу, сорвать с волос простую черную ленту, тем самым выпустив на волю огненный водопад шелка. Пропустить сквозь пальцы шикарную гриву, дерганым движением стянуть галстук, освобождаясь от тонкого поводка, снять пиджак, отшвырнув в сторону кончиком туфли. Расстегнуть пуговицы на блузке и наконец-то вдохнуть полной грудью, до рези в груди. Она… она оставила позади скучный, постылый офис, серые толстые папки, угрюмые лица, дождливые улицы, безликих прохожих. Всё где-то там, в другой реальности. Медленно подняться со стула и, откинув голову назад, потеряться в музыке, под оглушительный крик души: «Я теперь СВОБОДНА!»
Мелодия затихла, оставив женщину сидеть на полу, безвольную, опустошенную, но впервые за очень долгое время — счастливую. Именно в тот момент она поняла, что сможет радоваться одинаковым будням, выдержит расставание с мужчиной мечты, и многое другое переживет, выходя всегда победительницей обстоятельств.
«Я вырвусь отсюда и начну новую, только свою жизнь».
— Браво! — слышалось из зала.
Посетители заведения были в восторге. Мальвина оправдала их надежды, показав, что и у движений есть история и буря эмоций.
Потом было еще несколько выступлений, но они представляли собой не сольные номера, а коллективные постановки.
Молодая женщина к концу шоу выдохлась и её изрядно покачивало. Она собралась откланяться и уже начать собираться домой, сказав всем работникам «Дикой розы»: прощайте навсегда, когда в проеме дверей её гримерки нарисовался владелец заведения.
— Покидаешь нас?
— Ага… Наконец-то… — она не стала кривить душой и изливаться в любезностях. Оказалась на этой работе не по своей воле, а по глупости и незнанию. — Так. Что без обид, Григорий Климович.
— Какие тут обиды? Сегодня аншлаг… Я доволен, клиенты тоже. Не хочешь славы и больших денег, это уже не мое дело.
— Рада, что мой последний день ознаменовался успехом заведения. Нет, правда…
— Я зашел напомнить. Что твой рабочий день еще не закончился. Хоть он и последний, — мужчина сделал ударение на конечном слове. — Будь добра отработай его согласно графику. Отпускать тебя раньше времени, я не намерен.
— Право, смилуйтесь. Я неважно себя чувствую.
— Бери больничный, так и быть, я этот день тебе не засчитаю, отработаешь его после того, как поправишь здоровье. Как видишь, я не изверг и все понимаю.
— Хорошо! Что я должна делать оставшееся время? — она скрипнула зубами от досады. Наивная дурочка, думала старый хрыч вот так просто её отпустит, вцепился в неё, словно утопающий за спасательный круг.
— Иди в зал. Там компания бизнесменов жаждет твоего ласкового общества.
— Вы же знаете, что я этого не люблю.
— Последний день, крошка! И ты свободна. Вперед!
Облачившись в облегающее черное платье с вырезом по линии бедра и черную кружевную маску, рыжеволосая красавица вышла в зал. Раньше шеф относился к ней намного лояльнее, а иной раз даже не замечал. Сегодня же решил выместить на ней свое недовольство её нежеланием продлевать контракт.