Во тьме (ЛП)

― Подойдешь ко мне, и я... Я...
― Ты что, сладкая?
Он усмехается.
― Ты думаешь, эта маленькая штучка причинит мне вред?
― Проверь, ― произношу я сквозь сжатые зубы. Во мне кипит гнев. Все кончено.
Может быть, я буду мертва, но я не сдамся без борьбы. Держа в одной руке свое оружие, в другую я снова хватаю ведро.
― Один из нас умрет, и это буду не я.
Если он думал, что все будет легко, что он просто войдет и убьет меня, не оставив следов, он ошибался.
Он качает головой.
― Не будь глупой. Прекрати оттягивать неизбежное.
Вместо слов, я швыряю ведро ему в голову, он подныривает. Он бросается на меня слишком быстро, чтобы я могла уклониться.
Он врезается в меня своим телом, выбивая воздух из моих легких. Я ударяюсь поясницей о полки и падаю на пол. Но, несмотря на боль от удара, я крепко сжимаю пальцами свое оружие. Он падает на меня сверху, пытается выбить его у меня из руки. Я сопротивляюсь. Когда его плечо оказывается близко от моего рта, я погружаю в него зубы. От резкого удара, которым он наказывает меня, у меня появляется головокружение. Я не успеваю укусить его снова, он хватает меня за запястье и вырывает заточку у меня из руки, подносит ее к моей шее. Острие заточенного гвоздя холодит мне кожу, страх сжимается вокруг моего горла.
Зло горит в его глазах, я боюсь шевелиться и дышать.
― Изменение планов, ― говорит он, запыхавшийся. ― Прежде чем отправить тебя в ад, думаю, я снова накажу тебя своим членом за то, что ты такая плохая девочка.
Пока я дрожу под ним, он засовывает мое оружие в свой задний карман и начинает раздевать меня. Я снова кричу, пытаясь оттолкнуть его, но он вжимает меня в грязный пол, придавливает меня своим тяжелым телом.
Не успеваю уследить за ним. Его рука уже оказывается в моих трусиках, и он засовывает в меня палец. От страха перед тем, что произойдет, я замираю. Слезы текут из уголков моих глаз. Вот оно? Так закончится моя жизнь?
― Тебе нравится, а?
Он проводит языком по нижней губе.
Я сильнее пытаюсь оттолкнуть его, хватаю его за одежду, а затем мне в голову приходит мысль. Действую, пока не стало поздно, пока он не понял, что делаю. Я перемещаю руки к его заднему карману, делая вид, что все еще дерусь с ним. Пока он отвлечен тем, что целует меня в шею, я нахожу пальцами заточку.
Не давая ему причинить мне еще больше боли, я выдергиваю ее и вонзаю ее ему в плечо, дважды. Заточка небольшая, но достаточно острая, чтобы вызвать много вреда.
― Сука.
Его утробный рык царапает мои перепонки, он скатывается с меня. Пока он корчится от боли, я сажусь и снова бросаюсь на него. Он пытается отнять у меня оружие, и заточка погружается ему в руку. Теперь он кричит громко и с мукой в голосе, наслаждение для моих ушей.
Я готова ударить его снова, достаточно ослабить его, чтобы я могла уйти, но он вскарабкивается на ноги и ковыляет к двери, рывком открывает ее и выбегает наружу, рукой держась за кровоточащее плечо.
Как только он уходит, меня начинают сотрясать рыдания. Я слишком слаба, чтобы стоять, но я не могу оставаться здесь. Он может вернуться.
Задыхаясь, я ползу к двери. Снаружи сарая, я замечаю что-то черное на земле. У меня подскакивает сердце, когда я понимаю, что это. Его телефон. Он оставил телефон. Я чувствую прилив энергии.
Я хватаю телефон и заползаю обратно в сарай, чтобы его включить. Не могу зайти, потому что тут стоит пароль. Но все нормально. У меня в руках вещь, в которой могут быть улики.
Я прячу телефон в штанах, отряхиваюсь и поправляю одежду, игнорирую боль между ног. Перед тем, как покинуть сарай, я вытираю кровь с рук тряпкой.
Оказавшись снаружи, я спешу к зданию. Козлиной бородки не видно. Может быть, он помогает Трэвису выйти из тюремных ворот незамеченным.
Я держу телефон Трэвиса при себе, пока не выключат свет. Козлиная бородка все еще не появился, что хорошо. Я не готова к его ярости. Не хочу знать, что он сделает со мной, если до меня доберется.
В темноте, я ползу к койке Саншайн и показываю ей телефон, рассказываю ей шепотом, что случилось. Она говорит мне, что умеет хорошо взламывать пароли.
 
