Становление Патриарха (СИ)
С магами тоже всё было ровно — орденцы, и этим всё сказано. В иерархии пониже де Гратти, но вполне на уровне — уверенно владеют Четвёртым Кругом, вполне возможно, что и пару трюков из Пятого знают, но о подобном не распространяются — волшебники, откуда бы они ни были, терпеть не могут просвещать окружающих о всех своих умениях и секретах, особенно чужаков, пусть и доверенных.
Проблема заключалась в лидере воинов и клирике. В клирике — ну, потому что это клирик Хельма, Бога Стражей и Долга, а я — явный тифлинг, да ещё и в капюшон кутаюсь, и манера себя держать у меня как у матёрого лазутчика, то есть именно того, кто является классовым врагом всех стражей, охранников и вахтёров. Короче, со всех сторон «подозрительная личность, что так и просит дать себе по роже». А лидер воинов был паладином всё того же Хельма, то есть «сферическим хельмитом в вакууме», который не просто проповедует путь своего бога, но и профессионально занимается выпусканием кишок на религиозной почве. И он явно был солидарен со своим «коллегой по вере».
В общем, общаться с этими двумя стоило по минимуму, а лучше вообще перед глазами не мелькать и ничего предосудительного не делать. Эти два мрачных мужика меня терпели в силу необходимости, но не более того. Руки у них явно чесались если не аутодафе мне организовать, то уж послать лесом — точно. Впрочем, плевать, мне с ними в разведку не ходить и детей, как говорится, не крестить. В идеале, мы вообще со свитой графа толком пересекаться не будем, только при выезде из города и при обыске разведанных и зачищенных руин.
На этом моменте подготовка была закончена, и мы выдвинулись на юго-восток, к болотам.
* * *Добраться от Сузейла до границы болот было несложно. Пусть снега насыпало прилично, а «серьёзная жизнь» замерла до весны, совсем уж пути сообщения не перекрывались. Так что сани, полторы недели в не самой лучшей компании святош — и мы на месте. Вернее, как «на месте»? Мы выходим к точке, с которой заходить в болота относительно удобно. Очень относительно, ибо, вот «внезапно», народ в болота не лезет и троп нахоженных там нет. Зимой их тоже нет. Вот совсем нет. Зато есть целина, в которой снега по пояс. Хотя продираться через снег по пояс всяко лучше, чем через жидкую грязь, что, вполне возможно, затянет тебя с головой. Кроме того, именно нам продираться не требовалось, так как обувь всей группы была зачарована на «лёгкий шаг», даже Эндаэль надела старые сапожки Линвэль, то есть мы на сугробах не проваливались и спокойно прыгали, лишь чуть-чуть шевеля верхний слой снежинок, аки Леголас во время похода Братства Кольца через горы вокруг Мории. Ещё один плюс: вся болотная живность действительно или куда-то свалила, или залегла в спячку. Во всяком случае, моё чувство жизни улавливало только «вялые» и слабые сигналы с глубины, что как раз и характерны для спящих и не слишком «живых» существ, как «Каменный Медведь», однажды встреченный нами в Хуллаке.
Таким образом, скорость продвижения серьёзно упала только у группы охраны графа, что было нам только на руку, позволяя много лучше и полнее разведать дорогу, пока они плетутся где-то позади. Совсем не лишнее подспорье, учитывая, что где попало разбивать лагерь в болоте было нельзя, да и для простого передвижения тоже надо было подобрать маршрут, ибо топь под слоем снега могла оставаться жидкой и готовой утянуть в себя излишне тяжёлых путников.
И к своему стыду должен признать, что от меня тут было мало пользы, в лучшем случае я мог сказать, где ощущается жизнь каких-то пребывающих в спячке на глубине тварей, и обойти их лёжки, но для проверки плотности почвы под слоем снега мне пришлось бы проводить исследовательские ритуалы из арсенала Лиззет Кембридж, что было малореально делать каждую сотню метров маршрута.
С другой стороны, во всей красе раскрылись способности к чувству Природы у Линвэль и Тмистис — вот кто у нас были на коне, составляя точный маршрут движения для нанимателя. Понятно, что без их способностей мы бы тоже не пропали, хотя бы банально двигаясь сквозь заросли каких-никаких деревьев и кустов, что однозначно росли не со дна трясины, но как же девчата всё-таки облегчали жизнь! Причём в плане оперативной коммуникации с отрядом графа Белоргана — тоже, благо фея в действительности не очень страдала от холода — она его чувствовала, и он был ей неприятен, но вот полноценно замёрзнуть или что-то себе застудить в обычной — не магической — стуже Тмистис не могла, отчего и летала нашим курьером, избавляя и меня, и духовенство Бога Стражей от лишнего негатива.
