Становление Патриарха (СИ)

Новая вспышка, и… мы в холле. Вокруг светло, горят магические светильники, ходят обычные слуги.
— Хо? Господа, разве вы не прошли в зал для гостей пару часов назад? О Боги, что с вами случилось⁈ И почем вы при оружии⁈ — тот самый словоохотливый слуга, что рассказывал о заблудившемся стражнике, умершем с голоду, с удивлением взирал на нас. И вот теперь в его байку верилось куда как сильнее.
— Мы… заблудились… и второй день тут блуждаем… — ошарашенно ответила Эндаэль.
— У вас поесть не найдётся⁈ — чуть смущённо спрятав трофейный лук за спину, уточнила Линвэль.
— Э-э-э-э? Пожалуй, я сейчас позову… — а вот это было лишним.
— Ты никому о нас не скажешь, — спешно надавил я телепатически, на ходу воскрешая в памяти нужные усилия и самые удачные решения.
— Да, конечно… господин! — посмотрел на меня как на любимого брата, друга и дядюшку уже немолодой мужчина. Меня внутренне передёрнуло.
— Проводи нас на кухню, — поесть было действительно необходимо, а попадаться кому-либо на глаза… не стоило.
Судя по оговорке слуги, мы вернулись в момент ещё до начала приёма, только вот… Я не чувствовал в здании другого себя и других Айвел, Линвэль, Эндаэль и Тмистис. Источников жизненной энергии вокруг хватало, многие были даже знакомы, но нас я не ощущал. И не рванул я нахрен из этого дома, схватив в охапку девочек, только по одной причине: вид за первым же окном, куда я поспешно заглянул, не изменился — там до сих пор клубилось Ничто.
— Следуйте за мной, господин! — поклонился слуга.
— Это… вампирское Очарование, да? — поинтересовалась Энди, причём в её эмоциях не было испуга или даже просто опаски, только некоторая доля любопытства и что-то вроде «о, а это удобно». Н-да, этот день сильно повлиял на всех нас, но на нашу «книжную девочку» — в особенности.
— Да. Я никогда его особо не применял, но… кхм, механизм отработал… на всякий случай.
— Ясно… — и… как бы всё, вся реакция. Ну и отлично.
На кухне почти никого не было, а те, кто был, удовлетворились шиком нашего сопровождающего и его раздражённым махом рукой. Блюда для банкета уже были приготовлены и доставлены в гостевой и банкетный залы, но «остатками» с кухни можно было накормить ещё две роты солдат. Так что «заморить червячка» девочкам было чем. Я же подошёл к небольшой кастрюле, даже скорее кастрюльке, чтобы не сказать мисочке, где находился некий суп, что по виду был похож на то кушанье, что подали уважаемому графу незадолго до того, как он начал пускать пену изо рта.
— Хм-м… — аромат был очень и очень притягательным, но тонкий «привкус» некроэнергии в блюде меня смущал. — Айви, ты же в алхимии понимаешь, что можешь сказать об этом?
— Такф-ф-ф, дафай пофмотрим, — пожёвывая бутерброд с белой рыбой, девушка подошла и принялась изучать содержимое кастрюльки. Даже покапала себе на руку и лизнула… — Очень интересно…
— Что там? — подобрались и остальные.
— Скорее чего там нет: я, конечно, не бог весть какой алхимик, но могу поклясться, что никакой алхимии тут нет… однако само блюдо превращено в яд!
— Как это? — не поняла Линвэль.
— Кто бы знал… Тут нет сложных соединений, но язык буквально «обжигает» содержимым. Если есть его горячим, то заметить вообще будет невозможно.
— Я чувствую некроэнергию, — в свою очередь прокомментировал я, — но её здесь немного. Вызвать расстройство желудка или общее недомогание — да, хватит, но устроить припадок здоровому и ещё достаточно крепкому мужчине всего с пары ложек — точно нет.
— Проклятая вода! — воскликнула Эндаэль. — Я читала о таком! — я невольно задался вопросом, а есть то, о чём она не читала? Нет, в самом деле интересно.
— А для тех, кто не читал? — попросила лучница.
