Роза для навигатора (СИ)

Широкие плечи, горячие руки, тёплый взгляд, кулаком любого гада в землю по уши вгонит, ко мне неровно дышит.
Мужчина-мечта. И какого же лысого чёрта тебе еще надобно, Маршав?!
Я подвинулась ближе, подумала немного, — было страшно, аж сердце трепыхалось, как во время недавней драки, когда я чётко знала, что жизнь окончена. И всё-таки положила голову Даруху на плечо. Всё во мне обмерло: что сделает?
Он меня обнял. Провёл широкой ладонью по волосам, — горячее тепло отдалось в каждой клеточке тела. И именно в этот момент я вспомнила об Олеге!
Об Олеге, которому сама же и посоветовала купить розу на первое свидание со мной. Роза вспомнилась во всех подробностях, колючие шипы из памяти тут же отдались реальной болью в пальцах, взгляд Олега, его голос, его поцелуй…
Губы Даруха оставили мне вкус полыни и мёда.
* * *
Кев чесала волосы. Жидкий переливающийся огонь, алый, с тонкими, нежно салатового оттенка прядками у висков. И я даже знала, откуда у неё седина. Кев ни слова мне не сказала о том, что я, нарушив приказ, сунулась из корабля на подвиги. С большим ужасом я осознала, что меня виноватой не считают. Угодила под враждебное ментальное воздействие.
Угодила! Не сама из корабля выскочила, а меня заставили. Ага. Чивртик был силён, зараза, но… но… но… Но я могла не податься влиянию! Могла!
— Хватит разбирать себя на части, — рассудительно заметила Кев на очередной мой виноватый вздох по поводу. — Если бы могла не поддаться, то не поддалась бы. Почему ты не хочешь начать обучение?
— Не хочу, — отрезала я.
— Почему?
Как ей, логичной и разумной до мозга костей, объяснить?
— Душа не лежит.
И снова не угодила.
— Почему у тебя не лежит, как ты выражаешься, душа к новым навыкам и новым знаниям? Разве ты не хочешь в полной мере развить свою паранорму?
Замучает вопросами сейчас. Но в данном случае Кев имела полное право на любопытство. Я же подставила её. Весь отряд подставила тем, что поддалась на враждебное ментальное воздействие…
— Кев, понимаешь, я думаю, что у меня паранорма не совсем телепатическая, — объяснение прыгнуло на язык внезапно, удивив даже меня саму. — Вот Сиренгео… он ведь тоже паранормал? Он генномодифицированный или?
— Или, — вздохнула Кев, продолжая причёсываться. — У него спонтанный дар, и именно поэтому его сложно классифицировать. Как и поймать.
— Но он не телепат, — задумчиво выговорила я, вспоминая взгляд Сиренгео. — Телепатом в их паре был Чивртик, а он… Он похож на меня…
— Неожиданный вывод, — Кев замерла, отведя от волос руку с расчёской. — Обоснуй. Только, Маршав, «я так чувствую, верь мне» и «зуб даю» — не аргумент ни разу. Попробуй включить логику.
Логику. Я медленно свела кончики пальцев, пытаясь выстроить ощущения в убедительную речь. Я чувствовала, что это важно. Важнее моего скособоченного человеческого юмора.
— Ну… Когда мы с Брасом Типаэском в первый раз попали. Я почувствовала струну, понимаешь? И сдвинула её выход. Бессознательно. Потом, когда мы в первый раз встретили Сиренгео, я сделала это намерено, иначе мы бы сгорели в том гараже. И в третий раз, Кев. Тоже. Это как при слиянии с нейросетью корабля, понимаешь. Очень похоже. Я не знаю, куда выбросило Сиренгео, но куда бы его ни выбросило, десант по наши души он сориентировал очень точно, хотя там и Чивртик постарался тоже. Значит, сумел вернуться в… в… в… на базу свою вернулся, короче. Которая у него в нашем времени, понимаешь? Где-то здесь, Кев! Здесь, на Земле, у него есть база. Именно к ней он и привязывается, шарясь по хронопластам!
Кев какое-то время обдумывала сказанное, потом кивнула:
— Логично. Принципы путешествий между хронопластами едины для всех. Здесь сложно придумать что-то другое. Оно попросту не сработает.
— А ещё он знал, что я… остаюсь на Земле. Откуда бы, а?
— Оттуда, что у нас на базе нюхач, — рявкнула Кев, отбрасывая за спину волосы.
— Нюхач, он же крыса, явление неприятное, — сказала я. — Но я думаю, инфосфера Федерации уже этим занимается. А я про Сиренгео хочу сказать… Я думаю, он тоже навигатор, как и я. И тоже не из последних.
 
