Плохие намерения (ЛП)

— Ты знаешь, что именно хочешь набить?
Если честно, об этом я как-то не подумала. Вместо того чтобы произнести правду вслух, я говорю:
— Мне бы хотелось, чтобы рисунок выбрал ты.
— Что? — Дэйр нахмурился, на красивом лице отразилось замешательство.
— Ты меня слышал. Хочу тату, которая будет олицетворять меня. Что-то красивое. Я доверяю твоему выбору. — Когда слова срываются с губ, я осознаю, насколько они правдивы. Кожа Дэйра покрыта произведениями искусства. Я доверяю его вкусу. К тому же он безумно талантлив.
  
— Ты уверена? — внезапно охрипшим голосом спрашивает Дэйр. Я киваю, глядя ему в глаза, дабы убедить парня в своей искренности.
Над входной дверью звенит колокольчик, прервав столь интимный момент. Дэйр извиняется и спешит поприветствовать вошедшего гостя, а я решаю поболтать с Корделлом, дабы скоротать время.
— Хочешь поиграть в пул? — спрашивает Корд, протягивая мне бутылку пива из холодильника.
— Зависит от того, сможешь ли ты справиться с проигрышем девушке.
— Буду стараться изо всех сил, — смеется Корд.
Возможно, я преувеличиваю свои навыки, но я действительно неплохо играю. Можно сказать, что я выросла в паршивых барах, куда нас таскала Кристал, когда охотилась за мужчинами, деньгами и наркотиками. Джесс был слишком мал, чтобы осознавать происходящее, поэтому я развлекала его, позволяя брату выбирать песни в музыкальном автомате и играть в бильярд.
Вскоре Джесс стал настолько хорош, что к семи годам соревновался со взрослыми мужчинами. Мужики были в стельку пьяными, но, тем не менее, это производило впечатление. Естественно, Кристал увидела в этом неплохую возможность и попыталась использовать брата в своих интересах. С того момента я просила мать оставлять нас дома. Мы могли бы проторчать во второсортном баре целый день, но я не хотела, чтобы мать получала из этого выгоду. Я никогда не понимала, почему мы вообще ходили с ней. Мне было всего одиннадцать лет, я нянчилась с Джесси с семилетнего возраста. Лишь спустя некоторое время я поняла, что мы с братом были лишь частью больной игры Кристал. Люди всегда жалеют маленьких детишек и животных. Если бы у нее была собака…
Я наклоняюсь вперед и делаю удар.
— Мои «сплошные» (прим. «Сплошные» - группа шаров с номерами от 1 до 7, полностью закрашены цветом. «Полосатые» - группа шаров с номерами от 9 до 15, закрашены белым цветом с полосой определенного цвета).
Глаза Корда чуть расширяются.
— Отличный удар.
— Как иначе. — Я смеюсь.
Я неуклюжая и пьяная, но в конце концов выигрываю первую партию, что побуждает Корделла объявить:
— Победит тот, кто выиграет две партии из трех.
После чего он выигрывает вторую, а затем и третью, но стоит признать, что игра действительно была напряженной.
— ВОТ ТАК! — кричит парень, вскидывая руки в воздух. Судя по всему, Дэйр разобрался с клиентом, потому что он появляется рядом, его взгляд мечется между мной и Корделлом.
— Я выиграл, — объясняет Корд Дэйру. Я закатываю глаза.
— Только потому, что я задела восьмой шар.
— Ой, прекрати оправдываться. — Парень обнимает меня за плечи и переводит внимание на Дэйра. — У твоей девушки талант.
— И не говори.
Его подтверждение, а также тот факт, что он не отрицал, что я «его девушка», заставили мой желудок сжаться от предвкушения. Словно прочитав выражение моих глаз, Дэйр берет меня за руку и тянет к себе.
— У тебя есть ключи? — спрашивает он Корделла.
— Так точно. Убирайся отсюда.
Дэйр тащит меня через салон, и мне приходится перейти на бег, чтобы не отстать. Я останавливаюсь, чтобы мимоходом полюбоваться татуировкой Саттон, но подруга отмахивается, сказав, что покажет ее завтра. Мы уже на полпути к пикапу, когда Дэйр спрашивает, где мое пальто.
— Черт. Я оставила вещи в Blackbear. — Неужели это тоже было сегодня? День кажется чертовски длинным.
— Подожди в машине.
Через минуту он возвращается с сумками в руках. Дэйр бросает мне куртку, перебросив остальные вещи на заднее сиденье. Надев куртку, я застегиваю ее до подбородка.
— Лучше?
