Укрощение воровки (СИ)
— Я не защитил…ее.
Его голос был непривычно ровен, а лицо облепило инейное покрывало, обрисовало черты, сделав их еще резче. И глаза покрылись льдом, сквозь который нельзя пробиться, и понять, что же творится за завесой спокойствия, которой укрылся Влад.
— Спасибо за завтрак, — поблагодарил Марьяна и вытащила кошелек из сумки. — Сколько я должна?
— Нисколько, — отрезал он. Затем схватил ее за руку, и сжал пальцы. — Прости, сижу на завтраке с самой красивой женщиной, а щегол щеглом. Поэтому ты и считаешь меня маленьким мальчиком, — усмехнулся и покачал головой.
— Я вовсе не…
— Считаешь, — убеждённо кивнул Влад.
Марьяна только хотела ответить, как ее телефон на столе зазвонил.
— Алекса, милая, как дела?
— Мам… Ты только не переживай…
— Что случилось? — как можно спокойнее спросила она и услышала вздох в трубке.
— Тебе придется приехать, в школу. Я…это не телефонный разговор.
— Алекса, у тебя пять секунд, чтобы сказать мне что случилось! — рявкнула Марьяна, пытаясь совладать с подскочившим сердцем.
— Ничего прям такого страшного. Я сейчас в учительской, жива, здорова, в целости и сохранности. Но тебе надо приехать, мам.
— Тогда какого черта происходит?!
Марьяна вскочила со стула, не контролируя суматошных движений, пыталась положить кошелек в сумку, подхватила палантин со спинки стула и побежала к выходу.
— Так и знала, что ты будешь переживать. Просто тут проблемы с одним учеником, с другого класса.
— Кто сейчас рядом с тобой? — спросила Марьяна, ища ключи от машины в сумке. Она совершенно забыла о Владе и с удивлением вскинула голову, когда он схватил ее за локоть и повел к своему джипу. Замотала головой и расширила глаза, на что он подхватил ее за талию, засунул на пассажирское сидение и захлопнул дверь.
— Я пока одна, завуч вышла. Просто приезжай, и я все тебе объясню.
— Я не положу трубку, пока не доеду! — отрезала Марьяна, пристегиваясь, пока Влад выезжал на дорогу.
— Мам, ну хватит. Неужели ты считаешь меня достаточно глупой, чтобы вляпаться в плохую историю? — с укоризной спросила Алекса, и в том чопорном ворчании проскочила спокойная рассудительность Адольфа.
— Алекса, ты точно в порядке?
— Все, я ложу трубку. Жду тебя в учительской. Мам, только не гоняй, а то мне придется за тебя переживать.
— Я…Ладно, обещаю.
Марьяна сбросила звонок и прижала телефон к груди. Выдохнула и прикрыла глаза. Распахнула их, когда вспомнила, что Влад не знает адреса. Но, по уверенным движениям и по молчанию, догадка осенила ее.
— Только не говори, что знаешь, где учится моя дочь!
— Я знаю про тебя все, Марьяна.
Сейчас не время выяснять такие пустяки. Главное добраться быстрее до дочери, благо Влад ехал аккуратно, но быстро.
Марьяна влетела в учительскую и облегчённо вздохнула, увидев дочь, в здравии сидящую на стуле и листающую что-то на телефоне. Алекса подняла взгляд и ее прямые брови сошлись на переносице.
— Опять гоняла, как сумасшедшая? — строго спросила она и Марьяна неловко оправдалась.
— Меня привезли.
— Он? — взгляд исподлобья на молчаливого Влада, который наотрез отказался отпускать Марьяну одну.
— Это Влад, партнер. Мы работаем…
— Зачем ты его привела? — перебила ее Алекса и взмахнула длинными пушистыми волосами.
— Алекса!
Марьяна тоже умела сдвигать брови, но, когда это делала она, весь редакторский отдел дрожал от страха. И дочь поняла, что перешла грань. Посмотрела на Влада и сказала:
— Спасибо.
Влад кивнул, и Марьяна набросилась на дочь с вопросами.
— Да ничего такого, — отмахнулась Алекса. — В вэ классе есть один ученик. Я выступаю на дебатах, а он с противоположной команды. Он украл мою речь, хотя клянется, что не воровал, но его поймали с моей сумкой и, кажется, заперли в кабинете биологии. Вот только не надо бледнеть!
— Да я не беднею…
— А то я не вижу!
— Так! А что, мать и побледнеть не может, когда ее дочь обкрадывают в ее родной школе?
— Давай без драмы, — съязвила Алекса, и тут Марьяна услышала голос Влада:
— Сколько наличности ты носишь с собой, Алекса?
