Подарок принцу химер (СИ)

— Ладно. Спасибо, — я попрощался с так и оставшимся безымянным коллегой Китти и пошёл к машине, поплотней кутаясь в куртку от откуда-то взявшегося ветра.
Теперь понятно, как её смогли вынести из отеля незаметно, и понятно, зачем люкс. Но такая таинственность Амадеуса явно говорила о том, что он затевал нечто большее, чем простая дискредитация моего имени. Чувствую, пора просветить в ситуацию отца и его доверенных помощников, пока это всё не закончилось плохо. Сгонять вечером в «Львиную голову», потолковать со всеми, отправить разведку в стан латиносов…
Чёрт. Теперь мне придётся появиться в баре со своим «подарком». Иначе вопросов не избежать. Да, договор это предполагал, вот только в отличие от Китти, я понимал, как должно всё выглядеть. И какое к ней будет отношение. Случайно попавшая в это болото девушка не заслужила того, через что придётся пройти, и того, как я с ней буду обращаться при химерах.
Хочет остаться целой и невредимой — стерпит. Я достал телефон, мельком подмечая, что уже почти шесть часов. Запоздало пришла мысль, что звонить самой Китти было бы удобней. Надо купить ей какой-нибудь булыжник, чтобы была на связи.
— Лиз, привет. Я знаю, что это уже полная наглость, но подготовь, пожалуйста, девчонку к выходу в бар. Да, сама понимаешь. Конечно, тебя тоже подбросим.
* * *
Я ждал девчонок в машине, неторопливо пуская дым сигареты в окно. С тёмного вечернего неба пошёл лёгкий пушистый снежок, искря в свете фар и неоновых огней вывески кафе в соседнем здании. Всё-таки было в зиме что-то таинственное и завораживающее. Услышав приближающиеся похрустывающие по снегу шаги, я выкинул окурок и щёлкнул автоматикой, закрывая окно. Задняя дверь открылась, и в салон скользнули мои пассажирки.
— Привет, Эйден, — бойко поприветствовала Лиз, тряхнув десятком розовых афро-косичек. — Тебе мало, решил и четвёртый день гульнуть?
— Нет, я по делу, с отцом надо кое-что перетереть, — не стал я вдаваться в подробности.
Не сдержав любопытства, поймал в зеркало заднего вида взгляд Китти. Теперь, с аккуратно и без излишеств накрашенным личиком, лёгким румянцем на щеках и с рассыпавшимися по плечам волосами, в которых ещё переливались нерастаявшие снежинки, она выглядела просто невероятно. В груди что-то оборвалось, ухнув пульсирующим комком нервов в живот. Пальцы крепче сжались на руле, и я глубоко вдохнул, пытаясь совладать с этим резким наваждением.
— Хэй, Эйден, мы едем? — выдернул меня голос Лиззи из уже так ярко пестрящих перед глазами образов, в которых я пробовал вкус этих небрежно подчёркнутых коралловой помадой губ.
Чёрт возьми, Рид: она и так принадлежит тебе по всем законам химер, так просто возьми то, что захотел, и успокойся! Одна ночь, чтобы снять это невесть откуда возникшее напряжение, и всё пройдёт как сраная простуда.
Я же обещал, что не обижу эту и без того не особо счастливую девчонку. Я ей поклялся. И воспользоваться ситуацией, трахнув её как дешёвую шлюху, явно не вписывалось ни в рамки договора, ни в это обещание. Какая досада.
Наконец, я завёл двигатель и поехал по ночному Литл-року в сторону бара на другом его конце. Не мог удержаться от того, чтобы хотя бы раз в минуту не бросать взгляд на заметно бледнеющее личико позади. Китти нервничала, и это было очень заметно. Она кусала пухлые губы, съедая всю помаду, и не отрывала взгляда от окна.
Слишком хороша. Чёрт, чёрт, чёрт, она, действительно, слишком очаровательна, чтобы это можно было игнорировать. Небрежно тряхнула волосами, откинула назад одну из мягких пепельных прядок, и мне показалось, что в салоне пахнуло сладкими ягодами. Пульс всё учащался, а в вены словно проталкивали раскалённые иглы, вынуждая вцепляться в руль до белеющих пальцев. Голова тяжелела, а дорога расплывалась, и я вёл машину на автопилоте.
Она — словно ожившая фантазия, созданная для проверки моей выдержки. Которая, к слову, вообще не железная, и готова исчезнуть с яркой вспышкой. Дьяволёнок на плече, как в детских мультиках, уже вовсю нашёптывал, что можно высадить Лиз у бара, а затем отъехать в уголок между многоэтажками, распахнуть эту голубенькую курточку, ощутить под пальцами нежную кожу…
  
