Сын Тишайшего 2 (СИ)
— Татары появились на правом берегу Дона ниже Битюга. А рейтар на той стороне не видно. Я послал гонца к князю Барятинскому, но боюсь, подмога не успевает.
Вспоминаю имя вестника, который, вообще-то, командир одного из разъездов. Молодого человека зовут Яков Бахмиотов. И он перешёл в отряд Дунина из стрельцов. Просто воин до такой степени покрыт пылью, размазанной потёками пота, что я его не узнал.
— Много их? — быстро спросил Морткин.
— Тысячи две, не меньше. Но они ещё далеко, и час у нас есть.
— Пищали и часть орудий готовы к перевозке? — теперь уже я спрашиваю командующего.
— Да, можно доставить их к балке, которая пересекают дорогу к каструму. Но надо задержать татар у переправы, чтобы пушкари успели развернуть орудия, — ответил Фёдор Фёдорович, почёсывая подбородок, и вдруг вскинулся, осознав мой замысел, — Это опасно, государь! Цари не водят рати в бой.
— Я сам решу, воевать мне или сидеть за оградой, — пресекаю все возражения зятя, — Приказывай пушкарям выступать. А мы ударим по татарам, только объясни всё Кольцову-Мосальскому. Ну не мне вас учить.
Сбегаю с помоста и несусь к Савве, который уже приготовил мою броню. Здесь же стоят рынды. Парней явно потряхивают от возбуждения, но лица у всех решительные. А Троекуров выглядит даже одухотворённым. Молодёжь рвётся в бой. Впрочем, так было всегда.
Ну что, Федя? Ты хотел битвы? Она есть у меня.
[1] Сильвестр Петрович Иевлев (ок.1625 — до 1708 год, Санкт-Петербург) — из Иевлевых, стольник Петра Первого, один из руководителей строительства Новодвинской крепости в 1701 году.
[2] Князь Иван Михайлович Кольцов-Мосальский (ум. 1707) — стольник, голова и воевода, генерал-поручик во времена правления Алексея Михайловича, Фёдора Алексеевича, Софьи Алексеевны и Петра I.
Представитель княжеского рода Кольцовых-Мосальских, старший сын князя Михаила Андреевича Кольцова-Мосальского.
[3] Дмитрий Филиппович Бухгольц — отец Ивана Дмитриевича Бухгольца, русского государственного и военного деятеля, генерал-майора русской армии, сподвижника Петра I, путешественника, основателя Омска, коменданта Селенгинска.
Глава 14
До брода мы добрались примерно минут за сорок. Лошади не железные, а перед боем силы лучше поберечь. Поэтому Государев полк, усиленный моей личной охраной и ребятами Дунина, двигался рысью. Благо скакать пришлось по тропам, проложенным в ещё не пожухлой траве. Иначе меня начала бы бесить пыль. Никогда не думал, что её может быть так много. Вроде вокруг не пустыня и барханы, а на зубах постоянно скрипит песок, нос тоже забит.
Ближе к Дону местность начала меняться, стало встречаться больше кустарников, растущих вокруг буераков и прочих рытвин. После таяния снега в сторону реки течёт немало мелких ручьёв, пересыхающих ещё весной. Впрочем, мне сейчас не до географии Дикого Поля.
Река показалась давно, но нас интересовало два конкретных места, где кружил десяток всадников. Это один из разведотрядов, благоразумно посланных Морткиным. Я остановился немного поодаль, рассматривая диспозицию, и краем глаза следил за Кольцовым-Мосальским, беседующим с бойцами. Вокруг кучковалась часть свиты, многие рассредоточились по склону, оглядывая противоположный берег.
А там было на что посмотреть. Татарская орда оказалась вполне себе организованной группировкой, разбившейся на несколько отрядов. У басурман явно проходило совещание командования, потому что основные силы бездействовали. Что не мешало нескольким десяткам дикарей скакать вдоль берега, оглашая окрестности криками и пытаясь подстрелить наших солдат. Но всё было безуспешно. Мы расположились на крутом берегу, и противник оказался гораздо ниже. Плюс разведчики удачно скрывались за деревцами, обильно растущими вокруг. На противоположной стороне тоже хватало зелени, в основном кустарника, мешающей стрелкам.
