В гостях у ведьмы (СИ)

   У Кирилла сердце защемило от жалости. Ему так сильно захотелось им помочь, ведь они тоже были детьми. Эх, если бы не здешний Водяной, были бы они сейчас живы и
   находились рядом с родителями. Кирилл подумал, что если появится возможность, то выведет проклятого топильщика на чистую воду. Только бы самим не попасть в его сети, места здесь гиблые, трясины глубокие. Словно в подтверждение его мыслям, над поверхностью болота пронёсся тяжёлый вздох. Рядом с ними возникли воронки водоворотов и принялись с жадным хлюпаньем засасывать всяческий мусор.
   - Не балуй! - неожиданно даже для себя, сурово сдвинул брови Кирилл и мгновенно прикусил язык от удивления. Почему у него вырвались такие слова?
   К его великому удивлению вода перестала бурлить, и прозвучал низкий голос, словно далёкие раскаты грома:
   - Прости, не признал, - большой валун шевельнулся.
   Кирилл и Катя с ужасом увидели, что это голова Водяного. Глаза навыкате моргнули, на лбу обозначилась сеть морщин. Толстая, словно окорок рука, раздвинула в стороны гнилые щепки, и Водяной погрузился в омут.
   Катя вцепилась в друга мёртвой хваткой и уронила вводу факел. Он жалобно зашипел и, выпустив чадящий дым, погас.
   - Ну, вот, - всхлипнула она, - остался лишь один факел. - Я так испугалась, подумала, что это камень. Хотела прыгнуть на него, а ты вовремя сказал ему: "не балуй".
   - Сам не знаю, как вышло. Мне показалось, что я его давно знаю, и он обязан меня бояться.
   - А ведь действительно испугался. Кирилл, кто ты? - неожиданно спросила Катя, в упор, разглядывая мальчика, словно в первый раз увидела.
   - Твой друг, - пожал плечами Кирилл. А ведь действительно, кто он? Ощущение, что в Кирилле что-то просыпается, нечто древнее, словно открылось внутреннее зрение. Но как-то это медленно происходит, хочется быстрее, но словно Некто опасается, что полный поток Силы может его просто смять, как кусок бумаги и сжечь, а пепел развеять по миру. Может это правильно получать Силу дозированно, по капле, чтоб не захлебнуться от переизбытка. Вот Игнат получил сразу много волшебной силы и кем стал? Превратился в обычного злобного монстра. А если получит Волшебную Книгу? Даже страшно подумать, что станет с миром. Кириллу захотелось реализовать томящееся желание, придумать какое-нибудь волшебство и радоваться его проявлению. Он с тревогой посмотрел на вздыхающую Катю. Одноклассница брела за ним, вздрагивая от каждого всплеска, и всё ещё никак не могла расстаться с погасшим факелом, словно думала, что он высохнет.
   Кирилл улыбнулся своим мыслям. Он давно понял, что оказывается для него нет ничего проще, как высушить мокрую вещь. Сосредоточившись, мальчик тихонько начал нагревать факел. Это даже нельзя назвать волшебством, так - баловство! Вода быстро испарилась. После этого Кирилл неслышно щёлкнул пальцами. Тут же возникла искра, и он швырнул её на факел. Тот с радостным шумом вспыхнул.
   - Ой! - вскрикнула Катя и уронила факел прямо в болото.
   Теперь он безвозвратно утонул и даже волшебство его не достанет со дна трясины.
 
   - Ну, что же ты?! - всплеснул руками Кирилл.
   - Ты видел, он сам загорелся!- в недоумении Катя встряхнула руку, а глаза стали круглыми от страха.
   Кириллу очень захотелось сказать, что это он его зажёг, но передумал, лишь вздохнул и сказал:
   - Не иначе волшебство. Здесь его много.
   Девочка замолчала, погружаясь в свои мысли, затем тихо сказала:
   - Ты действительно изменился.
   - В какую сторону? - Кирилл попытался улыбнуться, но наоборот, словно окаменел.
   - Пока не знаю, но мне кажется, ты повзрослел.
   - Давно пора, - хмыкнул Кирилл. - Осенью в четвёртый класс пойдём.
   - Если выберемся из этого болота, - с пессимизмом изрекла Катя.
   - Выберемся, - уверенно произнёс мальчик. - Это не самый сложный этап, - неожиданно добавил он.
   - Не самый сложный этап? - несказанно удивилась девочка.
   - К сожалению, - вздохнул её друг.
   - Ты всегда можешь утешить, - невесело улыбнулась она.
   - Стараюсь, - пошутил Кирилл и вмиг стал сосредоточенным. Ему почудилось, что где-то из глубины мёртвого леса на них кто-то смотрит. Взгляд был наполнен силой и злобой. В то же время, кто бы это не был, нападать не спешил. Он изучал. Мало, кто может забраться столь глубоко в трясины, а если смог это сделать, значит, он достоин определённого уважения. В любом случае, Кирилл понял, некто, скрытый за искорёженными зарослями погибших деревьев, где струятся зловонные испарения, обязательно нападёт. Холодный пот совсем некстати выступил на лице. Мальчик постарался отшвырнуть из своего сознания наползающую панику. Внезапно против его воли, словно кто-то стал ему подсказывать, его губы прошептали непонятные слова. Ему самому был неясен их смысл, но откуда-то он их знал? Словно на уровне генетической памяти открылись неведомые врата в мир скрытых познаний и тайн.
   - Агонгрра шэгр грэг ... - Кирилл резко выбросил вперёд руки.
   - Ты чего? - пискнула в ужасе Катя.
   Девочка наблюдала, как в такт движения его пальцев, взбурлила вода. Надломились трухлявые стволы и с громким всплеском рухнули в болото. Пространство наполнилось тяжёлым гулом, словно сдвинулась с места снежная лавина. Возникла насыщенно-чёрная
   тень, ещё более густая, чем ночь. В её центре вспыхнула искра, мгновенно вытянулась в узкую пылающую щель и стремительно разошлась в разные стороны, открывая вход в другой, неведомый мир. Это была странная земля, воздух в нём тускло светился, с трудом освещая пустынную местность, заполненную обломками поверженных скал. Воздух был с металлическим привкусом и бесцеремонно ворвался в гнилые испарения болот и, не смешиваясь, словно раздвинул их. Среди нагромождения мерцающих камней Кирилл сразу заметил молодого парня на вид лет пятнадцати. Он сидел на раскаленном камне и это не вызывало у него никакого неудобства. Незнакомец поднялся во весь рост и посмотрел на Кирилла. У мальчика от ужаса зашевелились волосы. Он не увидел его глаз, и лишь в их прорезях плавала угольно чёрная тьма. На бледном лице дёрнулась зловещая улыбка. Его губы с трудом раздвинулись, и раздался голос, словно крик подбитой камнем вороны: