Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 3 (СИ)

— Вон сидит второй человек, который видел то же, что и я. Девушка ошибается и в меньшинстве, а этот нападавший, — тычок пальцем в сторону Такидзиро-сан, — заинтересованное лицо.
— Как и ваши четверо, — Вака не на шутку закусилась из-за откровенной несправедливости, и не думая уступать.
— Не переживайте, Вада-сан, — неожиданно тепло улыбнулся логист Йокогамы, накрывая её пальцы своими. — Всё будет хорошо, даже если недоразумение чуть затянется. Всё будет хорошо, — повторил он.
— Вызываю помощь… драка на перекрёстке… человек… обстоятельства… в кобан… — забормотал в гарнитуру на плече старший патрульный. — Вам придётся проехать с нами, транспорт сейчас прибудет.
* * *
Харуми Дэнда, наблюдая за происходящим на улице, мысленно отдал должное оябуну: сэмпай — голова. Интересно, каким образом Миёси-сама предсказал наименее вероятный вариант развития событий?
Ну, с точки зрения самого Дэнда — наименее вероятный. Поэтому, видимо, отец Моэко-сан всем и руководит.
Сходу не понравились лица правоохранителей. Сятэй не знал умного словосочетания «предвзятая заангажированность», но отлично оперировал самим понятием.
С такими физиономиями не приходят разбираться или выяснять истину. С таким видом появляются на сцене — отыгрывать некий заряженный заранее спектакль.
Попавшему в передрягу бойцу в дорогом костюме якудза и сочувствовал, и симпатизировал: во-первых, так достойно отбиться от серьёзного противника, к тому же превосходящего числом. Во-вторых, как говорит оябун, представитель редкого искусства — а любое мастерство самоценно, это знает последний босодзоку.
В-третьих и в главных: полицейские сейчас неправы, это если сказать мягко — сходу затеяли подыгрывать не пойми кому не пойми зачем. Это младший борёкудан, не имея образования, отлично видел с высоты жизненного опыта.
Странно. У слуг закона должны быть причины, чтоб вести себя подобным образом. Каковы они?
— Вам придётся проехать с нами, транспорт сейчас прибудет. — Заключил тем временем не совсем чистый либо на руку, либо на совесть чиновник правоохранительного департамента.
Либо и то и другое одновременно, Дэнда только ухмыльнулся со своего места: сквозь открытую дверь круглосуточной рамённой происходящее на той стороне было прекрасно видно и слышно.
— Вам что-нибудь нужно? — сбоку материализовалась перепуганная официантка недорогого заведения, безошибочно определившая род занятий единственного на момент посетителя.
Сятэй как раз дожевал порцию запаренной лапши и сейчас неспеша потягивал воду из стакана.
— Нет, — бросил он, не отрываясь от зрелища. — Проблем не будет, я просто перекусить.
Девица продолжала стоять сбоку, маяча в боковом зрении.
— Можно ещё четыре порции такого же? — якудза протянул одну из специально запасённых на такой случай банкнот.
— Да, сейчас принесу! — вспыхнула энтузиазмом по виду студентка старших курсов, подрабатывающая в свободное время ради оплаты немелких в столице счетов.
— Извините, не нужно ничего нести сейчас, — борёкудан коротко поклонился, продолжая наблюдать за противоположной стороной улицы. — Я скажу, когда. Хорошо?
Чаевые и взятки формально не приняты, но для того, кто искренне хочет отблагодарить, всегда есть свои лазейки.
— Жду вашей команды, — девица качнулась в ответном поклоне и, просветлев лицом, исчезла за стойкой.
Понятно, что никаких четырёх порций он не попросит; соответственно, и с баланса заведения товар на эту сумму списан не будет.
Владелец, если нормальный, учитывает такие суммы в конце дня и по идее от половины до шестидесяти процентов отдаёт официанту.
Допив воду, якудза поднялся, поблагодарил официантку ещё раз и решительно направился через дорогу. Краем глаза было приятно заметить, как девчонка, совмещавшая функции уборщицы и посудомойки, оставила работу и замерла у двери, глядя ему вслед.
По внешне равнодушному лицу Дэнда не было видно, что в его душе бушует целый тайфун: делать то, что он сейчас будет делать, более чем не хотелось.
