Некромант на страже человечества. Том 2 (СИ)

Перетруженные накануне мышцы все еще болели, однако не так сильно, как можно было ожидать. В целом, тело протестовало и требовало полежать еще, но власть хозяина признавало и с готовностью подчинялось приказам. Я думал, будет хуже. Не иначе, помогла эволюция. Знать бы еще что это такое.
Вот только мысли о ней отошли на второй план, стоило мне добраться до парочки дозорных и выглянуть из пещеры.
Я обомлел.
Трещина, в которой мы спаслись от погони, размерами превосходила гноллью в десятки раз. Внизу стелился туман, из которого каменными торосами выныривали разноуровневые скалы и верхушки деревьев. Постепенно скалы сливались в одну сплошную стену, поднимавшуюся ввысь и смыкавшуюся далеким сводом, сплошь покрытым прозрачными кристаллами различного размера.
Причем часть из них светилась ярко-ярко, словно и вправду скрывала за собой восходящее солнце, а другие лишь немного поблескивали, не то отражая дотянувшиеся до них лучи, не то набираясь сил, чтобы самим воссиять чистейшим золотом.
— Мы тебя разбудили? — виновато спросил Комар, почесывая тонкий длинный нос.
— Прости, Леон. — подхватил Хвост, редко когда имеющий собственное мнение.
— Ты не расстраивайся, что мы увидели настоящее солнце.
— В твоем воображении круглое тоже наверняка очень красивое.
— Хах! Да разве ж это солнце! — раздался у меня из-за спины раскатистый голос Леуша.
Тот встал возле меня и принялся за небольшую зарядку. Наклоны, повороты, махи руками и ногами. Его мышцы так и бугрились под кожей, будто запрятанные туда валуны. С таким атлетическим телосложением он точно должен иметь успех у девушек.
Стоп, о чем я вообще думаю!
— Настоящее солнце, друзья, здесь и рядом не стояло. — продолжая разминку, пояснил Леуштилат. — Эти камушки, по сравнению с ним, как свеча против вчерашнего костра. Нет, даже еще меньше. Вы вообще знаете, что такое свеча?
— Еда? — неуверенно предположил Комар.
— Как шашлык? — вторил ему Хвост.
Баронский сын беззлобно рассмеялся.
— Просто поверьте, что солнце гораздо ярче и красивей. — сказал он, хлопнув в ладоши. — Правда, Леон?
Я кивнул.
— Да куда еще ярче-то? — возмутился Комар. — И так смотреть больно.
Неудивительно для того, кто привык жить в кромешной тьме. Даже мне приходилось немного щуриться, и я отчаянно с этим боролся.
— Привыкай. — бросил ему я. — Иначе на свободе и шагу ступить не сможешь.
— Так это еще не свобода? — нерешительно спросил Хвост.
— Это всего лишь Трещина. — холодно произнес я и вернулся назад в пещеру.
Народ постепенно просыпался и осознавал себя в новой реальности. Никакой побудки, никаких нелюдей-надзирателей, не надо махать киркой от звонка до звонка. Еды, правда, тоже никто не принес, но разве ж это важно? Ее, оказывается, вполне можно добывать и самим. Причем ничуть не хуже. А то и вовсе сытнее и вкуснее.
Конечно, донимали полученные накануне раны, но рано или поздно они заживут, превратившись в очередные шрамы. А шрамами тут никого не удивишь.
Кряхтя и разминая затекшие мышцы, мужики потянулись в дальний конец пещеры. Я сначала не понял зачем, а потом грозными криками и обещаниями всевозможных кар погнал всех наружу. Не хватало еще превратить это место в вонючий сортир. Привычка — страшная сила. Вот только бурный поток воды, готовый смыть нечистоты здесь отсутствовал.
В каком-то смысле бывшие невольники походили на несмышленых детей. Или на роботов, привыкших действовать изо дня в день по одному и тому же алгоритму. Я надеялся, что это быстро пройдет.
Вскоре все окончательно проснулись, и мы собрались снаружи пещеры для обсуждения дел насущных. Обсуждение не клеилось. Беглецы не торопились высказываться, щурились от яркого света и поминутно потирали глаза, нет-нет да бросая в разные стороны полные любопытства и восхищения взгляды.
