Роза для навигатора (СИ)

  
Наталья Сергеевна Чернышева
 
Роза для навигатора
   
Глава 1
 
Код серо-синий, стационар Службы Спасения двенадцать и шесть, наше время
Жидкость в широкой кружке — тёмно-серого цвета, как асфальт (здесь где-то есть асфальт? Покажите!) Но по вкусу и градусам — старая добрая AfBrew «Лоботомия». После серии прыжков к Чёрной Прорве и обратно — то, что доктор прописал.
Как подошёл, не заметила. Тут многие умеют ходить бесшумно, специфика службы. В спасатели без серьёзной боевой подготовки не идут. Разве что навигаторам дают свободно дышать, да и то, после приёма спускают восемь шкур без всякой поблажки. Два раза год сдаёшь минимум. Просядешь хотя бы одному показателю, вышвырнут на гражданку, водить грузовые рейсы из пункта А в пункт Б, по одному и тому же маршруту, годами.
— Привет! Скучаем?
Нетипичная внешность для местных: волосы прозрачные, красивыми кольцами по плечам, глаза — морозный фиолет с льдистыми искорками. Парень крепкий, сильный, — других тут не водится. Но — наглый. Таких отстреливать надо превентивно, ещё на подлёте:
— Я замужем.
Горький смех внутри себя: да всем парсек на сто вокруг известно, что у нас там за брак. Этот парень — новенький, не видела его раньше, но держу пари, растрепали ему в первый же день. Иначе сейчас не цеплялся бы. Тут знают меня слишком хорошо.
— Как страшно, — сказал он, и ладонь мне на запястье положил.
Рука горячая, ещё бы. Если у тебя внутренняя грелка выдаёт норму в сорок градусов по Цельсию, как у кошки, будешь горячим. Я вытянула пальцы из его ладони. Прости, дружок, не до тебя мне сейчас.
— Хочешь заняться со мной сексом? — спросила я напрямик.
— А можно? — не растерялся он.
— Нет, — сообщила я, прикладываясь к «асфальту».
Лучшей разрядки, чем любовная, для белковых созданий ещё не придумали. На интрижки смотрели тут сквозь пальцы, лишь бы службе не мешало. У нашего мозгоклюя, — штатного психолога-телепата — я тоже об этом спросила. Мешает моё воздержание службе? Конкретные примеры приведите, пожалуйста. С железобетонным доказательством, что тот или иной мой косяк — следствие именно целибата. Нет примеров? Ну, и отвалите. Не лезьте в душу своими грязными телепатическими кирзачами. Без них тошно.
И о такой моей особенности, в общем, тоже знали все.
За исключением новичков, вроде этого. Он мне нравился всё меньше и меньше. Бесил, если уж начистоту.
Краем глаза я отметила ухмыляющиеся рожи со второго терминала. Минуту назад их тут не было. Ставки делают, поняла я. Ну, а то, Бешеная и новичок, почему бы не развлечься.
Как же я устала, кто бы знал. Вернуться бы домой, хоть на денёк. Снова упиться великолепием осени, вдохнуть приправленный мандариновым морозцем запах Нового Года, встретить первые подснежники по весне, летом уйти походом в горы… и чтобы снова всё стало, как было.
Время обратного хода не имеет, к сожалению.
Несмотря на коум.
— Прости, — сказал новенький. — Не могу понять, кто ты по расе…
— Человек, — буркнула я.
Отвяжешься ты от меня или придётся всё-таки подправить тебе улыбку?
— Это где?
Я вызвала с ручного браса карту, ткнула пальцем.
— Хьо! — присвистнул он. — Земная Федерация!
Федералов тут уважали. Вот только я забыла предупредить, что спрашивать следовало не только «где это», но и «когда». Важный нюанс, так сказать. Сам дурак, что о нём забыл.
— В секторе «синий» новый парк открыли вчера, — сообщил он между прочим. — Мы могли бы…
— Не хочу, — отрезала я.
— Почему?
— Потому что не хочу.
— Почему?
Ой-й… не отстанет теперь.
— Не хочу и всё тут.
— Хранишь верность супруге? Между прочим, твоя Кев развлекается сейчас с…
Он не успел отдёрнуть руку. Кисть лежала на стойке, четыре пальца, два противопоставлены оставшимся двум, и вот туда, в пространство между ними, я вогнала нож со всей яростью, на какую оказалась в тот момент способна.
 
