Игра в чужую жизнь (СИ)

А еще мне не хватало мистера Гибсона. Я так быстро успела прикипеть всей душой к этому добродушному старику, что и сама себе удивлялась. Не хватало нашего с ним общения, его поддержки. И что уж скрывать, мне хотелось поделиться с ним успехами на кухне. Ведь я на самом деле потихоньку стала готовить более-менее сносную пищу, хотя во многом это заслуга Чейза. Этот парень постоянно был в движении. Даже когда просто садился за стол, чтобы выпить чашечку кофе, он постукивал по полу своими изношенными ботинками, отбивая какой-то лишь ему понятный ритм. Мы с Чейзом сразу нашли общий язык, хотя поначалу мне казалось, что мальчишка совсем не рад своей новой обязанности.
В первый же день я узнала, что он из простой семьи южан. Его родители были фермерами, жили в нескольких километрах от ранчо Тайлера. У Чейза была куча младших братьев и сестер, имена которых я так и не смогла запомнить. И каждый раз он делился все новыми и новыми историями о своей семье, которые вызывали улыбку на моем лице.
— И тогда Либби выдала мне, что станет ковбойшей, прямо, как Клинт Иствуд, ты можешь себе представить?
Мы сидели с ним на кухне, до ужина оставалось больше полутора часов. Чейз рассказывал про свою пятилетнюю сестренку, которая вбила себе в голову, что станет ковбоем. Я засмеялась, представив эту малышку с такой непривычной для девочки мечтой.
— Эта мелюзга дни напролет пропадает в загоне для животных вместе с отцом и даже научилась крутить лассо.
— Но что в этом плохого? — не понимала я, — у ребенка есть мечта, и это здорово.
Чейз взглянул на меня, как на сумасшедшую, изогнув бровь. Ей богу, его оскорбленная физиономия достойна Оскара.
Я поднесла кружку с какао к губам, чтобы прикрыть улыбку.
— Ты не понимаешь, Лиз! Я не хочу, чтобы мои сестры прожили всю свою жизнь на богом забытой ферме. Если Либби все же станет настоящей ковбойшей, ей придется иметь дело с кучей мужчин, — он поджал недовольно губы, — а уж кто-кто, а я прекрасно знаю нрав наших ковбоев.
— Ты — типичный старший брат, — подвела я итог его словам, — боже, Чейз, ей же всего пять!
Он будто и не слышал меня. Мечтательно закатил глаза и начал говорить, словно сам с собой.
— Может, она поступит в какой-нибудь университет и…
— И тогда ей уже придется иметь дело с кучей студентов, — перебила я его, — а это, поверь, не лучшая замена ковбоям.
Чейз нахмурился и посмотрел на меня тяжелым взглядом.
— Проще вообще запереть ее дома до тридцатилетия.
Я лишь усмехнулась на это и как раз намеревалась сказать, что его маленькая сестричка скорее накинет на него лассо и привяжет к стойлу, но в этот момент в комнату зашел мистер Гибсон вместе с Эйданом. Чейз при виде них сразу же подскочил и кинулся к мойке, делая вид, что занят мытьем посуды. Это было так забавно, что я не смогла сдержать смешок.
— Лиззи, — подошел ко мне мистер Гибсон и обнял, — как ты, девочка? Не спалила еще кухню Эйдана?
Вокруг его глаз образовались морщинки, старик улыбался мне открытой улыбкой, и я ответила ему тем же.
— Я каждый день засыпаю в обнимку с огнетушителем, — пошутила я и только сейчас посмотрела на Эйдана.
Он стоял, привалившись спиной к стене и сложив руки на груди. На его губах блуждала улыбка. Мистер Гибсон проследил за моим взглядом и тоже посмотрел на Эйдана, кивнул, будто бы сам себе и сел за стол.
— Мои старые кости не созданы к таким долгим разъездам, — начал ворчать он, и принялся рассказывать о своих внуках.
Спустя некоторое время Эйдан перебил его.
— Мне нужно вернуться в мастерскую, вы тут справитесь и без меня.
Перед тем, как выйти, он добавил.
— Я соскучился по твоим пирогам, старина.
Мистер Гибсон расплылся в довольной улыбке. Он продолжал рассказывать о своей поездке и как-то незаметно для нас на кухне мы остались одни. Даже вездесущий Чейз убежал, пробормотав что-то про матч века, который начнется по ящику в ближайшие минуты.
