Сын Тишайшего 2 (СИ)
И царица права, это я избаловал ребёнка. Шутка ли, на заднем дворе возведён целый игровой комплекс с качелями, каруселями и горками. Кстати, старшие сёстры тоже любят проводить время на площадке. Когда Петя увидел размах строительства и новые забавы, то сильно обиделся. Ранее царь баловал именно младшего брата. Но мне быстро удалось изменить настроение мальчика, заинтересовав его настоящим и взрослым делом. Мол, хватит играть в солдатиков, пора осваивать военную науку. И юный царевич с головой окунулся в новую сферу.
— Делимся, как всегда, на четыре дружины! Тянем жребий, кому с кем начинать! — под смешки взрослых начала командовать Наташа. — Тётушка Анна записывает, я уже подготовила бумагу.
В дартс мы играем командами. Чтобы не было перевеса, перед каждым турниром выбирается новый состав, формируемый вокруг ведущих игроков. Как несложно догадаться, лучшими метателями являются Наталья, Пётр, я и неожиданно тётка Татьяна. Даже царица давно присоединилась ко всеобщей забаве. Только Анна остаётся наблюдателем и ведёт таблицу с очками. На самом деле получается очень весело.
* * *— И надо было себя так насиловать? Вон, еле дохромал до опочивальни, — продолжила ворчать Аксинья, натирая мазью мои ноги. — Ты же с самого утра не присел. А лекарь предупреждал, что нельзя перетруждаться и надо отдыхать. Он хоть и немец, но дело говорит.
Всё в этом мире меняется, кроме няньки, любящей покудахтать, как наседка. На самом деле она права, мне вроде легче, однако всё не так благостно. Хоть я регулярно тренируюсь, но происходит это через боль, и ноги периодически ноют. Поэтому приходится спокойно выдерживать упрёки Аксиньи. Сегодня я действительно переборщил, почти двенадцать часов в движении. Ещё и затянувшаяся игра. Обратно рынды меня чуть ли не несли. Давненько такого не было.
А вообще, болезнь очень странная. Судя по историческим хроникам, Федя страдал от цинги. Но я здесь употребляю все доступные витамины и вообще соблюдаю здоровое питание. Добавьте к этому целебные отвары знахарки, спорт и баню. Даже месяцами мучившая меня слабость постепенно отступила. Но с ногами просто беда.
Тем временем нянька укутала конечности в простыню и грозно посмотрела на Савву. Чувствую, что сейчас дядьке достанется. Зато боль потихоньку начала отходить. Умеет Юлия готовить мази, да и массаж пошёл на пользу.
— Ты куда смотрел, ирод? — Аксинья начала представление. — Видишь же, что соколику нашему плохо. Я тебя ещё с утра просила, коли начнут ножки государя беспокоить, то не слушай его и заставь отдыхать. Или мне самой на ваши стрельбища ездить? В следующий раз так и сделаю, если ты меры не знаешь.
Эти слова предназначались уже мне. На душе аж потеплело. Нянька же ворчит не из вредности характера, а от переживаний за моё здоровье.
Вот так и живу. Бабы только нет, зато потребность в ней велика. Недавно с трудом удержался, чтобы не предложить знахарке заняться постельными утехами. Женщина она красивая, ещё и ухоженная, насколько это возможно в здешних реалиях. Однако это жуткий моветон. Я царь, женат, а Юлия старше лет на двенадцать. Аксинья, почувствовав неладное, пригрозила отходить меня собственной клюкой. Да и лекарке досталось, мол, нечего хвостом вертеть.
Забавно, что у меня нынешнего весьма пластичная психика. Будто переключается режим с человека из XXI века на Фёдора. Юлию я воспринимаю вполне нормально, ведь для меня прошлого она даже молодая. Но и в Апраксиной вижу не малолетку, а законную супругу. Даже, несмотря на её возраст. Никогда не понимал мужчин, женящихся или вступающих в связь с девочками-подростками. Есть в этом нездоровая тема. Но мне здешнему скоро двадцать два, а законной жене девятнадцать.
Марфу из Коломенского я выставил. Нечего здесь кислой миной отсвечивать. А то хорошо устроилась, коза. Нравятся богомолья, вот и катайся. Мой приказ игнорировать нельзя, поэтому за прошлый год и начало этого царица совершила немало вояжей. Только в монахини она уходить не собирается. Как с ней быть, не знаю. Добиться внятного ответа не получается, девушка сразу замыкается. Пробовал несколько раз, но бесполезно. Будто на стену натыкаешься.
А вообще, плевать на молодую дуру. Надо срочно найти любовницу, иначе недотрах начнёт влиять на мой характер и принимаемые решения.