— Ещё что-нибудь скажи о Кев, — процедила я сквозь зубы, — и я тебе язык узлом завяжу. Вокруг шеи.
Личные поединки не запрещены, какая удача. Убивать по правилам нельзя, непоправимо калечить — тоже, иначе кто службу-то нести будет. А вот подраться или хоть язык действительно завязать — почему бы и нет. Язык на вылете вообще ни к чему, вся связь — ментальная. Если не владеешь паранормой, то втыкаешь себе в башку телепатический имплант или шунт. Шунт даже лучше, он работает как простой приёмо-передатчик, без интеграции сознания в инфосферу.
Прозрачноволосый убрал руку, сузил глаза, мгновенно полыхнувшие злостью. Ну, да, выше меня и сильнее, вон как дурными мускулами-то зарос. Но я ни на что не смогла бы рассчитывать, если бы учителя мне в своё время не попались хорошие…
— С кем это ты снова ссоришься, Маршав? — строго спросила Кев, подходя к нам.
Вспомни о ней, она и появится. Удивительная способность возникать там и тогда, где требовалось её присутствие, не программируется генетически. Это — интуиция, помноженная на опыт… и неуставное общение с нашим мозгоклюем. Осада по всем правилам, так сказать.
— Ни с кем, — буркнула я, выдёргивая нож из столешницы. Штраф уже прилетел, мой терминал осуждающе моргал фиолетовой точкой; плевать, я не самая бедная на свете Бешеная.
— Я вижу, — неодобрительно высказала Кев, провожая взглядом широкую спину моего несостоявшегося друга сердешного. — Что, не понравился? Это Дарух Кипелао, перевели недавно из «серо-алого»….
Дарух. Я покатала на языке имя. Прицепила к нему образ: узкое светлое лицо, прозрачные волосы, льдистые глаза, уверенную усмешку. Вышло ничего так. Ему идёт.
Ну, а я — Маршав.
Мар-Шав.
Маргарита Шаврова. Когда-то я училась на химфаке, подрабатывала веб-дизайном и мечтала в следующем году поехать в Башиль, базу горного туризма на Северном Кавказе…
* * *
Волосы у Кев — жидкий огонь с оранжевым просверком, густые, тяжёлые, блестящие. Она тратит на них ведро личного времени, не меньше. Моет, чешет, втирает масло и бог знает что ещё, там у неё целый чемоданчик всяких уходовых штучек. Всё затем, чтобы убрать в тугую косу: в наших условиях длинные волосы сами по себе уже нонсенс. И в то же время короткие стрижки понимания не находят.
Всех касается, парней тоже. Если видишь перед собой коротко стриженного или вовсе бритого, вариантов немного: чужой либо преступник.
Или я.
Толку мне с моими крысиными сопельками в обусловленное генетикой и долгим отбором великолепие целой расы лезть. Позориться только. Да и мешает коса жить, вы даже не представляете себе, как. Несмотря на специальные крепления на полевой форме как раз для неё.
Я смотрела, как Кев чешет волосы, заученными, доверенными до автоматизма движениями, и вдруг спросила саму себя:
"А ты, случаем, не?.."
Вопрос не праздный. Мы вместе уже шестой год. Что боевая пара, само собой. Живём вместе, в апартаментах на двоих, тоже в кассу. Сколько я ее на себе выволакивала, сколько она меня тащила, — уже не пересчитать.
Брак… Этим браком Кев дала мне статус в её мире. Железобетонный. А то ведь закончиться могло депортацией в пространство Земной Федерации, и что мне там было делать? Без профессии, без родни, без базовых навыков, доступных любому гражданину Галактики. Разве могла я надеяться на военную карьеру? На место специалиста по самым интересным и захватывающим рейсам? Сейчас. Уже.
 
Отправили бы на фронтир, гусей пасти. То есть, к фермерам в аграрный мир, там народу вечно не хватает. Водить сельскохозяйственный погрузчик, прокладывая для него трассы по коротким маршрутам "склад-поле".
Нет, я на Кев не в претензии. Помогла, чем смогла, и так, как посчитала нужным. Вот только…