Тюрьма (СИ)

– А тебя здесь, мягко говоря, не любят, оказывается, – весело сказал Папаша, – похоже, ты тот ещё говнюк!
С этими словами он пнул бочку ногой, и она отъехала на метр. Поняв, что это не работает, он подошёл к лебёдке и стал крутить ручку. Бочка медленно заскользила в сторону тюрьмы. Когда она выехала за край террасы и оказалась метрах в десяти, Папаша бросил крутить и сказал:
– Кто тут у вас занимается доставкой, а то мне всё-таки не по чину.
Солдаты, отталкивая друг друга, бросились к лебёдке. Всем хотелось поучаствовать в доставке коменданта в тюрьму. Папаша махнул старшему, который не стал участвовать в споре за лебёдку, чтобы он подошёл к нему.
– Скажи мне честно, если поверю, то сильно не накажу, даже если виноват. Ты был в доле?
– Никак нет, он не любил делиться, – и осёкся, поняв, что выразился двусмысленно.
От Папаши эта двусмысленность не ускользнула.
– Значит, хотел, но возможности не было?
Тот опустил глаза.
– Да, но только чтобы деньжат побольше было. А что касается его спаленки и всего такого, так нет, конечно, это ни в коем разе… Я это, по нормальному предпочитаю…
Папаша прищурив глаза пристально смотрел на него. Потом вдруг расслабился, хлопнул его по плечу и сказал:
– Ладно, пока верю, к тому же в бумагах на тебя тоже ничего не было. Значит так, – продолжил он уже громче, чтобы все его слышали, – это ваш новый комендант, до особых распоряжений, всем понятно?
Солдаты одобрительно загудели.
– Первое, – сказал Папаша уже тише новому коменданту, – можешь занимать его кабинет, но всю роскошь из него перенесите в другое место. Устройте зал приёмов, где можно гостей принимать. Бывают же тут гости, кроме заключённых?
– Редко.
– Ну, вот мы сегодня нагрянули, значит, бывают, пускай будет помещение общего пользования. Можете комнату отдыха для солдат обставить, тоже вариант.
– Слушаюсь!
– Все его пыточные приблуды не выбрасывайте, тоже можно комнатку оборудовать специальную. Это, конечно, не наш метод, но вдруг понадобится допрос с пристрастием провести? А тут всё готово. Только смотрите, сами не играйтесь, как этот, – Папаша кивнул на скользящую над пропастью бочку.
– Да нет, как же можно-то!
– Я потом проверю. Теперь за этим местом попристальнее следить будем. Ну и главное, Рыбу доставили?
– А как же! Конечно! Нам когда нужно кого забрать, мы бочку посылаем и записку в ней, что если этого человека не будет, то еды тоже не будет. Присылают, как миленькие. Один раз смешной случай был, нужно было забрать того, кто уже умер, а мы не знали, так они другого прислали, которого убедили выдавать себя за умершего. А то как же, есть-то хочется! Вооооот…
Протянул новый комендант, поняв, что его немного понесло и Папаше это не очень интересно.
– Ну, вот и молодцы, – Папаша похлопал его по плечу, – чего же мы тогда ждём? Веди нас к Рыбе, а то я по нему уже соскучился, – и, поймав удивлённый взгляд нового коменданта, добавил, – да шучу я, шучу. Это юмор такой.
После чего первый направился внутрь скалы. Комендант поспешил следом, а за ним уже и ребята.
– Да, нарочно не придумаешь, – сказал Игорь.
– Что именно? – спросил Сёма.
– Да вот, человек умудрился провиниться так, что его сослали в галактическую тюрьму, без возможности освобождения. В этой тюрьме он умудрился возглавить внутреннюю тюрьму, но и здесь умудрился напортачить так, что сам же в эту тюрьму и загремел. Нарочно не придумаешь!
– Да уж, судьба! – сказала Лиана.
Когда Папаша рассказывал про Рыбу, всем почему-то представился эдакий спортивный, брутальный сорвиголова. Мастер по выживанию и выворачиванию из сложных ситуаций. Боец, одним словом. А на деле это оказался невысокий, в очках, один окуляр которых был весь в мелких трещинах, лохматый, с редкой клочкастой бородкой, кипельный блондин и дохляк. Такого даже нечаянно пополам перешибить можно. Такого, даже встретив в обычной жизни, пожалеешь и будешь думать, как же он дожил до своих лет, такой несуразный и не приспособленный. Но соотнести его с тем рассказом, который они слышали от Папаши, было проблематично. Это было похоже на розыгрыш.