— Вода — это очень интересное вещество. Она находится в основе всего, защищает, охраняет, размывает злое воздействие, но в то же время может накапливать его в себе. И использовать для усиления свойств. Это — грибной суп на белом вине. Вино — это алкоголь, то есть яд. Его здесь минимальное количество, и в обычных условиях при варке он бы разложился, но если вовремя усилить его… эм, «вес» проклятьем, то…
 
— Получим алкогольную эпилепсию с судорогами и пеной изо рта, как если бы почтенный граф не просыхал пару лет… — констатировала Айвел.
— И никаких следов в еде, — продолжила Лин. — Если даже Фобос говорит, что некроэнергии мало, когда блюдо только-только приготовили, то к моменту расследования она и вовсе полностью рассеется, не оставляя никаких следов.
— Именно, более того, убийство через некротическую энергию может сильно помешать и Воскрешению. Белорганы довольно богаты, и им вполне по силам было бы пожертвовать храму одного из Старших Богов достаточно, чтобы жрецы расщедрились на молитву Седьмого Круга. Но с учётом того, что мы видели похороны… — углубилась в размышления Эндаэль.
— Получается складно. Не факт, что верно, но складно, — заключил я. И я уже говорил, что чем дальше, тем хуже? Дело принимало всё более и более запутанный оборот, а уровень гипотетических проблем рос и рос. Мы, по ходу дела, не только вляпались в магическую аномалию, что перекорёжила пространство-время, но ещё и угодили в сплетение интриг парочки аристократических родов, а то и не парочки, если заказчик посоха и заказчик смерти графа — разные личности.
— Но вопрос «что делать?» остаётся открытым, — Айвел вновь впилась зубами в бутерброд. — Какие есть предложения?
— Мы должны предупредить графа Эдмура! — высказалась Энди.
— Ну, — задумчиво начала накручивать прядку Лин, — я, честно говоря, слабо представляю, как мы это сделаем. В том смысле, что хорошо, допустим, мы добрались до бывшего нанимателя и… вот рассказываем историю, что посох, который он явно очень ценит, попытаются украсть, а его самого — траванут изощрённым методом. Кто в такое поверит?
— Поверить-то, может, и поверит, — возразил я девушке, — уж касательно отравы так точно, но вот что делать с посохом? С одной стороны, связываться с ним мне не хочется, с другой — он может оказаться единственным нашим выходом отсюда, а потому я бы предпочёл, чтобы он был у нас, а не у неизвестного вора или в иной ухоронке почтенного аристократа.
— Ты же не предлагаешь украсть посох до того, как его украдёт тот тип, да? — с некоторой надеждой воззрилась на меня волшебница.
— Очень вороватый! — важно кивнула на меня Тмистис. — Но он прав! Надо спасаться!
— А я ведь хорошо знаю, как вскрыть тот конкретный замок… — как бы между делом заметила наша хозяйственная смуглянка.
— Ты ещё начни рассуждать, что за спасение графа нам положена дополнительная награда и компенсация морального ущерба, — фыркнула Лин.
— Заметьте, не я это предложила! — оживилась плутовка.
— Что скажешь, Фобос? — повернулись ко мне девушки.
— Хм-м-м… — я задумался. Нет, обнести домик аристо — это было завлекательно, чего уж там, моя совесть при этом точно будет спать спокойно — тут Тмистис права, для Лин с Айви это тоже верно, а вот Эндаэль явно опечалится. Да и не совсем ясно, что и как там будет касательно выхода из аномалии и выноса трофеев. И не хватится ли кто чего. А там и может начать думать в сторону странных наёмников со странным поведением и странными исчезновениями… В общем, сложностей и риска многовато, а выгода слишком неопределённа и сомнительна. Да и трофеев с «заброшенного» варианта дома нам при удаче и так хватит. — Нет, нам тут ещё, возможно, работать, портить репутацию и отношения с аристократией и Орденом не хочется, так что не будем рисковать, таская ценности, берём только посох и только чтобы его не сломали.
— Ладно, — немного разочарованно отозвалась лучница, — что тогда предлагаешь?
— Остаёмся охранять сокровищницу, а Тмистис пусть предупредит графа об отраве, справишься? — обернулся я к фее.
— Тмистис справится! Но коварный Фобос должен охранять Хозяйку, пока Тмистис отлучится! — постановила малютка.
— Само собой, ты же знаешь — я никому не дам её в обиду, — согласился я.