В данном ключе мы двигались три дня, за это время миновав расстояние, что в обычной ситуации прошли бы за день, если не быстрее. Всё-таки далеко отрываться от нанимателя было недопустимо, да и разбивание лагеря на промороженном болоте несколько отличалось от лесного, так что тоже приходилось дополнительно возиться. К тому же не стоило забывать, что зимой день куда как менее долгий, чем летом. Для нас это не являлось проблемой, но для людей — да, даже если у них есть те, кто могут наложить «Ночное зрение». Опять же, зима на дворе, а зимой ночами сильно холодает, и много по сугробам в таких обстоятельствах не побегаешь. На болоте ещё и воздух сырой, промозглый — холод при таком совсем иначе чувствуется.
В общем, шли мы медленно и печально, а через описанные выше три дня отряд зашёл уже достаточно глубоко в топи, чтобы процесс их гниения обеспечивал довольно тепла, чтобы подтапливать снег. Совсем тот не сходил, но теперь мы шли через слой глубиной «по колено», а иногда и вовсе натыкались на прогалины холодной грязи. И вот как раз в этой части болота мы впервые встретились с «местными аборигенами» в лице хобгоблинов.
Характерные следы охотничьей партии данных существ были обнаружены нами в процессе собственной попытки поохотиться. С дичью тут было не очень, да и процесс выслеживания оной зимой на болоте изрядно отличался от того же самого, но летом и в лесу. Понятно, что жизнь я чуял на пару километров окрест, но «чуять» не равно «поймать». Короче, запасы в сумках — вещь конечная, а кушать моим девочкам надо три раза в день и питательно, чтоб силы были, ну вот и сложилось, что направление на источник пропитания мы с хобгоблинами выбрали схоже, только хобгоблины прошли по нему раньше.
Дальше было привычно — догнать, подстрелить, скрутить, допросить. И тут возникла первая дилемма. Стойбище коричневокожих располагалось в стороне от нашего маршрута на руины и, по идее, не должно было помешать, да и сами старшие родичи обычных гоблинов не идиоты, чтобы дёргаться в сторону многочисленного отряда хорошо вооружённых воинов, каким являлась охрана графа Белоргана. Тем паче что, по словам пленных, их в том племени и было-то в общей сложности всего десятка четыре, включая детей и женщин, которые в бой не пойдут. Однако, как известно, «человек предполагает, а Господь располагает», и пусть я ни разу не воцерковленный христианин, но да — дерьмо случается, и если что-то может пойти не так, оно пойдёт не так. Получить же новость, что гнусные дикари взяли и подстрелили уважаемого нанимателя, когда мы там где-то впереди разведывали, это тот ещё сюрприз. Ну и, помимо этого, был у нас резон чуть свернуть и задержаться, а именно — Эндаэль. Она ещё ни разу не участвовала в реальном деле и не видела реальной крови, мелкая группа охотников, истреблённая за секунды, не считается — это не опасность, не реальное дело, она просто постояла рядом. А перед тем, как соваться в однозначно охраняемые руины с древним артефактом, ей надо было почувствовать, что такое отнимать чужую жизнь в бою, да и сам бой прочувствовать, хотя бы в тепличных условиях, когда её прикрывает вампир.
Короче, мы свернули. И пошли убивать.
Тактику для зачистки выбрали не совсем стандартную. Нам нужно было не столько уничтожить очередное племя, сколько дать «нюхнуть пороху» нашей спутнице, так что это была не очередная осада с загонными охотами, а «штурм», где Эндаэль предстояло ощутить на себе, каково это — колдовать, когда на тебя несётся толпа жаждущих изрубить тебя в капусту лопоухих коричневых уродов. Основная сложность и опасность тут состояла в том, что хобгоблины, получив взбучку, могли драпануть, всё-таки они довольно умные существа и тупо на убой нестись не будут. И вот дальше могло получиться так, что в своих болотах, где им ведома каждая кочка, они смогут оторваться, причём в достаточном числе, чтобы потом у вождя могло взыграть ретивое и родиться мысль отомстить за унижение, вследствие чего выжившие как раз таки захотят напасть на двигающийся за нами отряд графа Белоргана, когда мы уйдём, а те получат доклад, что впереди всё чисто. И гарантий, что они не смогут устроить какую-нибудь гадость (особенно ночью), вроде организации ловушек на пути следования отряда или натравливания на него каких-нибудь иных тварей болот, у нас не было. Решалась эта проблема только одним методом — блокировкой пути отступления, но так как болото было для нас далеко не самым привычным «театром военных действий», тем более заснеженное болото, да и отпускать девчат без прикрытия встречать отступающую толпу дикарей мне ни разу не улыбалось, пришлось… призвать Теневого Демона.