Захваченный (ЛП)

Только с ней.
— Ты не можешь говорить… такие вещи, — тихо говорит она. Ее голос почти шепот, и она смотрит на меня умоляющими глазами.
— Я не могу сказать, что хотел бы поднять эту юбку до бедер? — спрашиваю я, протягивая руку, чтобы убрать выбившиеся пряди волос за ухо. Это по-прежнему невинный жест, который может быть оправдан как дружеский. Я еще не переступил черту с ней, которую нельзя пересечь.
Когда я прикасаюсь к ней, ее глаза слегка закрываются, а губы раскрываются. Черт, она тает от моего прикосновение. Эту девушку давно не трогали, это очевидно.
— Нет, — шепчет она. — Ты не должен так говорить.
— Я не должен делать много чего. — Я легко провожу пальцем по ее щеке и по линии подбородка. — Как, скажем, я хотел бы задрать эту юбку до твоей талии, усадить тебя на этот стол и раздвинуть твои ноги.
Мой большой палец достигает ее рта. Она не останавливает меня, когда я касаюсь ее нижней губы.
— Колтон, — шепчет она.
— Я хочу раздвинуть твои ноги, — продолжаю я, пока она стоит неподвижно, ее глаза слегка закрыты, а лицо обращено ко мне. Образ ее на коленях, моя недавняя фантазия, вспыхивает в моей голове — и я должен выкинуть его. — Я хочу подтянуть тебя к краю стола и прикоснуться языком к твоей влажности — сначала медленно, просто чтобы почувствовать твою сладость. Потом я хочу похоронить своё лицо в тебе, лизать твой клитор и трахать тебя своим языком, пока ты не кончишь с моей головой между ног. Я хочу попробовать тебя на вкус, когда ты кончаешь на мой язык.
— Я…, - начинает она, но затем берет мой большой палец в рот, всего лишь его край. Ее глаза открываются, как будто движение удивило даже её — вот только она стонет.
Это мягкий едва слышный звук, но я слышу его.
Она, блять, стонала.
Я сильно притягиваю ее к себе, одной рукой за затылок, другой за талию, и целую ее. Я целуюсь, чёрт возьми, с этой девушкой. Я целую ее, как будто никогда раньше не целовал девушку, как будто знаю, что никогда больше не поцелую девушку.
Ее язык встречается с моим, как будто он создан для меня, словно часть паззла, которая идеально подходит. Я должен быть напуган, пиздец как, при мысли об этом, только это не так. Я слишком горю, чтобы думать о чем-то еще, кроме того, что я целую самую горячую девушку, которую когда-либо встречал. И она целует меня в ответ, ее тело тает против моего, стонет в мой рот. Я притягиваю ее к себе, ее бедра впиваются в мою твердость. Она сжимает меня в ответ, ее тело напрягается, когда она чувствует, как мой член прижимается к ней.
Когда я, наконец, отрываю губы, она не отступает. Она остается там, где находится, ее тело прижимается к моему. У неё прерывистое дыхание и опухшие губы, оставленный мной знак.
— Колтон, я… мы…, - ее голос замолкает, и она не заканчивает то, что собирается сказать. Мы не должны этого делать. Мы нарушаем правила.
Я знаю, это то, что она собирается сказать.
— Меня не волнуют правила, Кэсси, — рычу я. — Я хочу тебя.
— Ты всегда получаешь все, что хочешь?
Я дотягиваюсь до первой пуговицы на её рубашке, той, которую хотел расстегнуть с тех пор, как впервые увидел ее в одной из этих глупых, аккуратных-и-советующих рубашек. И я действительно хочу просто изменить это. Как цивилизованный человек. За исключением того, что что-то происходит, когда я прикасаюсь к ней, и пуговица просто улетает, приземляясь со стуком на пол.
Так что я заканчиваю начатое. Я распахиваю ее рубашку, как чертов пещерный человек, раскидывая пуговицы.
— Всегда, — отвечаю я, моя рука обхватывает ее грудь. Я скольжу пальцем в ее лифчик, и она рефлекторно прижимает бедра ко мне, что-то, что она не может контролировать. Хныканье срывается из ее губ, когда ее сосок затвердевает от моего прикосновения.
Я хочу видеть ее соски. Я не думаю, что когда-либо хотел видеть что-то настолько сильно в моей жизни.
— Колтон, это совершенно против правил, — шепчет она, когда я расстегиваю ее лифчик.
