Память героя (СИ)

 - Это невозможно, - проговорил профессор, внимательно смотря на Роберто Борджиа.
 Конечно, он знал, кто такие зельевары-интуиты. Крайне редкое явление в их профессии: маги, которые работали, не подчиняясь стандартным схемам и правилам, которые могли из, казалось бы, несовместимых компонентов сварить абсолютно новое, уникальное зелье. Таких зельеваров ценили в любой стране, им готовы были создавать любые условия и выполнять любые их капризы. Результат себя всегда оправдывал. Так, зелье правды в свое время тоже придумал интуит. Даже он, самый молодой Мастер Зельеделья, не мог рассчитывать на те высоты, которых обычно достигали мастера-интуиты.
 - Почему же невозможно? - улыбнулся маг. – Если это уже произошло, то, соответственно, возможно.
 - Я бы заметил, – не отступался от своего профессор. – Если бы Невилл Долгопупс был интуитом, я бы смог это увидеть на уроках.
 - Профессор Снейп, - Борджиа неожиданно обратился к слизеринскому декану по его хогвартскому званию. - Вы можете сейчас сказать, какая главная особенность зельевара-интуита?
 Снейп уже понял, про что ему хочет напомнить итальянец, но ответил:
 - Неумение работать в паре.
 - Именно, - снова улыбнулся Роберто. – А на ваших занятиях, насколько я знаю, ученики всегда работают вдвоём. Таким образом, на протяжении всего обучения зельевар-интуит мог только портить ингредиенты. И это в лучшем случае. В худшем у него с определенной периодичностью могли взрываться котлы, и это независимо от того, сильный с ним работает напарник или слабый. Но если тебя и это не убеждает, то наш спор может окончательно разрешить леди Долгопупс. Ведь о том, что Невилл обладает столь уникальным даром, вы знали уже давно, не правда ли?
 Посмотрев на лицо ведьмы, молчавшей с того момента, как итальянец произнес своё сенсационное заявление, профессор понял - она знала. Действительно знала об уникальности своего внука. И это на самом деле правда, что его дар проявился задолго до его поступления в школу, и что леди Долгопупс сознательно создавала препятствия для развития внука. И зельевар задал единственный вопрос, который его на данный момент волновал:
 - Но почему вы молчали? Ведь если бы я знал раньше, Невилл бы занимался по индивидуальной программе.
 - Зачем? – ведьма зло глянула на профессора. – Зачем мне было развивать это его умение?
 - Но ведь к моменту выпуска из Хогвартса он мог бы стать именитым зельеваром, – Снейп никак не мог понять, как так можно было поступить с родным человеком, и о чем нужно было думать, чтобы сознательно ставить преграды на пути становления ребенка.
 - Таким, как ты? – и снова в голосе хозяйки дома прозвучала злость и неприкрытая ирония. – Чтобы мой внук заменил тебя и стал безмолвным подручным Дамблдора? Или ему была бы уготована судьба ещё хуже. Вечное одиночество в какой-то закрытой башне вдалеке от остальных людей, где он бы смог готовить зелья по заказу директора. И все это было бы сделано «ради высшего блага»?
 Профессор опешил, не ожидая такой резкой отповеди. Нет, он, конечно, знал, что с этой леди не хотел спорить даже Дамблдор, но никогда не мог предположить, что ведьма настолько отрицательно относится к лидеру светлой стороны. Особенно это было странно, если вспомнить, что сын и невестка Августы Долгопупс в своё время тоже были членами ордена Феникса.
  
 - Вы защищали его, – тихо произнес итальянец, внимательно выслушав все, что сказала ведьма.
 - Конечно, защищала. Я предпочту живого внука мертвому зельевару-интуиту, – жестко произнесла хозяйка дома и, чуть подумав, добавила: – И я не хочу дожить до того времени, когда мой Невилл станет причиной гибели сотен тысяч магов. И не думайте, что я не отдаю себе отчета в том, каковы возможности моего внука. Я прекрасно знаю, что самые смертоносные яды были созданы именно мастерами-интуитами. И я не дам даже шанса Дамблдору вырастить из моего внука подобного гения.
 - Вы ждали, когда ему исполнится шестнадцать, - задумчиво проговорил слизеринец, понимая, какие чувства толкали ведьму на столь ужасающие его поступки. - Если бы в течение десяти лет ваш внук не создал бы ни одного своего зелья, он бы навсегда потерял данный ему дар. А зная о его успехах на моем предмете, вы и не сомневались, что так и будет.
 - Вы абсолютно правы, - усмехнулась ведьма, подтверждая слова слизеринского декана. – Вы, профессор Снейп, мне очень помогли в выполнении моих планов. Невилл всегда работал в паре, что не позволяло ему реализовать свой потенциал. И вот, именно сейчас, когда оставалось совсем немного, вам нужно было заставить моего внука готовить зелье одному. Теперь Дамблдор с легкостью вычислит зельевара-интуита.
 - Но ваш внук работал в паре, - улыбнулся Роберто Борджиа, который ни на минуту не отвлекался от разговора профессора с леди Долгопупс. - Он и сегодня был с партнером.
 - Но это невозможно, - изумилась ведьма. - Он не смог бы создать новое зелье, если бы ему не предоставили идеальные условия. И под идеальными условиями подразумевается полностью самостоятельная работа.
 - По удивительному стечению обстоятельств вы оба правы, - заметил профессор. - Невилл действительно был с партнером, и в то же время он работал самостоятельно. Дело в том, Августа, что у меня есть одна ученица с моего факультета. После возрождения Темного лорда она считает, что у нее есть весьма значительные привилегии. И весь пятый курс ее работа на моем предмете сводится к доставке ингредиентов из хранилища к рабочему месту.
 - И чтобы ее папочка, наверняка состоящий в вашем ближнем круге, не пожаловался вашему Лорду, что ты плохо относишься к детям его почитателей, - понимающе кивнула ведьма, - тебе приходится закрывать глаза на выходки этой недалекой девицы. Конечно, Круциатус испытывать из-за того, что очередная аристократическая выскочка не стремится учиться, не захочет никто.
 - Таким образом, леди Долгопупс, мы выяснили, что пока вашему внуку не грозит разоблачение, - подвёл Роберто итог обсуждению школьных событий и перевел разговор в нужное ему русло: - А теперь что касается моей просьбы. Мне нужно ваше разрешение на то, чтобы Невилл стал моим постоянным соавтором.
 Снейп замер, ожидая ответа ведьмы. Он прекрасно понимал, что сейчас в этой комнате решается дальнейшая судьба Невилла.
 - Нет, - тихо произнесла хозяйка дома.