Измена, босс и очень интересный вопрос (СИ)
Спасибо, что поинтересовался. Что на меня вчера нашло-то? Алкоголь – яд!
- Я очень стараюсь… - Осторожно киваю.
- Хорошо. – Глаза цвета стали прищуриваются. – Значит, так. Судя по всему, вчера у тебя был самый паршивый день в твоей жизни. Тебе не повезло. Причём, крупно.
Ага, а то я не знаю. А босс продолжает.
- В следующую пятницу у меня большая встреча с друзьями. Я хотел поехать туда с Александрой, но ты, моя любимая подчинённая, испортила мне всю программу. Теперь я не могу привести другую даму. Максим тебя запомнил. – Его глаза пробежались по моей непрезентабельной внешности, - Тебя трудно было не запомнить. И поскольку гораздо ранее я заявил, что буду не один, ты поедешь со мной.
Что?
- Простите, Руслан Викторович, - Слабо махаю ладонью перед лицом, - я плохо разобралась в наборе слов… Повторите, пожалуйста… а?
Босс тяжело вздыхает.
- Не буду. Это был эксклюзив. - Он поднялся. – Приведи себя в порядок, смотреть противно. Ванная прямо по коридору справа. Новая щётка в шкафчике. Жду на кухне. Найдёшь по запаху. – И он просто уходит, оставив меня сидеть на полу.
Я закрываю лицо ладонями. Господи, во что я вляпалась? Что я мужу скажу? И новая зубодробительная мысль – а есть ли ещё у меня муж? Вместо похода в ванную подгребаю сумочку, которую использовала, как подушку. Не самую, между прочим, удобную.
Достаю мобильный и включаю… Звуки посыпавшихся смсок вгрызаются в больной мозг. Батюшки… Леська, Тимур, мама и даже свекровь… Снова отключаю мобильник. Сейчас я точно не смогу с кем бы то ни было разговаривать. Меня, вон, болтун на кухне ждёт…
Из зеркала на меня пугливо выглянуло чудовище. Волосы распатланы, тушь, как и помада, размазана, лицо помятое и всё в следах от лежания на сумке… а ещё карусель в голове… С огромным трудом кое-как привожу себя в божеский вид и плетусь на кухню. Оттуда действительно несёт свежеприготовленным кофе с корицей. Терпеть не могу корицу. А Тима любит…
Руслан Викторович поворачивает ко мне идеальную голову.
- Уже лучше. – Комментирует результат моего преображения. Кивает на стул напротив. – Присаживайся.
Передо мной стоит баночка пива. Я кривлюсь.
- Пей. – Приказывают мне. – Это лучше алкостопа.
- По себе знаете? – Не могу удержаться от колкости.
- Не важно. – Отвечают мне в тон. – Пей и выметайся. У меня без тебя дел хватает.
«Добрый» доктор Айболит. Мне кажется, если я сделаю хоть глоток этого пойла, меня стошнит прямо на этот дорогущий стол… Кривлюсь, выдыхаю и пью. Ничего. Полёт нормальный. Наконец, осматриваюсь. Дорого, богато… Скромняшка Руслан Викторович живёт очень даже достойно.
- Ты ещё в зал сходи. С утреца, небось, не рассмотрела. – Хмыкает босс, отпивая кофе.
- Спасибо. – Встаю и иду в зал. Разрешили ведь… Всё кричит о роскоши. Поражает библиотека. Очень много книг…
- Насмотрелась? – Босс сложил руки на груди и стоит, оперевшись о косяк плечом. – Если закончила, в качестве гуманитарной помощи могу подбросить до метро. Или сама будешь с километр топать. Как раз голову проветришь.
- Я с вами. - Дурочка я, что ли? Цапаю сумку с дивана, и я готова. Походка, правда, у меня не очень уверенная.
Руслан Викторович вздыхает.
- Золотова, мне надо тебе напоминать, что ты меня конкретно достала? Пожалуйста, очень тебя прошу, постарайся не попадаться мне на глаза до пятницы.
- С удовольствием, Руслан Викторович. – Отвечаю очень серьёзно.
Он кивает, и мы выходим из дома. Босс высаживает меня напротив сквера и входа в метро.
- Готовься, Золотова. Со следующей пятницы и весь викенд ты – моя любимая подчинённая… со всеми вытекающими. – Звучит, как угроза. Правда, пока не поняла, какая.
Я киваю и стараюсь не сильно хлопнуть дверцей. Не иду в метро. Мне надо подумать. Если лицо я привела в порядок, то в душе – бардак и кавардак. Я усаживаюсь на лавочку и откидываю голову назад. От этого простого движения просыпается вертолёт в голове, и зелёные ветки кружатся в каком-то бешеном танце перед глазами. Я прикрываю веки.
