Звездный султан-покоритель принцесс. Том 2 (СИ)

— Пойдёмте, пойдёмте, я всё вам покажу, — киваю на кабинку с дыркой в стене.
Слил баскетболистов и пошёл довольный из школы. Мобильник у топ–троицы утащить не удалось, но я ещё придумаю, как это сделать. Вышел на улицу, прощаясь с идущими попутно, но спешащими вперёд школьниками. И направился по аллее прогуляться.
Юбку красивую увидел вдалеке, а точнее ножки и попку. Поспешил за девушкой. А это оказалась та самая баскетболистка, которую отметил для себя. На остановку автобусную не пошла, а двинула на пустырь с другим автобусом, где стёкла завешаны шторками. И дядек каких–то много. Они с ней поздоровались, как свои, и завалились все в автобус, под попку в трусиках её подпихнув.
У троих камеры в руках приметил. А вдруг порнуху снимают? Всегда мечтал сняться для будущих поколений. Поспешил к ним. А автобус взял да тронулся.
Я ж вчера и наткнулся на парочку таких видеороликов, где к девушке якобы в общественном транспорте целой группой пристают. Своего рода фольклор у местных порнолюбителей. Сперва толкают, затем поглаживают, потом натирают через трусы…
Неужели та сучка… ну нет! Автобус всё же подозрительный.
Позвонил Рен, на этот раз домой к ней попросила заехать. Накрутили меня за сегодня школьницы так, что мимолётно мысль проскочила, что и с детективом можно устроить интрижку. Но чересчур она злая и немного психованная, это отталкивает.
Такси поймал и рванул.
Хата у неё на самом верхнем этаже высотки, такая же дрянная, как и моя. Но с выходом на кусок своей крыши приобретает ценность.
Детективша встречает в домашней одежде, растрёпанная. Шорты едва закрывают задницу, ляжки загорелые напоказ, через свободную майку проступают соски, грудь размера третьего, чуть повисла. В неформальной обстановке выглядит интереснее.
Предложила мне пива, сама уже хорошая. Решил попробовать, что тут за дрянь пьют. Устраиваемся на полукруглом диване на открытой веранде на крыше. Как удачно, что впритирку.
— Смотри, что нашёл, — вываливаю на стол всю эту дрянь из пакета. — В школьном туалете, где предположительно издевались над Миюки.
Рен сразу становится серьёзной и изучает находку внимательно.
— Один размер, — заключает вскоре. — Резали ножницами или рвали.
— Заставляли ходить без белья? — Выдаю предположение.
— Вот же мразоты, — соглашается с моей версией Рен и, щупая лоскуты трусов делится, наблюдением: — затвердевшие середники. Это из–за женских выделений или искусственной смазки.
Поскребла, понюхала.
— Насиловали? — Встрепенулся я.
— Я их прикончу, — шипит Рен и присматривается к лейбам. — Это новее. А вот эти совсем затёртые. На старых трусах её меньше. Надо отдать на экспертизу. Молодец Юто, хорошо постарался.
— Ещё я узнал, что у Миюки в прежней школе была подружка Кей, косплейщица, которая любит переодеваться в какую–то «Сейлормун».
— Какую–то? Ты с Луны свалился что ли?
— А ну да, точно, Сейлормун, — посмеиваюсь и глушу пиво из горла. А неплохое пойло для землян.
Рен второй ноут притащила, стала искать в сети. Вычислили, где фестиваль проходит. Как раз через два дня будет.
— Сходишь, поговорить? — Спрашивает Рен. — А то я с девушками не лажу. Она может меня и послать. А ты вон какой видный. Красавчик прямо.
— Ты тоже красотка, — говорю ей, глядя прямо в губы.
— Да? Спасибо, не ожидала. Эй, подкатываешь ко мне? — Отстранилась.
— Зачем мне это? — Строю из себя дурака и к волосам тянусь. — У тебя соринка на волосах, я уберу.
Локон убираю в сторону, лица касаясь. Оторопела, не убирает руку. В глазах Рен мимолётное помутнение. Глажу ещё, подключая вторую. Плывёт, отлично. Тянусь и целую в губы робко, всё растаяла. Полезла уже сама.
А затем резко начала меня раздевать. Увидев торс, ахнула и зашевелилась ещё смелее. В итоге совокупились мы прямо на крыше, и плевать было на зрителей с соседней высотки.
Детективша оказалась полным бревном, когда дело дошло до сути. Но когда я спустил всё в неё, заёрзала и возмутилась:
— Ты что! У меня как раз опасные дни.