[1] Алексей Семёнович Шеин (1652 — 1700) — русский государственный и военный деятель, боярин (с 1682), ближний боярин (с 1695), генералиссимус (28.06.1696?).
[2] В 1641 году Торричелли впервые в мире выводит выражения горизонтальной дальности полета снарядов, закладывает теоретические основы составления таблиц дальности стрельбы и совершенствует квадрант Тартальи, вводя отвес и деления на градусы.
Глава 3
— Присаживайся, Василий Васильевич, — машу на гостевое кресло и обращаюсь к Щукину: — Чайку нам принеси.
Секретарь кивнул и тихо затворил дверь. Я потихоньку оборудовал свой кабинет по лекалам офиса XXI века. Многое упиралось в изготовление мебели, но экспериментальный цех наконец смог выполнить мои хотелки. Поэтому сейчас в комнате стоит привычный письменный стол с ящиками, вдоль стен расположены два шкафа с документами, а для гостей приготовлены два кресла. Понимаю, что перед царём надо стоять, но во время долгих обсуждений посетителям разрешено сидеть. Когда нужно снять стружку или поставить кого-то на место, то моё неудовольствие народ выслушивает стоя. Сейчас же деловая беседа с нужным человеком, поэтому не вижу смысла в соблюдении этикета.
Из других достижений можно похвастаться канцелярией, которую пришлось хорошенько дрессировать. Зато полученный результат радует. Помимо Щукина с Колычёвым, в новом аппарате трудятся три писца, архивариус и гонец. Очень удобно получилось. После того как люди притёрлись, работать стало гораздо легче, ещё и дела решаются существенно быстрее.
Кстати, Голицын тоже завёл себе нормального секретаря, оценив полезность такой фигуры. Но сегодня речь не о развитии канцелярского дела в XVII веке.
— Они поверили, государь. Король Ян вынужден был собрать Сейм и оправдываться перед магнатами. А ведь поляки готовятся к походу. И сейчас Собескому нельзя собачиться со шляхтой. Вот письмо от посла и иные грамоты, — Голицын передал мне объёмную стопку листов.
Тема нашей встречи — Польша. К сожалению, интернета и даже телеграфа здесь нет, поэтому все переговоры проводятся через послов. И приходится ждать, пока доставят корреспонденцию от Возницына[1], отправленного в Варшаву, а затем принимать решение и делать выводы.
Пробежавшись по тексту, откидываюсь на спинку кресла. Мы не просто так отправили к полякам столь опытного человека. Андрусовское мирное соглашение подошло к концу, и пора заключать новое. Собеский хочет «вечного мира», но требует вернуть Киев. Русские войска должны были покинуть город ещё одиннадцать лет назад, но Алексей Михайлович решил повременить. Позже началась многолетняя война с Портой, и Польше было не до древней столицы Руси. Самих панов тогда неплохо потрепали, заставив отказаться от Подолии. Поэтому они могли только возмущаться, сил на новый конфликт у них не осталось. А затем сменился политический вектор, и вопрос о спорных территориях просто заморозили.
Сейчас Москве и Варшаве нужен мир. Ведь поляки скоро влезут в новую войну с османами, нас она ждёт чуть позже. С таким сильным противником не шутят, поэтому необходимо подстраховаться, дабы не воевать на два фронта. Но мы никогда не отдадим Киев, а магнаты не позволят признать присоединение города к России. Получается патовая ситуация.
— Думаешь, больше чем на семь лет не согласятся? — спрашиваю князя, положив бумаги на стол.
— Здесь такое дело, государь. Король надеется на успех в войне с Портой. Ему без разницы на пять или десять лет заключать мир. Главное — обезопасить восточные рубежи. Статьи договора нам изменить не позволят, и от Киева Польша не откажется. При этом надо учитывать, что Сейм может поступить назло как нам, так и Собескому, — усмехнулся Голицын. — Возницын постарается привлечь на нашу сторону часть магнатов, особенно тех, чьи вотчины расположены на границе. Но лучше на них не надеяться. Неизвестно, чего им завтра в голову придёт, или просто обманут. Но несколько влиятельных родов будут нас поддерживать, у них там сейчас новая грызня. Поэтому для многих важно насолить старым врагам, путь это пойдёт на пользу России. Коронный канцлер Велёпольский[2] недоволен желанием короля воевать и всячески ему мешает. Ещё и литовский канцлер Кшиштоф Пац[3] воду мутит. Этот вообще себе на уме, и непонятно, чего задумал. Считаю, надобно отправить людишек в Вильно. Вдруг получится заключить тайный союз с литвином. Сейчас от него толку мало, а лет через пять может пригодиться.