Основной отряд кочевники видеть не могли, князь загодя приказал не отсвечивать и остановится среди деревьев. А вот и он, лёгок на помине. Несмотря на возраст, в седле Иван Михайлович держался получше многих. А сейчас он ещё выглядит молодцевато, будто сбросив годы в ожидании схватки.
— Необычная орда. Среди воинов не только татары, ещё и черкесы, но и я могу ошибаться. Отсюда плохо видно, — начал объяснять князь, сгрудившемуся вокруг меня народу, — Но всё одно придётся воевать. Доглядчики бают, что рейтар не видели, может, они ушли северо-восточнее к Битюгу. В любом случае будем встречать басурман здесь и немного ниже. Там удобнее выходить из воды. Благо таких мест немного. А коли они обойдут нас с юга, то к тому времени Засадный полк подтянется. Поэтому стоим здесь.
Далее воевод быстро раздал команды командирам отрядов и повернулся ко мне.
— Государь, тебе и твоим людям быть в засаде, — пресекая возможное возражение, старый воин пояснил, — Вооружение у вас больно хорошее. Когда понадобится, поддержите ту сторону, откуда полезет больше поганых. Более половины полка я с тобой оставлю. Нечего татарам все наши силы показывать.
Народ разошёлся по своим отрядам. А на противоположном берегу началось с виду хаотичное движение. Оглядываю своих людей и не замечаю ничего, кроме нетерпения, вперемежку с предвкушением. Прямо адреналиновые наркоманы какие-то. Люди сами рвутся в битву, будто бычки, бьющие копытом о землю.
Касаемо вооружения, князь прав. Мои бойцы снабжены новыми карабинами и тремя пистолетами немецкой работы. Скоро будут и отечественные, но пока приходится использовать импортные. Они объективно лучше, и с дальностью выстрела у европейцев полный порядок. Для пальбы по большим скоплениям противника уж точно. В плане одежды мы выглядим достаточно скромно, да и уздечки с ножнами у нас без различных украшений. Но сами кони и вооружение лучшие, что есть в России. Чего не скажешь о большей части вельмож, разрядившихся, будто на парад. Хорошо, что оружие и кони у них тоже лучшие.
— Надень, государь. Лишним не будет, а мне спокойнее, — Савва вновь пристал, требуя облачиться в наплечники с нагрудником, — Тебе в первых рядах не рубиться, а от шальной стрелы или пули защитит.
Чего кочевряжиться? Я действительно влез в авантюру, где можно спокойно погибнуть. Умирать не хочется, жалко оставлять множество дел, которые без меня загубят. Поэтому киваю радостному дядьке, тут же подозвавшему слугу.
* * *— Первый брод! — произнёс прискакавший гонец, — Князь приказывает всем скакать туда. Татары навалились всей силой!
Наконец-то! Народ уже весь извёлся, ожидая команды атаковать. Ведь бой идёт буквально в двухстах шагах, и сложно удержаться, дабы не полезть помогать нашим. До появления вестового Кольцов-Мосальский затребовал два из трёх отрядов, расположившихся в резерве. Значит, дело жаркое, если он решился отправлять на помощь царя с охраной.
Но никто не суетился. Люди здесь собрались бывалые, кроме рынд и меня, все успели побывать на войне. Дунин вообще воюет с юношеских лет. Поэтому бойцы быстро проверили оружие, взгромоздились на коней и отправились вслед за гонцом.
После того как отряд вышел на открытое пространство, меня сразу взяли в коробочку, выполняя приказ поляка. Я же не отрывал взгляда от развернувшейся картины. Татары начали форсировать Дон в трёх местах, расположенных примерно через триста метров друг от друга. На противоположном берегу скопились огромные массы людей, и стало понятно, врагов гораздо больше, чем мы ожидали. Они тоже умеют маскироваться. Изначальный расклад был примерно пятеро басурман на одного русского воина. Но оказалось, что врагов раза в два больше. Даже с учётом того, что мы на крутом берегу, расклад весьма сомнительный.
Часть степняков, прямо на лошадях спускалась в воду, забравшись немного выше, дабы течение принесло их к удобному подъёму, защищаемому нашим отрядом. Остальные враги активно стреляли из луков. Не сказать, что стрелы падали тучами, но пару разведчиков, фланирующих по склону, уже зацепило.