Красная лилия

– Может, ты еще не встретила того, ради кого стоит постараться.
– Да, наверное… может быть. – Хейли снова глотнула воды, собралась с духом. – Стелла, дело в том…
Молчание затянулось, и Стелла оторвала взгляд от вазона, в котором начала создавать садик.
– В чем?
– Сначала пообещай, поклянись, что никому ни словом не обмолвишься. Даже Логану. Никому ни словечка.
  
– Хорошо.
– Ты клянешься?
– Я не собираюсь плевать в ладонь, Хейли. Тебе придется поверить мне на слово.
– Ладно. Ладно, – Хейли отошла по проходу между столами, затем вернулась. – Дело в том, что мне нравится Харпер.
Стелла одобрительно кивнула:
– Конечно. Мне он тоже нравится.
– Да нет же!
Неужели придется сказать это вслух? Господи, дай силы пережить унижение… Хейли отставила воду, закрыла лицо руками.
– О боже!
Стелла догадалась только через минуту и вытаращила глаза.
– Ой… О-ой… О-о-ой… – запричитала она, все больше растягивая гласные, и наконец стиснула зубы. – Ой.
– Если тебе больше нечего сказать, я тебя сейчас стукну.
– Просто я пытаюсь понять. Осознать.
– Это безумие. Я знаю, что безумие, – Хейли уронила руки. – Я знаю, что это неправильно… недопустимо. Но я… Стелла, забудь, что я тебе сейчас сказала. Просто выдели и нажми клавишу «стереть».
– Ну почему безумие? Просто неожиданно… А насчет неправильности, я тебя не понимаю.
– Он сын Роз. Сын женщины, которая подобрала меня с улицы.
– А… Ты о том, что была нищая, голая и страдала от какой-то редкой изнуряющей болезни? И святая Роз приняла тебя, одела и день за днем кормила бульоном с ложечки.
– Я, как последняя идиотка, имею право на преувеличение, – огрызнулась Хейли. – Да, она приняла меня, дала мне работу. Дала нам с Лили крышу над головой, а я умираю от желания кататься по простыням с ее сыном. Я это вижу, как наяву.
– Если тебя влечет к Харперу…
– Я хочу укусить его за задницу. Я хочу обмазать его медом и облизать дюйм за дюймом. Я хочу…
– Стоп! – Стелла правую руку выставила вперед, а левую прижала к сердцу. – Пожалуйста, не вбивай эти образы в мою голову. Сойдемся на том, что ты на него запала.
– Еще как! И не могу ничего с этим сделать, потому что мы друзья. Вспомни, как все пошло прахом для Росса и Рейчел [4]. Разумеется, у Моники и Чендлера [5] была совсем другая история, но…
– Хейли…
– Я понимаю, что это не сериал, – пробормотала она под взрыв хохота Стеллы. – Но разве ты не знаешь, что жизнь повторяет… произведения искусства? И потом, он даже не думает обо мне в этом смысле.
– Ты о слизывании меда?
Глаза Хейли затуманились.
– О!.. Теперь эта картинка в моей голове.
– Поделом тебе! А ты уверена, что Харпер не думает о тебе в этом смысле?
– Он ведь ни разу не приставал ко мне, верно? Возможностей было предостаточно… А если я сделаю первый ход и он отшатнется в ужасе или что-нибудь в этом роде?
– А если нет?
– Тогда, наверное, еще хуже. Мы бы занялись диким первобытным сексом, а после… – Хейли вскинула руки и замахала ими, как безумная. – А после возникла бы неловкость и мне пришлось бы забрать Лили и сбежать в Джорджию или еще куда-нибудь… И Роз никогда больше не захотела бы со мной разговаривать.
– Хейли, – Стелла похлопала ее по плечу. – Это всего лишь мое впечатление, мое мнение, но Роз наверняка знает, что ее Харпер давно не мальчик.
– Ты меня прекрасно понимаешь! Когда он занимается сексом с женщиной, которую Роз не знает, это совсем другое дело.
– Ну конечно. Она просто в восторге от того, что он занимается сексом с незнакомыми женщинами. Не знакомыми ей, во всяком случае, – со смешком добавила Стелла. – И, естественно, Роз придет в ужас, выяснив, что он близок с женщиной, которую она знает и любит.
– Это похоже на предательство.