— Не переживай, детка, я бесплоден, — ответил ей честно.
 
Это последствия моей вечной молодости. Увы, я не могу иметь детей.
Расставшись на плохой ноте, я поехал на свою квартиру совершенно не удовлетворённым. Эта Рен даже не умеет ублажать мужчину. Проще было подрочить и не изгаляться так. Однако первый секс в карму засчитан, это чтоб в нужную провинцию Адона угодить.
К вечеру, хрумкая чипсы, сел за ноут, чтоб поискать в инфосети стриптиз–клуб в Осаке. По запросу подсовываются театры, кинозалы и девки какие–то в экран смотрящие. Решил найти, где эти «Руины», что школьники посоветовали. Нашёл! Оказывается стриптиз у них — это ночной ресторан. Прихорошился, приоделся с иголочки, выбрав самое на мой взгляд лучшее из шкафа и выехал к ночи по адресу.
За двадцать минут проскочил в другой конец города. И вышел на злачной улице, где половина фонарей не горит. А по пустынным тротуарам ветра задувают. Нашёл у помойки какого–то беззубого бомжа с тройными мешками под глазами–щёлками.
— Не подскажешь, милый человек, где тут Руины?
— Моя жизнь — руины, — выпалил бомж и сипло рассмеялся.
— Держись мужик, — Дал ему пару смятых купюр.
— Спасибо, добрый господин. Ты за таблетками аль травой? — Уточнил бомж, раскрывая жилетку, где у него всякого.
— Клуб «Руины» где? — Настаиваю.
— Аааа, так бы сразу и сказал! Во двор проходи. Только ты такой новенький и нежный, да ещё и европеец. Оно тебе надо?
— Развлечься хочу, всё, не отговаривай, — отмахнулся и поспешил.
В злачном дворе кошки дерутся яростно, драный визг стоит знатно. Тут же чёрные машины припаркованы. А вывесок никаких. Только вот музыка откуда–то снизу доносится. Походил вокруг да около и спуск вниз нашёл к двери железной. Постучался деликатно, затем с ноги.
Открыл верзила пузатый, ускоглазый с ряхой широченной.
— Чего надо, турист? Районом не ошибся?
— Нет, я потанцевать и на тёлок ваших посмотреть, — отвечаю без утайки. — Сколько за вход? Могу по карте перевести, у меня безлимитка.
Абориген смотрит оценивающе. И выдаёт хмуро:
— У нас только наличные. Но можешь часы заложить или мобилу.
Охапку из кармана достаю.
— Школьники скинулись мне. Прими с честью.
Пропустил. Холл, следом бар с площадкой, столы разные. Два этажа, второй балконный по периметру. Как раз оттуда дядьки в чёрных костюмах и смотрят. На первом тоже сидят в костюмах деловых всякие подозрительные типы. Девок не так много. Примерно половина столов пустует. Но взор мой прилип сразу к свободному шесту на сценке. Играет электронная музыка, в смысле, что не живая. Свет притушен, но не как на дискотеке.
Сорок недовольных пар глаз на меня уставилось, пока иду до бармена, пританцовывая. И наплевав на общую угрюмую обстановку.
— Здравствуйте, уважаемый. А стриптиз будет? — Интересуюсь с лёгкой улыбкой.
— Если только сам станцуешь, турист, — отшучивается бармен. — Налить чего?
— Да, давай вашего фирменного, да позабористей, — соглашаюсь, усаживаясь за стойку.
И уже наблюдаю с другого края шикарную брюнетку в красном вечернем платье, задумчиво попивающую из трубочки свой коктейль.
Раскосая, глаза большие, личико милое, декольте глубокое с грудью шариками размера третьего, которая очень уж выдаётся на фоне худого животика. Талию осиную тоже можно разглядеть. В общем, отличный повод здесь задержаться. И получить утешение, если девок голышом танцующих не будет.
Станцует эта.
А она, как специально, на меня даже не смотрит, ни глазком, ни на секундочку. То в телефоне взгляд, то в другую сторону. При том, что больше за барной стойкой никого не сидит. Только мы вдвоём.
— Даже не смотри на Мари, — раздаётся от бармена, подающего стакан с чем–то зелёным вперемешку с кучей льда.
— А что, платный просмотр? — Посмеиваюсь.
— Это же Мари Сэма, мисс Осака прошлого года. Теперь она под крылом нашего босса. Если не желаешь неприятностей, просто не смотри, братан.