  
Евген смотрел на меня исподлобья, но бузу не затевал. Леуш, привалившись к стене, безмятежно жевал добытую уже где-то травинку. Казалось, что его вообще все устраивает, и он готов провести так остаток жизни. Я же обратил внимание, что светившиеся ранее вдалеке кристаллы несколько потускнели, но зато зажглись соседние. Будто источник света сместился, имитируя движение небесного светила.
С учетом же того, что неизвестно закинуло нас в какой-то пространственный разлом, отдаленную область Терры, а то и вовсе в другой мир, то последнее предположение запросто могло оказаться правдой. Заодно вспомнилась прочитанная в одной из книг теория пузырей, потому что доступная взгляду область обладала формой сферы.
Впрочем, практического значения все это имело мало. Нужно работать с тем, что есть.
— Кто-нибудь из прибывших со мной крутолугцев разбирается в съедобных и целебных растениях? — со вздохом спросил я, осознав, что бремя лидера за время сна не рассосалось и в кусты не уползло.
— Я. Немного. Если не забыл. — отозвался Захар, делая шаг вперед. Молодой светловолосый мужчина с перевязанными левой ногой и грудью. — У нас дома я был пастухом. Учеником пастуха. Но иногда мне доверяли и все стадо целиком.
Невеликое достижение, но в глазах коренных обитателей рудника Захар только что поднялся выше, чем за последние восемь лет совместного тяжелого труда.
— Я тоже. — нехотя подал голос Евген. — Знаю кое-что.
— Тогда, вы двое, возьмите еще пару человек спускайтесь вниз. — распорядился я. — Идите вдоль ручьев и собирайте все, что может нам пригодиться. Леуш, сходи с ними.
— Лады, дружище. — Леуштилат отлип от стены, продолжая мусолить травину.
— И прекрати тянуть в рот все подряд! — рявкнул я на него. — Мы не дома. А может и вообще не на Терре. Не повезет, как с Птичьми Пенчиками — будешь дристать пока не превратишься в курагу!
— Воу-воу, полегче. — улыбнулся воин, но травину выплюнул. — Понял я. Не станем перекрашивать пейзаж в коричневый. — и засмеялся над собственной шуткой.
Ну что за человек…
— Остальные делятся на две группы и обследуют ближайшие окрестности. — продолжил раздавать указания я. — Далеко не уходить. Оружие из рук не выпускать. В случае чего — орать дурниной.
— Балалаю это поручим. — усмехнулся Казан. — Он у нас мастак по странным звукам. Пойдемте в ту сторону, что ли?
— Эй, это лай вообще-то! — возмутился Балалай и, присоединившись к другому отряду, издал звук похожий на «брган-брган». — Подтверди, Кисточка. Старик Газон еще так говорил.
— Нашел кого слушать.
— А сам-то ты что будешь делать? — хмуро спросил у меня Евген.
— Мне есть чем заняться. — с прохладой в голосе ответил я.
— И все же?
Я вздохнул.
— Я стал Освоившим. Буду тренироваться.
 Глава 6 
Во всю обсуждая объявленную мной новость, народ рассосался в разные стороны, и я остался один.
Сперва хотел усесться прямо у входа в нашу пещеру, но чем-то она мне не приглянулась, а потому я решил взобраться чуть выше. Сторожить в нашем жилище все равно нечего. Разве что кострище, да крысиные кости — другого имущества у нас не имелось.
В компании ненавистного Сранделя я медленно переходил от камня к камню, на ходу пополняя запас Межмировой Энергии. Витавшие в воздухе фиолетовые искорки слушались меня, как подкаблучник хабалистую супругу, и постепенно заполняли опустошенный во время сражения резервуар.
Тот стал значительно больше.
Даже еще больше, чем после эволюции.
Что там говорил Некро? Максимальный запас фиксируется на момент прорыва? Получается, что, благодаря эволюции, мое внутреннее вместилище будет объемнее, чем у большинства обычных Освоивших? Приятная новость. Нужно будет потом каким-нибудь образом проверить эту теорию на Леуше. А пока направить часть силы в мышцы и…
Стоп, стоп, стоп! Какие мышцы!
Я аж с шага сбился, поскользнулся и чуть не сверзился вниз. С учетом каменистости местности и угла склона, до подножья бы только уши доехали. Как в том анекдоте.