– Никакое это не предательство. Хейли, Харпер взрослый мужчина, и его интимная жизнь – его личное дело. Роз первая так сказала бы и первая – без сомнений! – сообщила бы тебе, что не желает быть одной из сторон выдуманного тобой треугольника.
– Хм-м… Может быть. Но…
– Может быть, может быть… Но, но… – тут уже Стелла замахала руками с таким энтузиазмом, что Хейли еле успела пригнуться. – Если ты увлечена Харпером, ему нужно на это намекнуть. Посмотришь на его реакцию. А вообще, я думаю, что он втрескался в тебя с первого взгляда.
– Ничего подобного!
Стелла пожала плечами:
– Только мое мнение, только мое впечатление.
– Правда? – Сердце Хейли болезненно дрогнуло от вспыхнувшей надежды. – Ну, не знаю… Думаю, если он в кого и влюбился, так это в Лили. Но я, пожалуй, придумаю, как чуть-чуть его подтолкнуть… Посмотрим, что из этого выйдет.
– Позитивная мысль. Теперь, если не возражаешь, давай доделаем садики.
Хейли потыкала пальцем землю в горшке.
– Стелла, поклянись, что ничего не передашь Роз.
– О господи! – Подражая священному ритуалу, подсмотренному у сыновей, Стелла плюнула в ладонь и протянула руку Хейли.
Хейли уставилась на плевок и присвистнула.
Настроение у нее улучшилось. То, что кто-то еще знает о ее мыслях и чувствах, сняло тяжесть с плеч Хейли. Тем более что этот кто-то – Стелла. И подругу вовсе не шокировали ее откровения. Стелла, конечно, удивилась, но никакого шока не было. Хорошо.
Так же хорошо, как отвлечься от работы на пару дней и обдумать создавшееся положение. Хотя для этого не обязательно нужны выходные – мысли и грезы не отпускают ее ни на минуту…
Хейли уложила Лили и растянулась на диване в гостиной второго этажа перед телевизором. Она лениво переключала каналы, однако повторы передач и прочая летняя рутина не доставляли удовольствия.
Наконец Хейли нашла старый черно-белый, незнакомый ей фильм. Что-то вроде романтической драмы, где все герои щеголяют в роскошных нарядах и каждый вечер танцуют в стильных клубах под живую музыку – оркестр и чувственная певица.
И пьют хайболы [6].
«Кстати, почему коктейль называется хайбол?» [7] – полусонно подумала Хейли, сворачиваясь клубочком на диване. Ну ладно, стаканы высокие, а при чем тут шары? Надо бы раскопать историю названия.
Интересно, каково это – кружиться в длинном шикарном платье по сверкающему залу в стиле ар-деко? Партнер, разумеется, в смокинге. Можно биться об заклад, что Харпер неотразим в смокинге.
А если бы они танцевали с другими партнерами и вдруг увидели бы друг друга? Если бы в сверкающей толпе их взгляды встретились и все сразу бы стало понятно…
И они танцевали бы, забыв обо всех, не замечая никого и ничего вокруг. Как в черно-белом кинофильме. Никаких сложностей. Все преграды преодолимы. Под заключительные аккорды остаются только двое – вместе и навсегда.
Ты в его объятиях, ты вскидываешь голову, тянешься губами к его губам, и вы сливаетесь в идеальном поцелуе, отдаваясь ему душой и телом, и этот поцелуй означает любовь на всю жизнь.
Нежные поцелуи, такие же нежные, как его ладонь, скользящая по твоим волосам, и тихо-тихо разгорающиеся. Ты обнимаешь его за шею, привстаешь на цыпочки, льнешь к нему всем телом. И оказывается, что вы чудесно подходите друг другу.
Сгущается тьма, его ладони скользят по твоему телу, и каждое прикосновение отдается звенящей дрожью и сладкой болью. Теперь ваши губы встречаются с тихими стонами и вздохами.
Вкус поцелуя, уже сильный и властный, пробуждает тело. Холод и усталость сменяются теплом и энергией.
  
Мерцают свечи. Колеблются тени. Аромат цветов наполняет комнату. Лилии, обязательно лилии… Цветы, которые он подарил ей, – дерзкие, красные, сладострастные. Его глаза, карие, бездонные, говорят ей то, что она жаждала услышать. Для него она прекрасна и бесценна.