― Возвращайся в постель, ― шепчет она. ― Я все сделаю к утру.
Это не занимает много времени. Спустя примерно час, она бросает телефон мне.
Мое сердце подскакивает к горлу, пока я пролистываю каждую папку. Затем я нахожу то, что искала, видео, на котором Трэвис насилует меня в черной яме. Я вспоминаю красный мигающий свет, который видела перед тем, как отключиться. Это была камера, которую, возможно, установил для него Козлиная бородка.
― Да, ― шепчу я тихо.
Я могу не только доказать, что он терроризировал меня за решеткой, но на видео, он признается в убийстве Уинстона. Это все доказательство, которое мне нужно, чтобы прищучить сукиного сына.
Единственная проблема в том, что я не имею понятия, как передать телефон Престону, чтобы меня не наказали за контрабанду. Я уверена, что Козлиная бородка уже поговорил с Трэвисом и знает, что его босс потерял свой телефон. Это лишь вопрос времени, когда он придет за ним.
Но я могу кое-что сделать до того, как он доберется до меня. Я нажимаю на приложение, отправляющее электронные письма. Так как Трэвис уже авторизован, мне легко привести в исполнение свой план. Я прикрепляю оба видео к письму, со своим именем в поле от кого, и отправляю его Хизер, давая ей инструкцию переслать его Престону, как можно быстрее. Я бы сделала это сама, но я не помню его электронный адрес.
Теперь я могу лишь сидеть и ждать, пока колесики правосудия вертятся.
Глава 22
― Прости, Дженна, не мог приехать раньше, ― говорит Престон после того, как мы оба занимаем стулья. ― Меня не было в городе. Как ты?
Хоть он выглядит красивым в своей накрахмаленной голубой рубашке и джинсах, его глаза выглядят усталыми, будто он не спал много дней.
― Я готова свалить отсюда.
Сжимаю руки на коленях, заставляя себя сохранять самообладание.
― Я попросила свою сестру отправить тебе кое-что по электронной почте. Ты это получил?
С нападения Трэвиса прошло три дня, и хоть я звонила Престону несколько раз, он не перезванивал и не приезжал увидеться, до этого момента.
Я беспокоилась, что меня поймают с телефоном Трэвиса, так что отдала его Саншайн. Она все еще лучшая в том, чтобы что-то спрятать. Мне нужно было, чтобы телефон лежал в надежном месте на случай, если Престон не получил видео.
С каждым проходившим днем, пока я была за решеткой, я боялась, что что-то пойдет не так, или же доказательства, которые я нашла будут не достаточно существенными, чтобы спасти меня. Хорошо, что я не видела Козлиную бородку со дня нападения. Я жила в постоянном страхе натолкнуться на него, боялась последствий своих действий.
Престон качает головой.
― Я получил электронное письмо твоей сестры. Поэтому я здесь.
Он наклоняется вперед.
― Как ты это заполучила?
― Видео? ― шепчу я.
Мой страх, что он работает на Трэвиса, проявляется с новой силой. Что, если он уничтожит доказательства?
― Какая разница, откуда я это взяла?
― Я просто хочу убедиться, что ты не вляпалась в неприятности, пока это добывала.
Хоть я в ужасе, не думаю, что у меня есть выбор, кроме, как довериться ему. Я делаю судорожный вздох.
― Он был здесь... Трэвис был здесь. Он пытался убить меня. Но хотел, чтобы это выглядело как суицид.
У меня перехватывает дыхание, я пытаюсь сдержать слезы, вспоминая то, что мной случилось. Если бы Трэвис победил, я бы уже была мертва.
― Он что? Проклятье.
Престон наклоняется вперед, в его глазах читается шок.
 
― Ты в порядке? Он причинил тебе вред?
― Просто вытащи меня, пожалуйста. Он вернется.
Я прикусываю нижнюю губу, чтобы унять дрожь.
― Я больше не вынесу.
― Хорошо.
Престон проводит рукой по лбу.
― Видео, которое ты прислала, пришло с запозданием.