— А что? — тут же нахмурилась та, и они с Владом схлестнулись взглядами.
— А то, что ты уверена, что этот сопляк спиздил твою сумку только из-за речи. Может, все-таки, из-за денег?
Алекса тут же вспылила:
— Стас на такое не способен!
— Ты с ним так хорошо знакома? — спросил Влад и она раздражённо ответила:
— Нет, мы с ним плохо общаемся. Но ему денег не надо, у него папа крутой бизнесмен.
— Так и у тебя мама не промах, — быстрый взгляд на Марьяну. — А пацаны в таком возрасте бывают вороватые…
— По себе судите? — язвительно спросила Алекса, и Марьяна вскликнула:
— Алекса!
— Марьяна, — ровно сказал Влад, и она осеклась. Затем посмотрел на Алексу: — В детдоме мне приходилось воровать, чтобы мой младший брат не голодал. Дальше столовой дело не пошло, но, если бы так продолжилось еще год, и нас не усыновили, я бы стал таким же вором, как твой Стас.
— Он не мой! — вскочила на ноги Алекса. — Мам, кто это вообще такой? Твой хахаль? Где ты его нашла?!
— Алекса… — начала было Марьяна, но ее вновь перебил Влад:
— Я не хахаль твоей мамы. Но я собираюсь на ней жениться.
Две пары расширенных глаз уставились на Влада.
Первая очнулась Марьяна. Она вытолкала Влада из кабинета и закрыла дверь. Повернулась к дочери, которая стояла, скрестив тонкие руки на груди.
— Это правда? — тихо прозвучал вопрос.
— Конечно, нет! Влад это сказал просто, чтобы…Я не знаю, зачем он это сказал, — вздохнула Марьяна и присела на один из деревянных стульев. Дочь осталась стоять, и спросила взрослым для ее возраста голосом:
— А ты хочешь?
— Нет, конечно нет, милая! — Марьяна схватила Алексу за руку и заставила сесть рядом. Приобняла за худые плечи и прижала к себе. — Ну что ты его слушаешь? Влад просто…партнер. У нас нет ничего, кроме рабочих моментов, Алекса.
— Поэтому ты каждый раз замолкаешь, стоит ему посмотреть на тебя?
Марьяна отрезала:
— Вообще-то, юная леди, мы тут собрались из-за тебя. Теперь, когда мы одни, ты можешь спокойно объяснить, что произошло?
— Короче, я готовилась к дебатам. Стас с другого класса, и выступает против нас. Он всегда говорит, что я провалюсь, потому что, когда я открываю рот, весь класс засыпает, — поморщилась Алекса, а Марьяна изо всех сил старалась сдержать рвущиеся с языка маты. — А сегодня утром его поймали, кажется охрана, с моей сумкой в руках. Я проверила, все на месте. Вот на фига они милицию вызвали? У Стаса и так напряг с родаками, а если такое… — вздохнула Алекса. — Но Катерина Васильевна говорит, что только если ты, как мой родитель, не откажешься от жалобы, им придётся забрать его в участок. — Алекса подняла жалостливый взгляд. — Мам, пожалуйста, скажи, что у нас нет претензии. Стас не хотел, он на самом деле не такой! Я знаю…
— А что тогда твоя сумка делала у него в руках? — справедливо спросила Марьяна, и Алекса пробормотала:
— Я просто знаю, что он на такое не способен. Мам, пожалуйста, — прошептала она и слезинка капнула на рукав ее школьной рубашки. — Не надо, чтобы Стаса мучили и…
— Милая, ты определенно пересмотрела НТВ. Дела давно уже так не решаются, — Марьяна вытерла слезу Алексы, стараясь самой не расплакаться. — Алекса, иногда мне кажется, что ты старше меня лет на десять. Ты такая рассудительная и честная, наверно, от отца переняла. И я рада, что могу доверять тебе. Если ты уверена, что Стас не хотел причинить тебе вреда…
— Не хотел!
Марьяна подняла палец и остановила дочь:
— Для начала, я лично с ним переговорю.
— Его заперли в кабинете, — пропищала Алекса и заплакала. Марьяна дрожащими руками обняла дочь и успокаивающе зашептала:
— Ну, что ты, все, все. Выпустим этого Стаса, я просто с ним поговорю. Ну, хватит, вытирай слезки.
Как обычно бывает в подобных случаях, никто не мог найти начала и конца истории. Был разговор с директором и с завучем, которые в два голоса уверяли Марьяну, что оплачиваемые ею деньги оправданы, и хулигана поймал школьный охранник. Зная характер госпожи Карп, управляющие школы стали такого же белого цвета, что стены кабинета, и лепетали извинения под полыхающим взором зеленых глаз.