 
Рыбу поместили в камеру. Это была ниша в скале с одной стороны забранная толстой и частой решёткой. В камере были только одни деревянные нары и ведро, для естественных нужд. Рыба лежал и не проявлял интереса к происходящему. Папаша подошёл к решётке и посмотрел на заключённого. Все остальные выстроились рядом.
– Рыба, а тебе что, не интересно, что происходит, зачем тебя вытащили на свет божий? – спросил Папаша.
– Ну, если вытащили, значит что-то от меня нужно. А узнать что, я не горю желанием. Вряд ли, это что-то хорошее для меня. Да и потом, вам самим так не терпится рассказать, что торопить вас нет никакого смысла.
– Мы коменданта вместо тебя отправили. Провинился.
На долю секунды показалось, что Рыба дёрнулся, что ему стало интересно, но тут же вернул контроль над собой. Но зато стало понятно, что это игра, в которую он вполне хорошо играет.
– Как думаешь, он там хотя бы час проживёт? Я вот сомневаюсь, – Папаша решил зацепить его этой темой.
– Проживёт. И час, и день, и месяц, и год. Жить будет долго, но вот вряд ли счастливо.
– Почему, – искренне удивился Папаша, он был уверен, что отправив туда коменданта, он его казнил.
– Как почему? А вдруг вы его обратно затребуете? И опять едой будете шантажировать, что тогда? Голодать, из-за минутного наслаждения местью?
– И что? Он там будет спокойно жить? Как ни в чём не бывало?
– Ну, нет, конечно, это было бы слишком просто.
– А что же с ним тогда будет? – спросил Папаша.
– Как что? – Рыба сел на нарах, – бросят в глубокую каменную яму, положат сверху две доски, и туда будут испражняться все желающие. А таких, уверяю, найдётся немало. И то, что на него будет сверху литься и будет его едой. А чтобы не сдох, раз в неделю, будут ему бросать настоящую еду, но тоже не деликатесы. Что-нибудь подпорченное. Но для него и это будет за счастье.
– Ужас! – сказала потрясённая Лиана и прижала ладонь ко рту.
– Ещё одна тюрьма! – сказал Сёма, после чего сложил обе ладони лодочками и соединил их образовав что-то вроде капли, – тюрьма, – он повторил свой жест, – в тюрьме, – ещё раз повторил, – в тюрьме!
– Матрёшку показываешь? – сказал вдруг Рыба, и в глазах его блеснуло лукавство.
– Да! – восхищённо сказал Сёма и обернулся к друзьям, мол, видали, как он смог догадаться?
– А ты-то, откуда про это знаешь? Сам сидел в таком? – спросил Папаша.
– Я-то? Сидел, только сверху, – и Рыба улыбнулся, – а внизу, увольте, я же не дурак.
– Ну, судя по тому, откуда тебя только что вытащили, – сказала вдруг Лиана, – и не особо умный.
Рыба развёл руки в стороны.
– Мне нечем крыть, сударыня, вы сразили меня наповал. С вами, я так понимаю, опасно иметь дело. Я бы, например, не рискнул.
Лиана улыбнулась. Не то чтобы она ему поверила, но это было очень мило, на её взгляд.
– Ну, Игорь, твоя очередь, – сказал Папаша.
– Что? – не понял тот.
– Двоих он уже купил, – Папаша кивнул на Сёму с Лианой, – дело за тобой.
– Ничего он нас не купил, – возмутился Сёма.
– Да? – сказал Папаша, – хотите сказать, что не испытываете к нему симпатии? А ведь мы говорим всего пару минут!
– Ну, вообще он производит приятное впечатление, – сказала Лиана.
– В этом-то всё и дело, – сказал Папаша.
– Я думаю, сработаемся, – сказал вдруг Рыба, и опять лёг, заложив руки за голову, – когда выдвигаемся? Надеюсь что завтра? А то хочется поспать в человеческой постели ночку.
– В человеческой? – удивился Игорь, – это что, человеческая? Там же одни доски.
– Всё в этом мире относительно, всё относительно, друг мой, – сказал Рыба, потом вдруг резко повернулся и посмотрел на Игоря, – и мне кажется, что ты, как никто, хорошо об этом знаешь.
Игорь дёрнулся.
– И что? Тебе, прям, всё равно куда идти? Я думал, тебя придётся уговаривать, – сказал Папаша.