Память героя (СИ)
Дальнейших пояснений профессору не требовалось. Ситуация более-менее прояснилась, хотя пару деталей все-таки стоило уточнить.
- Твоя сестра видящая? - очень давно зельедел слышал про довольно редкий дар, присущий избранным ведьмам. Дар видеть силу и слабые места других магов. Это было также разумным объяснением, почему мужья Розалинды так часто умирали: она просто знала, что магу отпущено немного времени, выходила за него замуж, а потом на законных основаниях получала в наследство все его богатство.
-Да, - кратко подтвердил Борджия и добавил: - Именно этот дар позволил найти ей единственного мага, который принял ее с распростертыми объятьями. Иначе ей бы пришлось весьма туго. Ты же не думаешь, что кто-то смог бы обманывать родовой гобелен целых пятнадцать лет? У меня едва хватило сил на период ее беременности.
- Значит, над гобеленом колдовал ты, - зельевар внимательно смотрел на человека, которому удалось сделать то, что пытались сделать столько магов, но пока не получилось ни у кого. - Но как?
- Сначала я применял зелье, которое делало нить, идущую от Розалинды, невидимой, а потом, когда она познакомилась с Забини, создал нить, связующую их троих. И так до самого ритуала, – Роберто так просто говорил о созданных им зельях, словно это был совершенный пустяк вроде покупки нового котла.
- Но ты никому не рассказал о своем изобретении, - зельедел понимал, чем руководствовался итальянец, скрывая своё открытие. - Ты не хотел, чтобы им пользовались в дальнейшем, чтобы кто-то в будущем смог обманывать родовой гобелен.
- Северус, я уважаю древние традиции и правила и прекрасно знаю, что они были созданы не на ровном месте, - Роберто говорил очень серьезно. – Но для своей сестры я сделал все, что смог. К тому же, ведь от этого обмана никто не пострадал. Наоборот, все сложилось неплохо: Забини получил наследника, Рози сохранила свое имя, а Блейз избежал клейма незаконнорожденного. Мой обман не принес никому вреда.
- Кроме отца Блейза, - тихо произнес профессор.
- И ему некого в этом обвинять, кроме самого себя, - жестко произнес итальянец.
- Роберто, как бы там ни было, но Блейз мой подопечный, - профессор был не намерен отступать. - И если его настоящий отец узнает о том, что стало известно сегодня в кабинете директора и попробует…
- Не попробует, - отрезал итальянец. Было заметно, что эта тема ему очень неприятна. - Этот... маг уже столько лет смотрит на мою сестру и делает вид, что между ними ничего не было, что можешь не беспокоиться - за сыном он не придет.
Роберто вскочил и стал буквально метаться по столовой.
- Не смотри на меня. В Англии он, в Англии, и даже состоит в вашем кружке отмеченных. Но Розалинда взяла с меня слово, и я даже пальцем его тронуть не могу. Ни проклятия, ни зелья, ничего, чтобы отомстить за честь сестры.
Профессор сидел за столом, наблюдая за перемещениями итальянца, и вдруг поймал себя на мысли, что ему знакома эта манера поведения. Несмотря на состояние гнева, Роберто двигался грациозно, все его жесты были удивительно гармоничны, но в то же время точны. Именно в них и угадывалась сила этого человека, который славился не столько своими научными работами, сколько своими победами на дуэлях. Зельедел вдруг подумал, что до того, как Поттер-старший и Блек пошли в Аврорат, где им привили почти военную выправку, оба гриффиндорца двигались так же, как и Борджиа: ловко, стремительно, уверенно...
- Оставим это, - Роберто резко подвинул стул, возвращаясь на место.
Снейп разочаровано выдохнул: итальянец своим жестом сбил его с мысли, которая, казалось, могла помочь ему разгадать все эти бесконечные загадки. Мысль, которую он почти ухватил… Профессор пообещал себе еще раз вернуться к этому моменту.
- Розалинда - взрослая ведьма и сама разберется со своими мужчинами, - продолжил говорить Борджиа. - Однако она просила кое-что тебе передать.
-Что именно? – заинтересованно уточнил Снейп, так как послание от видящей ведьмы могло быть весьма ценным.
- Сегодня в твоих покоях она увидела трех парней: двух слизеринцев - Малфоя и Нотта, которых она уже знала, и гриффиндорца, которого она видела впервые. Но если у Тео Рози увидела только раскрывшийся родовой дар, то в Драко появилось что-то новое. Не сила, - уточнил итальянец. – Знания, которые впоследствии могут многое изменить. Ты ведь знаешь, как наши мысли и убеждения взаимосвязаны с магическим ядром.
- Знаю. Чем сильнее желание или яснее цель - тем лучше будет получаться волшебство, – тихо проговорил профессор, понимая, к чему клонит Роберто.
- Именно, - согласно кивнул маг. - Так что, получив знания, Малфой-младший сможет более точно направить свой магический потенциал.
- А Поттер? - профессору не нужно было объяснять, как именно увиденные Драко воспоминания - а то, что речь шла о них, маг ни на минуту не сомневался - повлияли на крестника. Нет, декану слизеринцев было интересней послушать, какие силы увидела видящая ведьма в гриффиндорце.
- Поттер силен, - тихо произнес итальянец. Было заметно, что в этот раз он очень тщательно подбирает слова. - Моя сестра сказала, что сила Поттера сравнима только с силой двух магов, с которыми она была знакома.
- Дамблдор и Темный Лорд? - уточнил зельедел, понимая, что парень уже входит в тройку самых сильных магов.
- Северус, Рози… - итальянец как-то неуверенно посмотрел на мага. - Она всех видит по-разному: кого-то как предмет, кого-то как животное, кого-то как цветной рисунок. Ей самой иногда трудно что-то объяснить.
- Это я знаю, как и то, что какого-то однозначного ответа нет никогда. И то, что для видящей важна самая первая встреча, тоже знаю. Так с кем твоя сестра сравнила Поттера? – этот вопрос сейчас больше всего интересовал зельевара.
- Когда моя сестра впервые увидела Темного лорда, - Роберто начал свой рассказ издалека, - он был похож на статую, от которой было отломано несколько кусков. Теперь же он так разломан, что даже не угадывается его изначальная форма.
- Что за форма? – уточнил профессор, не совсем понимая, о чем говорит итальянец, но прекрасно осознавая, как важна любая крупица информации.