Вчера я увидела свой самый страшный кошмар… В душе сиреной взвыла обида. Горечь подкатила к горлу. Глаза снова полны слёз.
Не хочу ехать домой, не хочу разборок с мужем. Он был с другой, но обязательно окажется чистым и невиновным, а я – мнительной дурой. Он умеет уговаривать, приводить неоспоримые аргументы. Не хочу… Сейчас мне надо пережить личную трагедию вдали от него. Выдохнуть нестерпимую боль... Одной. Я встаю с лавки. Я приняла решение ехать в тот дом, где всегда мне рады. В тёплые руки мамы…
Глава 9.
- Кто пришёл? – Голос мамы раздался из кухни, стоило мне шагнуть в коридор нашей старенькой квартиры в обычном социальном доме. – Ладушка… - Она вышла в коридор. На лице такая знакомая добрая улыбка. – Где же ты была, солнышко? Тимур все телефоны оборвал…
Мама притянула меня к себе, а я, наконец, разрыдалась в голос. Родные руки ласково гладят меня по голове, по спине, а я стараюсь заткнуть рот кулаком. Совсем, как в детстве… Наконец, мама пытается оторвать меня от себя.
- Что у вас случилось, детка? – Она вытирает мягкими ладонями слёзы с моего лица и заглядывает в глаза. – Ох, проходи… Что ж мы на пороге-то стоим…
- Мам, он мне изменяет… - Я всё ещё всхлипываю, когда забираюсь с ногами в кресло. – Я сама видела. Он вчера с какой-то бабой в ресторане тусил…
Мама вздыхает.
- Может, у него деловая встреча была? – Пробует неуверенно выдвинуть вялый аргумент.
- Мам… В пятницу вечером? - Я вылавливаю из сумочки бумажный платок и пытаюсь высморкаться. Ненавижу плакать. Мало того, что весь макияж плывёт, так ещё и нос напрочь закладывает. – Он её так нежно за ручку держал… Ты бы видела… - Мой голос предательски дрожит, в глазах новая порция слёз.
- Ладушка… вам бы поговорить… - Гнёт свою линию мама.
- Не хочу. Не сейчас. Мам, пожалуйста, можно я у тебя немного поживу? – Чувствую себя побитой собакой.
- Да живи, конечно. Твоя комната всегда твоя. Но Тимуру надо позвонить.
Киваю. Позвоню. Как-нибудь.
- Я посплю немного. Ладно? – Бросаю уже по пути в свою маленькую уютную гавань.
Мама вздыхает.
- Поспи, конечно… - и снова идёт на кухню.
Я толкаю тяжёлую полированную дверь из натурального дерева. Моя небольшая детская… мой мир. Бросаю сумку на софу, кое-как стягиваю одежду и укладываюсь под прохладную простынь. Да что ж такое-то… голова нестерпимо болит, в желудке кирпич, а ещё слёзы снова текут и текут из глаз. Ты дура, Ладка… Беспечная дура…
Проснулась уже вечером. Голова, вроде как, получше будет… Нашла в шкафу свой старенький халатик, натянула и пошла маму искать. Но меня ждал неприятный сюрприз. Из кухни доносились тихие голоса. Мама разговаривала с Тимуром… Предательница.
Я остановилась в дверях зала. Прислонилась спиной и головой к косяку. Внизу живота противно заныло от страха. От страха потерять всё хорошее, что у меня есть. Меньше всего мне сейчас хочется выяснения отношений… Я не готова. Но вечно прятаться не получится. Он уже приехал и без разговора не уедет. Что ж… Глубоко вдыхаю, пытаясь привести себя в чувство, медленно выдыхаю. Руками приглаживаю волосы. Через маленький коридорчик иду в кухню.
Тимур с мамой пьют зелёный чай. M1pOW8sj Он поднимает золотоволосую голову.
- Привет, Ладушка… - Такое родное приветствие острым лезвием резануло по душе. Как я любила, когда он вот так обращался ко мне…
Я стараюсь спрятать боль в глазах. Молча, киваю в ответ.
- Проснулась, доченька… Ну, вы тут поговорите… Я пока к тёте Оле схожу. – Мама прячет глаза, неловко вытирает чистые руки о юбку домашнего платья и бочком протискивается мимо меня.
Мы остаёмся вдвоём. Пока я делаю себе кофе Тимур молчит. Ждёт, когда я усядусь.
- Ну, говори. – Ставлю чашку на стол.
- Лада, что ты себе придумала? – Невозможно голубые глаза кристально чистые и смотрят строго. Хмыкаю. Не в этот раз, Тимур Анатольевич.