Сын Тишайшего 2 (СИ)

Вот так погружаясь в свои мысли и иногда переговариваясь с подполковником, мы достигли столицы. Всехсвятского[1] моста ещё нет, но одним из первых моих указов было возобновление строительства. Денег туда уходит уйма, но дело нужное. И вообще, пора изучить географию основных торговых маршрутов и задуматься о масштабном возведении мостов и паромных переправ. Я потому и старюсь ускорить начало волжской транзитной торговли, так как часть дохода оттуда можно пустить на полезную инфраструктуру. Но пока приходится пользоваться временным понтоном, перекинутым через Москву-реку. Здесь лёд более или менее сошёл, ну и разогнали особо большие глыбы. А то получается, столица будет отсечена от южных городов на несколько недель.
  
Народ особо не обращал внимания на мой кортеж. И хорошо. Я облачился в стёганный шерстью жупан синего цвета без особого шитья, на голове шапка без всяких соболей, а шея обмотана шарфом. Сабля на поясе, два пистолета в седельных кобурах и один засапожник завершали облик офицера средних чинов. Мы шли такой колонной, чтобы никто особо не выделялся. Только Савва и ещё один охранник расположились за моей спиной, контролируя ситуацию. Заставу и несколько разъездов предупреждали гонцы, поэтому наша кавалькада не задерживалась.
Не скажу, что конное путешествие в начале марта излишне комфортно. Скорее, наоборот. Но если вы поболеете с моё, провалявшись столько времени в кровати, то будете готовы к любым сложностям, лишь бы вырваться на свежий воздух. Да и тело привыкло к путешествиям на любые расстояния. Поэтому жить можно.
* * *
— Нужное количество лафетов мы сделаем, и оси уже готовы, чего бы там Ивашка Сумароков ни говорил. Оно ему и по званию знать не положено, — с ноткой зависти произнёс Михаил Лихачёв.
Эмоции главы Оружейного приказа понятны. Именно он возглавляет проект по внедрению новых технологий в артиллерии. Сумароков же отвечает больше за практическую часть, связанную с испытаниями. Я ещё раз мысленно похвалил себя, что назначил Лихачёва на эту должность. По идее, уже началась военная реформа. Просто мы не стали делать громких заявлений и решили начать с изучения ситуации в армии. Оказалось, что не всё так просто и дел хватает. Очень повезло, что мои идеи с лафетами совпали с ведущимися работами. В остальном пока сложнее.
— Я согласен с мнением Змеева и Барятинского, — продолжил мой соратник. — Нам не нужны столь длинные орудия большого калибра. Из полевых пушек по крепости не стрелять, здесь важнее другие вещи. Поэтому предлагаю взять в поход четырёх- и восьмифунтовые орудия, с длиной ствола в десять — двенадцать калибров. Они у нас есть, и мы уже начали менять лафеты с осями. Надо только пушкарям освоить новинки, хотя у тебя собрался бывалый народ. Далее мастера предлагают переходить на орудия в восемь — десять калибров. Мол, они более приемлемые. Однако надо проверить их расчёты. А вот двухфунтовые пищали лишними не будут. Там и обслуги много не нужно. Эти пушки больше похожи на европейские амюзеты.
А Михаил Тимофеевич хитёр! Типа предлагает, но всё уже решил. Но я точно не буду возражать, когда речь идёт о подобном самоуправстве. Специалистам видней, а моя роль заключалась в форсировании внедрения новинок. Да и глупо корчить из себя доку в артиллерийских делах.
— Что касается передков, то здесь действительно не получится быстрее. К тому же мастерские надо расширять. Ведь ты приказал ещё улучшить телеги, а это дополнительный труд. Пока людей найдём и покажем, чего делать надо, уже лето пройдёт.
— Не переживай, у нас ведь малый поход — учебный. Касаемо расширения, то денег не жалей, я тебе из личной казны выделю. — Лихачёв молча кивнул на мои слова. — Скоро твой брат вернётся и наверняка обрадует нас прибылью.