— Ну а теперь, расскажи мне про вашу поездку, Лиззи, — внезапно перевел тему мистер Гибсон, — как тебе Техас?
 
Я очень надеялась, что не покраснела под его испытующим взглядом. Чтобы отвлечь внимание, схватила тряпку и стала протирать со стола.
— Даже не знаю, мы пробыли там очень мало, — ответила равнодушно, — Эйдану пришлось срочно вернуться на ранчо. Я даже и не посмотрела город толком.
— Ну, ничего, еще успеешь. Ты обязательно должна побывать на ранчо Кадиллак. Помнится, когда я был…
Я перебила мистера Гибсона, слова сами собой слетились с губ.
— Расскажите мне о жене Эйдана.
Старик резко вскинул голову и посмотрел на меня, прищурив глаза.
— О Джейн? Он сам рассказал тебе?
— Да, — ответила ему, — сказал, что она умерла.
В глазах мужчины промелькнула боль.
— Она была ангелом, Лиззи. Не только для него, но и для всех нас. Ведь они знакомы были еще со школы. После того, как Эйдан ушел из армии, они переехали сюда. Выкупили это ранчо, которое, поверь мне, не стоило и цента. Джейн уже тогда болела, но никто из нас не мог даже подумать об этом. Она до последнего была веселой, и с ее губ не сходила улыбка. Милая Джейн, всегда готовая помочь всем и вся. Они с Эйданом были просто идеальной парой, и то, что произошло, конкретно подкосило его.
Я слушала его и пыталась представить эту женщину. Какой она была. Но в голове был лишь размытый светлый образ, а рядом… счастливый Эйдан.
— Он очень изменился, Лиззи, — тихо сказал мне мистер Гибсон, — но, кажется, именно сейчас он начал потихоньку оживать. Помни об этом.
***
Весь оставшийся день я думала о том Эйдане, каким он был до смерти жены. Поймала себя на мысли, что мне бы хотелось узнать его таким. Я снова ощутила внутреннюю близость с ним. Как он смог пережить тот кошмар, как смог подняться и жить дальше? Я вспоминала свои первые месяцы после убийства родителей, то, как пребывала в полнейшей апатии… никак не реагируя, на что-либо вокруг. Лишь мистер Ньюман смог стать моим якорем, который не позволил потонуть в пучине боли и отчаяния.
А кто помог Эйдану? Как он преодолел эту боль? Это безумие, но мне хотелось все узнать, это казалось важным. Стоило лишь представить, что он жил с Джейн каждый день в страхе, в ожидании неизбежного конца, и мне самой становилось почти физически больно. Нет ничего хуже, чем неизвестность. Пугающая, заставляющая холодеть кровь в венах. Когда ты не знаешь, что ждет тебя впереди. Ты словно движешься в тоннеле, погруженному во мрак. Вслепую. Мне казалось, что именно это и чувствовал Эйдан.
И в этот момент я все решила для себя. Поняла, что соглашусь быть с ним, пусть и на таких условиях. Это будет правильно. Мне хотелось подарить ему тепло и ласку, которых он был лишен. Понимала, что могу обжечься. А ведь рано или поздно мне придется покинуть это место, покинуть его. Но сейчас я не хотела об этом думать. Все просто, это взаимовыгодный обмен.
Самой же стало противно от таких мыслей. Но реальность на самом деле была именно такой. Буду с ним, пока мне это удобно. Пока я чувствую себя в безопасности. Но в любой момент обязана быть готова бросить все и снова сбежать в никуда.
Я как раз направлялась к дому через задний двор, когда увидела Эйдана. Было уже довольно темно, но это, несомненно, был он. Стоял у крыльца, будто просто вышел насладиться закатом. Я остановилась неподалеку, не решаясь подойти. Но в этот момент он словно почувствовал мое присутствие и повернулся в мою сторону. Улыбнулся, но так и остался стоять на месте.
Казалось, прошла вечность, прежде чем я подошла к нему. Мы были одни, и я была уверена, что в это время никто не сможет нас здесь увидеть.
— Эли, — произнес он своим низким голосом, при звуке которого по коже устроили танец мурашки.
Я улыбнулась и прикоснулась к его руке. Мускулы под моей ладонью напряглись, и в глазах Эйдана промелькнуло удивление.
Он наклонился ко мне чуть ближе, и тогда я выдала на одном дыхании, боясь передумать.