— Просто потрясающе.
Дэйр резко кивает, прежде чем завести пикап.
— Спасибо.
— Тебе не обязательно постоянно меня благодарить, — говорит он, почесывая волосы на затылке — его фирменный жест, когда он чувствует себя неловко.
— Но я хочу. — И сегодня вечером я планирую отблагодарить его некоторыми другими способами.
Остаток поездки наполнен таким сильным сексуальным напряжением, что его можно резать ножом. Я точно знаю, что произойдет, когда мы доберемся до дома Дэйра. Черт, об этом догадались все, кто был в тату-салоне.
Подъехав к дому, Дэйр достает мои сумки с заднего сиденья и заносит их внутрь. Он бросает их у двери, прежде чем повернуться ко мне. Скользнув холодной ладонью по моему затылку, он прижимается своим лбом к моему.
— Ты всегда такая теплая, — произносит Дэйр, просунув вторую руку под мою рубашку. Я вздрагиваю, но все равно льну к его прикосновениям, с радостью отдавая все свое тепло. Позволив сумочке упасть на пол, я встаю на носочки и прижимаюсь губами к его щетинистой щеке. Дэйр зажмуривается, словно испытывает физическую боль. Я вновь и вновь покрываю его кожу поцелуями. Обхватив щеку ладонью, я скольжу губами по угловатой челюсти, приближаясь ко рту. Сначала я целую его верхнюю губу, затем его рот приоткрывается, позволяя мне продолжить исследование. Когда я втягиваю в рот его нижнюю губу, Дэйр стонет, подхватывает меня под попку, и, наконец, целует в ответ.
Он удивляет меня, когда подводит к островку и усаживает на один из барных стульев. Дэйр подходит к холодильнику, хватает бутылку с водой, а затем встает с противоположной стороны островка.
— Только не говори, что ты не собираешься меня трахать, — разочарованно стону я.
— Возможно, ты слишком пьяна для татуировки, но я ничего не говорил о сексе.
Слава Богу. Дэйр откручивает крышку и подносит бутылку к губам. Боже, даже движения его горла сексуальны. Как только бутылка касается островка, я хватаю ее и тоже делаю глоток. Дэйр обходит стол и останавливается позади меня. Его руки обвивают мою талию, и он тянется к молнии куртки, потянув язычок вниз. Куртка падает на пол, и Дэйр отпихивает ее ногой в сторону.
Ладонь мужчины прижимается к моей груди, и мне интересно, чувствует ли он, как бешено бьется сердце от его прикосновения. Дэйр проводит ладонью по моей шее, затем его пальцы обхватывают горло.
— Я хочу тебя, — хрипит он, прижавшись губами к уху.
— Так возьми меня. — Прикрыв глаза, я наклоняю голову в сторону, предоставив открытый доступ к шее.
— Я хочу тебя каждый день. И я не хочу, чтобы ты принадлежала кому-то еще. — Его нос скользит вверх и вниз по моей шее.
— Думаю, это называется отношениями, — выдыхаю я. Дэйр замирает.
— Тогда это то, чего я хочу.
Я не верю своим ушам. Распахнув веки, я поворачиваю голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Дэйр говорил серьезно. Есть миллион и одна причина, по которой мы не должны быть вместе. Все происходит слишком не вовремя. Но что-то глубоко внутри меня говорит, что на этот раз все иначе. В воздухе витают перемены. Взгляд Дэйра подсказывает мне, что он тоже это чувствует.
Я откидываю голову назад и целую его. Большой палец Дэйра поглаживает мою щеку, после чего ладонь перемещается с шеи на грудь и сжимает ее через рубашку. Дэйр углубляет поцелуй.
Я выгибаю спину, прижимаясь к руке мужчины, и он сжимает мой сосок сквозь тонкую ткань. Из моего горла вырывается стон. Внезапно Дэйр встает на колени позади меня. Не успеваю спросить, что он задумал, как он упирается ладонью между моих лопаток, заставляя наклониться вперед.
  
Я ложусь грудью на островок, ноги упираются в перекладину стула, а попка приподнята над сиденьем. Я подпрыгиваю от неожиданности, когда Дэйр шлепает меня по ягодицам, а затем сильно сжимает. Я чувствую его горячее дыхание через леггинсы, а потом он кусает меня сквозь ткань. Мое дыхание становится тяжелее, пока он продолжает мучить зубами мои бедра и задницу. Иногда укусы нежные, иногда достаточно сильные, чтобы заставить меня извиваться.