— Уверена? — спрашиваю я, лаская ее грудь одной рукой, когда прижимаю девушку к себе другой. Мой член одобряюще пульсирует.
 
— Нет, — признается она хриплым голосом.
Я наклоняюсь и слегка провожу языком по ее соску. Ее руки касаются моей головы, и она крепко прижимает меня к своей груди. Я накрываю её ртом, мой язык кружит по кругу, когда её вздохи становятся все более частыми.
Ад, я думаю, что она может кончить толькл от этого.
— Нет? — спрашиваю я, когда вздыхаю.
Она качает головой и смотрит на меня, ее грудь быстро поднимается и опускается.
— Я могу потерять всё, — шепчет она. — Я… не хочу всё терять.
Я не уверен, говорит ли она о позиции репетитора или ее девственности. Мой член давит на молнию, так сильно, что я думаю, он взорвется, но потом я смотрю на Кэсси, стоящую здесь в разорванной рубашке, и думаю о том, что она девственница. В эту долю секунды меня охватывает чувство вины.
Я не трахаю девственниц. Я трахаю девушек, у которых большой опыт, девушек, которые просто хорошо проводят время. Случайный секс — моя игра. Я жаждал Кэсси с тех пор, как впервые увидел ее. Я уже знаю, что если попробую ее однажды, я захочу большего.
Я колеблюсь только на секунду, но она прочищает горло, натягивая ремешок лифчика на плечо.
— Я…, - начинает она, ее голос дрогнул. — Это… гм. Я не могу этого сделать.
Она застёгивает бюстгальтер и скользит обратно в рубашку, закрывая переднюю часть одной рукой.
— Твоя рубашка, — говорю я. — Дерьмо. Подожди-ка. — Я копаюсь в сумке и беру запасную футболку. — Я ношу с собой сменную одежду на всякий случай.
— На всякий случай, если ты сорвёшь рубашку с девушки? — спрашивает она, забирая вещь у меня.
— Забавно, — говорю я. — Это первый раз, когда я оторвал пуговицы от рубашки девушки.
— Почему-то я сомневаюсь в этом, — тихо бормочет она. — Я выгляжу так, будто пустилась во все тяжкие. Эта футболка огромна.
Футболка висит на ней, слишком большая, чтобы соответствовать Кэсси. Дерьмо, мне нравится, как она выглядит в ней. Я прямо вижу её в ней, распростёртую на моей кровати.
— Она идеально подходит, — говорю я.
Она странно смотрит на меня, когда связывает угол рубашки в узел, плотно собирая материал вокруг своей талии.
— Я… должна идти. Я… гм, увидимся позже. Или в следующий раз. Может быть. Я не знаю.
Дерьмо. Теперь она говорит так, будто больше не хочет заниматься со мной. Способ по-королевски, блять, всё проебать, Колтон.
Она останавливается, положив руку на ручку двери, затем поворачивается, чтобы посмотреть на меня.
— Ты не сказал мне, что получил за свой тест, — говорит она.
— Я получил «отлично».
Кэсси кивает, какое-то выражение, которое я не могу разглядеть, появляется на её лице. Она открывает дверь.
— Понятно, — говорит она. — Значит, ты решил взыскать долг.
— Нет, это совсем не так, — начал я, но она подняла руку.
— Я должна идти.
Глава 14
Кэсси
— Закрой свой чертов рот, — говорит мне Сейбл, глядя на меня с дивана, ещё до того как я начинаю говорить. — Это его футболка!
— Не говори ничего, — предупреждаю я. — Мне уже пришлось выскользнуть из спортивного центра, надев её. Я совсем не в настроении.
— Ты это сделала? — все равно спрашивает она. — Ты потеряла её? Это было хорошо? Ты же знаешь, что должна мне всё рассказать.
— Я не хочу говорить об этом.
Я иду через гостиную и по коридору в свою комнату. Я с силой закрываю за собой дверь в комнату, затем облокачиваюсь на неё.
Негромкий стук заставляет дверь вибрировать у меня за спиной.
— Кэсс, — раздаётся мягкий голос Сейбл. — Ничего… плохого не случилось, ведь так?
Плохого? Только тот факт, что Колтон Кинг поцеловал меня. И сорвал мою рубашку.
И сделал меня такой возбужденной, что я все еще пульсирую, даже сейчас.
— Нет, — говорю я ей
— Потому что, если он… Ты знаешь… заставил тебя, или что-то…