Потеха Его Величества (СИ)
- И ради такого дурацкого плана я дезертировал из королевской армии? - не поверил Натан.
- Другого нет, - хмуро заметила Монита.
- Ошо, - Тили чуть тронула чужое тело, в котором жил безумный черный маг, за плечо, - пойдем вдвоем. Зачем тащить туда остальных?
Показалось ей или в холодных глазах и правда мелькнула тень беспокойства?
- Фигу, - ответила за всех Тапатунька.
- Одна ты с этим психом не пойдешь, - подтвердила Монита, неприязненно косясь на якобы бывшего возлюбленного.
- Не дойдем мы до столицы Ахтарты, - мрачно предрек капитан Натан Кант, и маленький отряд стал собираться в дальнейший путь.
Слова солдата не оказались пророческим. Ахтарта проявила гостеприимство к своим нежданным гостям. Конечно, пришлось изрядно поплутать по ее разбитым, а то и вовсе несуществующим дорогам, избегая отрядов тех и других войск.
Но путешествие если и затянулось, то незначительно, и скоро бесконечные степи остались позади, и столица Ахтарты распахнула свои ворота для очередных доноров крови. На простых деревянных воротах было нанесено изображение стервятника с переломанными крыльями. Сила витала в воздухе, недюжинная, мощная сила, которую никогда и никому из магов не удавалось сконцентрировать. Слишком много человеческих жертв нужно.
Но совладать с этой силой Тили не сумела бы никогда. Построенная на крови волшба была доступна лишь черным магам. И девушка тихонько радовалась, что с ними Ошо. Черная магия - его стихия. Пожалуй, ему по силам победить тирана Грегара. Рядом тихонько всхлипывала Тапатунька, оплакивая любимых цирковых лошадей, которых забрала стража на воротах. Если по степи пленникам позволялось для скорости передвижения ехать верхом, то в городе это было лишним.
А вокруг на грязных переполненных улицах гудела, как растревоженный улей, многоголосая варварская столица. Низкорослые кривоногие воины спешили напиться и успеть ухватить за задницы побольше девок, прежде чем снова идти на войну. Увешанные чумазыми детьми женщины страстно переругивались через кривоватые заборчики. Хлипкие строения говорили о том, что варвары не привыкли к оседлому образу жизни и готовы в любую минуту прыгнуть по седлам и рассыпаться по степи.
Ошо-шаман шел впереди, уверенно выбирая дорогу. Капище, как сосредоточие крови и силы, притягивало его, словно магнитом. По мере приближения глаза безумного черного мага начинали блестеть всё ярче. Ноздри хищно раздувались, на лице застыло выражение напряженного и веселого ожидания.
А было это всего лишь просторное лобное место, окруженное высоким частоколом, на кольях которого висели человеческие черепа. С каменного ложа специальный желоб вел в плоскую и широкую чашу, чтобы стервятнику удобнее было напиваться с помощью клюва. Вокруг валялись всевозможные ржавые от крови крюки и серпы.
Охрана радостно приветствовала Ошо:
- Ну наконец-то привел людей, шаман, - сказал пожилой дикарь с синяком под глазом. - Давно не было жертв. Думал, что самим уже придется на алтарь ложиться.
Ошо не удостоил его ответом, продолжая свое движение. Возле самого капища он протянул руку, крепко ухватил Мониту за плечо и потащил за собой к изображению стервятника с переломанными крыльями.
- Возьми меня, - рванула за ними Тили, но охрана грубо оттолкнула их назад, туда где стояли огромные клетки.
Ошо мимолетно оглянулся. Зубы блестели в кривой ухмылке.
- Ты правда думала, что мне есть дело до вашей войны или Грегара? - спросил он.
Тили охнула, когда Ошо вдруг схватил Мониту и начал целовать в губы, несмотря на ее отчаянное сопротивление. Дикари гнусно захихикали, предлагая выбрать себе девку помоложе, и, слушая их непристойности, Тили пожалела о своем безупречном образовании.
- Только здесь, в этом безумном сосредоточии силы ты сможешь все вспомнить, - сказал Ошо и снова ухватил ее за плечи, глядя прямо в глаза: - Фила, мы будем вместе, слышишь?
- Нет, - крикнила Монита, прямая и яростная.
- Да, - хмыкнул он, резко толкая ее назад и сам падая вместе с ней, грудь к груди. Туда, где неглубокая яма топорщилась многочисленными стальными шипами. Один из них пронзил оба сердца сразу, войдя ровно в середину. Закричала Тапатунька. Тили зажмурилась и увидела внутренним зрением, как два полупрозрачных ветерка поднимаются от мертвых тел и уносятся ввысь, при этом один словно догоняет убегающего первого.
- Гребаный ублюдок, - не выдержал Натан Кант.
- Эй, это не наш воин! - вдруг разглядел его один из дикарей, потому что морок исчез вместе с Ошо, и солдат из смуглого коротышки снова стал собой - высоким светловолосым мужчиной.
- Шпион! - подпрыгнул другой воин. - Тащи его в пыточную!
- Дружище, - просительно повернулся Натан к Клому. Тот, не мешкая, быстро свернул шею капитану.
- Дурацкий был план, - констатировал Татарас, когда решетка клетки захлопнулась за ними.
Тили лишь вздохнула, опускаясь на колени перед избитым до полусмерти силачом Кломом. А к окровавленным телам в яме уже летел крупный стервятник, тяжело взмахивая сломанными крыльями.
Глава тридцать вторая. Тили слушается старших
Крики были невыносимо громкими и долгими. Татарас сидел, обхватил голову руками, и крупно вздрагивал. Наверное, он даже плакал. Тапатунька лежала на жестком полу, прислушиваясь к дыханию Клома. Страдания жертвы на алтаре, у которой стервятник выклевывал живую печень, не отвлекали ее от самого главного - следить за тем, чтобы у Клома не прерывался пульс.
- Он их мучает уже несколько часов подряд, - пробормотала Тили. - Что-то надвигается... Что?
- Король Анджей надвигается, - прохрипел окровавленный пленник в соседней клетке. Тили посмотрела на него и потрясенно охнула:
- Господин Порто! Как же вы тут!
Министр иностранных дел соседней страны Хох с трудом приоткрыл один заплывший глаз.
- Госпожа Королевский шут, - насмешливо проскрипел он, - как же вы тут!
- Вы противный отважный старикан, - с нежностью сказала ему Тили.
- Наше время уходит, - сказал Агниус Порто. - Мне бы не хотелось надолго задерживаться в мире, где нет старой ведьмы Тмины... Теперь вам, молодым, пора двигать камни судьбы!
- Мне жаль...
- Ох уж эти женщины с их лирикой... Ты не должна допустить столкновения Грегара и Анджея. Мальчишка будет здесь совсем скоро. Не позволяй стервятнику выклевать его живое сердце.
- Но я же пленница, я же в клетке!
- Что за нелепые отговорки, Линк. Лень и пассивность - вот беда современной молодежи.
Женские крики стихли. Охрана безразлично столкнула ненужное тело с алтаря. Дикари двинулись к новым клеткам.