Здесь мы оба улыбнулись. Алексей Тимофеевич отличался не только умом, но и дотошностью, чем изрядно пугал чиновников и раздражал бояр. Потому на новой должности он сразу взял быка за рога. Плохо, что глава Казённого приказа долго болел. После памятной операции у боярина начались осложнения, а затем он умудрился простыть. Я думаю, это была обычная пневмония на фоне общей слабости организма. Что не отменяет долго периода восстановления. Благо хорошо сработали немцы со знахаркой, поставив на ноги столь нужного и преданного человека.
Ведь младший Лихачёв сейчас руководит личным имуществом царской семьи. А это немалое хозяйство, только с излишне запутанной системой управления. Естественно, когда дитя у семи нянек, то оно без должного пригляда. Ещё и воруют, как без этого. Поэтому Алексей последние месяцы проводит в разъездах, посещая сёла и целые волости, принадлежащие лично царю. Одно только Измайлово представляет собой огромный комплекс с полями, фермами, мельницами и даже заводами. Хотя большей частью мне принадлежат земельные угодья, требующие присмотра. Но ситуацию пора менять. Нужно вкладываться в промышленность и рудники. И в первую очередь нужно заняться добычей золота и серебра. Пусть это будут казённые заводы или предприятия на паях с государством, но вопрос крайне важный. Страна просто задыхается от нехватки драгоценных металлов. Да и меди толком не хватает. Бояре излишне наедятся на землю и реже торговлю, а нам нужны производства.
— Деньги заканчиваются, — вздохнул боярин. — Ты же приказал собирать толковых людишек для ремесленного училища. И цеха надо строить, чтобы подмастерья сразу науку осваивали. Ну и Медведев размахнулся! Мы ещё помещение под университет не достроили, так он новые просит. А наставников ведь тоже домами необходимо обеспечить.
Михаил не жаловался, просто денег на самом деле не хватает. Ведь проект по созданию Академии, который постепенно трансформировался в проект университета и прирос ремесленным училищем, тоже финансируется из моего кармана. Ждать денег из казны долго, но и они пойдут в дело. Я попросил Лихачёва помочь Медведеву, иначе дело бы зависло. В принципе, пока средства есть. Но я задумал рейд на юг, который поглощает весомую часть моего бюджета.
— Затягивать нельзя. Поэтому университет надо открыть осенью. С училищем немного подождём, но не более года. Нужно, чтобы сразу заработали классы и мастерские. Как вернётся Алексей, запроси у него требуемую сумму, тодько в меру, — вздыхаю в ответ. — Но ты ведь хотел ещё что-то сказать?
— Прости, коли лезу, куда не следует, государь, — Михаил вдруг стал серьёзней и сменил тему разговора. — Твоя задумка по замужеству сестёр оказалась верной. Бояре до сих пор лаются аки собаки. Убогие не понимают, что ты сам будешь решать, с кем родниться. Только разговоры нехорошие пошли.
Смотрю на замолчавшего боярина и машу рукой. Зачем молчать, раз начал?
— Про тебя и царицу Марфу судачат. Вначале вроде притихли, но теперь все видят ваш разлад. Оно дело молодое, токмо сплетники наши сами придумали объяснение и в него поверили, — Лихачёв сделал вдох, собираясь с силами, и продолжил: — Часть думцев уверена, что ты после болезни потерял мужскую силу. Вот царицу и выгнал. Значит, боярам пора заняться поисками невесты для Ивана. Этим они сейчас тоже озаботились.
Я чуть квасом не подавился, когда услышал версию бояр. Вот уроды! Им заняться нечем, раз в такие дела лезут? Хотя вопрос престолонаследия крайне важен. Это я подхожу к нему проще. А здесь было много переживаний из-за смерти сыновей Алексея Михайловича и проблем со здоровьем у Феди с Ваней. России только гражданской войны не хватает, появись нужда со сменой династии. Смутное время не просто так произошло, а именно из-за пресечения мужской линии Рюриковичей, ведущей род от Александра Невского.
  
Даже не знаю, что делать. Насилить Марфу не хочу, но и надо выполнять свои обязанности перед страной и народом русским. Ха-ха! Государству необходим наследник, иначе начнётся новый виток интриг, впрочем, никогда не прекращавшихся. Может, отправить её в монастырь и взять новую жену? Только подло невинного человека в тюрьму сажать, ещё и Иоаким воспротивится.
Откидываюсь на спинку кресла и тянусь к остаткам кваса. Вот хорошо же общались, но боярин всё испортил.