 
Однако долг на то и есть долг, напомнил себе борёкудан, впечатывая шаги в асфальт, ловя взгляды вскинувшихся было полицейских, чуть брезгливо вздёргивая верхнюю губу в адрес четвёрки неудачников и пары их хитромудрых подельников:
— Здравствуйте, офицер. Меня зовут Харуми Дэнда, вот мои документы, — на смартфоне в приложении электронного правительства он добросовестно предъявил штрих-код удостоверения личности.
Насторожившийся старший офицер сделал незаметный, как ему казалось, знак коллеге и мазнул сканером по экрану, затем — по лицу:
— Личность подтверждена. Что вы хотели?
Ещё бы не подтверждена, с этими новомодными программами распознавания едва не сетчатки. Говорят, новый комплекс в международном аэропорту с трёх что ли метров сканирует.
Понятно, мобильные полицейские установки попроще, но здесь и дистанция поменьше — инженер по роду занятий машинально внимание уделял технике, а не однообразным неинтересным людям.
— Хочу вам помочь, — Дэнда вежливо поклонился ещё раз, задерживаясь на долю секунды.
Намёк на максимальную серьёзность намерений.
— В чём? — вежливо поинтересовался патрульный, хотя по физиономии было видно, что он бы с удовольствием сказал иначе.
— Не сделать ошибок, — твёрдо ответил Харуми. — Прошу прощения ещё раз, но я видел всё, что было, с самого начала. Эти двое врут, — вытянутая в сторону хитромудрых очкариков рука, кроме прочего, одновременно символизировала изрядное презрение.
— Стоп. У вас должны быть очень серьёзные основания, чтобы вмешиваться в подобное разбирательство! — Старший офицер машинально оглянулся на участников инцидента, потом сделал шаг вперёд. — Вы себе отдаёте отчёт, кто вы? И во что вмешиваетесь? Точнее, пытаетесь вмешаться?
«Исчезни» в переводе на нормальный язык. Заряженные, кивнул сам себе крепыш. Непонятно только, каким образом. Не могли же это всё кукловоды шестерых в микроавтобусе спланировать заранее?
Для начала, второй Неприкасаемый, который стоит рядом, мог пойти другой дорогой. Или выйти через несколько часов из Паба, а столько времени ржавый хлам в этом месте бы не простоял.
— Посмотрите на номера. — Борёкудан повёл рукой правее. — Вы не видите, что это подделка? Для начала, эти номерные знаки скручены с другой машины. Я не являюсь сотрудником полиции, — уважительный поклон, — но вижу даже невооружённым глазом. Почему вы использовали сканер на моём лице, но не сверили номера по базе? Это же так просто. Ещё можно заглянуть под капот, проверить номер двигателя. Он не совпадёт с тем, который зарегистрирован за данными номерными знаками. — Снова поклониться.
Неприкасаемый уже отдышался, пришёл в себя и с интересом смотрел на нового участника событий. Почему-то было приятно.
В следующую секунду произошло нечто странное: двое хитромудрых из хонды самым откровенным образом переглянулись с патрульными.
Неприкасаемый напрягся, сделал едва заметный шаг назад.
Разрывает дистанцию, чтоб было время среагировать, сообразил неудавшийся инженер. Несмотря на относительно невысокую позицию в родной организации, теорию он помнил хорошо:
— Омавари-сан, ваш видео-жетон фиксирует нашу беседу?
Ещё один встревоженный взгляд? Да ну.
— Делаю официальное заявление. Эти двое врут, номера на машине поддельные, четверо напавших на парня — сообщники с этой парой. — На интуиции якудза добавил. — Поскольку моя личность вами проверена, прошу официально внести моё имя в протокол о происшествии, который вы будете составлять.
Какую-то игру я им поломал, отстранённо отметил Дэнда совсем уж неподобающую мимику правоохранителей.
— Перед тем, как я приму ваши заявления, Харуми-сан, спрошу повторно: вы уверены в своих действиях? — старший патруля справился с секундным замешательством и смотрел на оппонента ну очень хмуро.
— Могут ведь и последствия возникнуть, — вроде как нейтрально, с учётом видеофиксации, поддакнул младший сотрудник. — Особенно с оглядкой на деликатные виды занятий маленького человека.