Аааааа, ЧЁРТ, иди ты в задницу!
— Китти, прекрати, пожалуйста, — словно со стороны услышал я свой почти умоляющий голос, сам не понимая, что имел в виду.
Прекрати быть такой обворожительной? Прекрати, ради себя самой, кусать губы и играть волосами? Прекрати пахнуть как десерт в кондитерской?
— Что я делаю не так? — тихо и явно испуганно отозвалась она, и её страх подействовал как холодный душ, моментально отрезвляя голову. — Может, меня кто-то проинструктирует, что я должна изобразить в баре?
Ничего. Тебе ничего не надо изображать — ты и так выглядишь сводящей с ума самой манящей в мире девчонкой. Пушистым котёнком, которого надо спасать с грязной улицы… Даже её имя — натуральное издевательство. Но, прочистив горло, я всё-таки добавил в голос строгости и серьёзности.
— Всё просто. Выполняешь любое моё поручение, трёшься поблизости, никаких возмущений любому моему действию, — слишком торопливо, чтобы она не уловила подтекст.
— То есть, нужно сделать вид, что мы пара, или не совсем? — нахмурилась она, но тут ситуацию спасла Лиз, с тихим смешком вмешавшись в разговор.
— Нет, ты изображаешь его шлюху, милая, а это большая разница. Просто представь, что если Эйден даст добро — тебя отымеют в любом тёмном коридорчике.
Да, это было грубо со стороны старой подруги, зато максимально прояснило ситуацию. Китти побледнела ещё больше, затряслась, и впервые поймала на себе мой взгляд через зеркало.
— Но он же не разрешит, верно, Лиз? — вопрос явно был не в адрес Лиз, он застыл в искрах её мятных глаз.
— Мы же договорились. Никто тебя не тронет, — убедил я её безо всяких сомнений.
Кроме меня.
  
5. Русская рулетка
 
Если и существовало в мире место, в котором я бы ощущала себя как в аду — это, бесспорно, был бы кабак «Львиная голова». И нет, сам бар тут был абсолютно не при чём. Но с первого шага в заставленное круглыми столиками душное накуренное помещение мне хотелось провалиться сквозь землю.
Эйден шёл чуть впереди, и я буквально чувствовала на языке привкус того, как сильно он изменился, оказавшись среди химер. Походка стала развязней, выражение лица — сосредоточенней, а голос огрубел. Здесь не было того милого парня, с которым я утром разделила завтрак — только принц, довольно холодно здоровающийся со своими подчинёнными. Каждый из которых не упустил шанса бросить в мой адрес что-то ехидное или откровенно пошлое.
«Неплохая задница у твоей игрушки…»
«Когда поделишься, Рид?»
«Готов перекупить её у тебя, когда надоест…»
И он не отрицал ни одной этой фразы, не пытался никого переубедить в ином положении вещей. С каждой минутой мне всё больше хотелось сгореть на месте, лишь бы не ощущать эту липнущую к телу грязь от чужих взглядов, пробирающихся под короткую джинсовую юбку (ну, спасибо, Лиз!). Окончательно добил меня сам Эйден, с кошачьей ухмылочкой небрежно хлопнувший ладонью по моей ягодице:
— Иди, детка, выпей чего-нибудь. У меня дела, — отмахнувшись, как от назойливого насекомого, он ужом скользнул в толпу парней, а вскоре его фигура с чёрной курткой на плечах мелькнула у лестницы на второй этаж.
Прекрасно. Просто, мать его, прекрасно.
Задница горела от шлепка, но гораздо хуже я ощущала себя внутри. Как использованная кукла, которую вышвырнули за ненадобностью. Едва сдержав слёзы обиды, я на негнущихся ногах поплелась к барной стойке. Ужасные неудобные ботинки на каблуках были больше, чем нужно — у нас с Лиз не совпал размер, так что пришлось напихать ваты в мыски.
— Китти, сюда! — махнула мне единственная знакомая с краю стойки, приветливо улыбаясь. Перед ней уже стоял ряд стопок с каким-то химозно-розовым содержимым. — Мне как раз нужна компания, — быстро добавила она, спохватившись.