— Возможно, — неохотно согласилась она. — У преступников, безусловно, есть навигаторы, иначе они дальше пределов какой-нибудь одной планеты не высосывались бы. В незаконных делах крайне важны самостоятельность и мобильность…
— Вот поэтому я и не хочу учиться телепатическим искусствам, — подвела я итог. — Я много приняла по телепатии, у нас, и уже здесь, в доступных источниках. Если развиваешь именно телепатическую составляющую, все остальные начинают угасать. Я перестану быть навигатором, Кев, если соглашусь на обучение! А впрочем, — уныло добавила я, вспомнив, на каком я свете, — я перестану быть навигатором и так…
— Тогда тем более тебе нужно учиться!
— Не хочу.
— Почему?
— Не хочу быть сервером у инфосферы наблюдателей в моём хронопласте. Это другой совсем уровень жизни, Кев!
— Ты продолжишь службу, Маршав…
— Нет. Я попрошу стереть мне всю память об этих шести годах. Ну или заблокировать её на длительное время.
— Почему?
Кев — маресао. Она не умеет жить без ответов. Но как же объяснить ей… Как рассказать? Об Олеге. О Дарухе. О том, что невыносимо будет год за годом смотреть на звёзды, среди которых когда-то мчалась на быстром корабле, вольная, как ветер, а теперь они над головой, далеко, высоко, полностью вне зоны досягаемости… Как объяснить ей так, чтобы она поняла меня? Не просто поняла, но и приняла моё решение. Задача.
— Я рассказывала тебе об Олеге, — предприняла я всё же попытку, Кев не заслуживала моего молчания.
Сколько ещё у нас с нею осталось совместных дней до того момента, когда я покину базу Башиль уже навсегда? Я уйду, не оглядываясь, и коленки не дрогнут, я сумею. Но каково будет Кев? Она любит меня… как старшая младшую. Она поддерживала меня всегда и во всём, даже тогда, когда я сама в себе сомневалась до острого нежелания жить. И просьбой стереть память о ней я предам её.
Господи, как же тяжело, как больно, как горит от вскрывшейся раны душа, кто бы знал!
— Да, — ответила Кев. — Ты рассказывала мне об Олеге. Он погиб в тот вечер, когда мы с тобой покинули Землю двадцать первого века.
— Он не погиб, Кев, — сказала я. — В том-то и дело. Он жив!
— Он не мог выжить, Маршав, — сочувственно выговорила Кев.
— Он жив, — упрямо выговорила, стискивая пальцы. — Жив!
Она только головой покачала. Известное дело, психзащита, всё такое, она мыслила сейчас словами Санпора, ведь именно Санпор учил её понимать меня и принимать такой, какая я есть: травмированным человеком, живущим эмоциями вместо разума.
А я… я пожалела, что вообще начала этот разговор. Всё, надо молчать. Нечего рассказывать больше, чем Кев следовало знать! И думать тоже желательно как можно тише. Да, права нетелепатов, всё такое. Но я-то как раз с паранормой, пусть и не прошедшая обучения! Формально уже под действите закона не подпадаю…
Олег жив!
И будет жить.
Растереть о нём мысли и спрятать среди других, не таких ненадёжных…
— Вот почему ты хочешь стереть память, Маршав. Надеешься построить жизнь с человеком, которого любила все эти годы. А как же Дарух?
Я только вздохнула. Знает уже. Ну, в общем, трудно было не узнать. Видела, как он уходил от меня. Как потом дежурил под операционной, пока Типаэск и приглашённые им врачи-перворанговые извлекали из меня все дампы, какие только можно было извлечь без урона для моей личности прямо сейчас.
 
Если я думала отделаться одной ментокоррекцией, то я заблуждалась. Мне предстояла целая серия телепатических вмешательств, растянутая на добрые две недели. Вот в самом конце лечения я и собиралась просить…
— Не знаю, Кев, — честно призналась я. — Я ему скажу. Чтобы не надеялся. Что ничего не будет. Что… да блин же, Кев!