Якорь (СИ)

Куратору с трудом удается протолкаться к креслу. Его подопечная, похоже, без сознания. Она никак не реагирует на все тормошения и удары. Голова болтается на шее, словно пришитая.
— Прекратите! — Возмущению Гилоиса нет предела, — Вы что, не видите, что у нее приступ? Пустите меня…
Пульс у пен-рит есть, и это уже хорошо. Плохо, что зрачки расширены, и плохо, что она так и не пришла в себя. Это тот самый случай, когда промедление может свести на нет многолетнюю работу куратора и уничтожить ценный экспериментальный материал. Пусть программа по этому материалу с недавних пор закрыта, наблюдения не прекращались, информация копится, ведь когда-нибудь, возможно, этот опыт придется повторить.
  
— Я ее забираю! — Заявляет куратор. — А вы можете искать здесь что угодно и кого угодно…
— Кто же вам позволит? — отвечает высокий мужчина в штатском, он явно главный у споков. — Девица — свидетель. Возможно, основной свидетель.
— Если прямо сейчас не запустить финальную часть трансформации, она умрет.
— Если вы запустите трансформацию, нам от нее не будет уже никакой пользы.
— А сейчас есть польза?
— У нас есть методы, способные поднять покойника.
Гилоис распалился окончательно:
— Готовьте ваши методы. Потому что без моей помощи через час она — труп.
— Командир, погляди-ка!
В комнату вошел еще один человек в форме, в руке — порванная мужская куртка.
— Они здесь были, — утвердительно склонил голову командир, — мы их найдем. Можете забирать эту пен-рит.
Последнее прозвучало вовсе не как медицинский термин.
— Пусть ваши люди мне помогут. Я не справлюсь один…
Добровольные помощники уже направились к выходу, когда Гилоис их окликнул:
— Не туда. Давайте на кухню.
— Зачем?
Куратор поморщился, но все же ответил:
— Так будет быстрее.
А на улице уже вовсю кружилась метель…
 
2. Странные подвалы
Бюро космических исследований (БКоИ) — федеральная межпланетная организация, сфера интересов которой — расширение границ и влияния Солнечной Федерации в обитаемой вселенной. История организации началась еще со времен освоения планет Солнечной системы. С тех пор она преобразовалась в мощнейший политический орган взаимодействия Земли и миров периферии, входящих в состав СФ. Организация состоит из двух отделов. Первый отдел — исследовательский. Его представители занимаются в первую очередь исследованием пространства, созданием колониального и ресурсного резервов, курируют научно-исследовательские разработки в «космических» областях знаний. Второй отдел БКоИ — это обеспечение стабильности в мирах периферии, пропаганда, улаживание внешних и внутренних конфликтов колоний, контроль над опасными научными разработками. Как правило, на планетах с неразвитой собственной инфраструктурой Бюро временно берет на себя функции правительства и полиции. В Солнечной системе влияние БКоИ не так велико, как за ее пределами, что связано с жесткой конкуренцией специальных служб.
Учебное пособие «Курс современной истории: система координат»,
Флора, «Орс», 312 г. к. в.
Калымов в своем кабинете выглядит примерно так, как акваланг в офисе по продаже недвижимости. Все здесь блестит, все здесь кажется не по-детски внушительным и серьезным. И только хозяин кабинета словно заскочил сюда на минуту из какого-то другого мира. И вроде одет прилично, даже где-то стильно. И прическа не сбилась. А ощущение однозначное — заскочил. На минуту. После обмена рукопожатиями и вежливых приветствий выясняется: так и есть.
— Рад вас видеть живым и здоровым. Благодарю от имени Второго отдела за ценные сведенья. Однако, как бы вы ни просили, на планету я вас сейчас отпустить не могу. Это слишком опасно.
Калымов жестом пригласил гостя к столу. Гость немного помялся, но принял приглашение.
— Я понимаю. Валентин Александрович, и ценю все, что вы для нас сделали. И все же, при всем уважении, вы не можете мне запретить.
— Игорь, вас там ждут. Это не предположение, это факт, и как бы хорошо ни работал Второй отдел на Флоре, всех ваших недоброжелателей они проконтролировать не смогут. Много ли проку будет от такого посещения, если вы даже не сможете выполнить задуманное?
В отличие от первого отдела Бюро, занятого научными исследованиями в космосе, Второй отдел обеспечивает политическую стабильность Солнечной федерации, блюдет ее интересы в мирах периферии, имеет полномочия вмешиваться во внутренние конфликты, вести контроль за научными разработками в стратегически значимых областях…
— Возможно. Но и вы поймите, это для меня очень важно.
— Вы кофе пьете?
— Только не надо ради меня никого беспокоить.
— Да я сам завариваю. У меня тут автомат есть. Не отказывайтесь: мне будет неудобно пить кофе в одиночку.
Игорь отказываться не стал. Заместитель директора и координатор Первого отдела Бюро космических исследований при личной беседе производил приятное впечатление. В глубине души бывший шпион-любитель и сам был уверен, что его прикончат еще при выходе из телепортатора. Но, как оказалось, там, внизу, у него осталось не одно, а два недоделанных дела. И если проблема компромата на местных крупных политиков теперь целиком и полностью лежит на прочных плечах ребят из Второго отдела Бюро, то другое дело он должен выполнить сам. И потому, что обещал Сашке, вернуться, и потому, что вряд ли кто-то для него будет разыскивать какую-то там пен-рит.
Хотя… если на планете втайне от метрополии ведутся исследования пен-рит преобразования на разумном материале… это может быть важно. Зачем-то же они это делают. Каков должен быть результат?
По кабинету поплыл аромат свежезаваренного кофе. Синтетического, конечно, но подделка эта наверняка куда качественней тех, что Игорю приходилось пивать в последнее время.
— Ну, вот. Будьте любезны, там, на стеллаже возьмите две чашки. Отлично. Присаживайтесь.
— Хороший кофе, — похвалил гость.
— Да, это местный. Я, когда бываю внизу, обязательно покупаю. Там есть один такой магазинчик, недалеко от центра города. Ну, а теперь… вы, может, все же поделитесь, что за дело у вас там внизу такое неотложное.
Игорь вздохнул и отставил чашку.
— Помните девушку, которая с вами разговаривала по инфосети?
— Симпатичная туземка с большими голубыми глазами. — Сразу догадался Калымов. — Вы почему-то все трое избегаете о ней говорить. Интересно, почему? Кто она? И откуда знает код моей личной линии? Пусть и старый.
— Тут вот какое дело, Валентин Александрович. Эта девушка — пен-рит. На стадии незавершенной трансформации. Мы ей многим обязаны. Я — тем, что сижу тут и веду светские беседы, Ючи и Садмаи — тем, что они теперь вместе. Вы же в курсе нашей истории.
— Вы говорили, что последние сутки скрывались в поселке пен-рит.
— Так и есть. Я только не уточнял, что нас приютила преобразованная, которая говорила по-русски, и попросила называть ее Сашей.
Игорь не ждал, что на эти слова последует хоть какая-то реакция. Но она последовала: Калымов чуть не подавился кофе. Горячий напиток вылился на брюки, потек на пол. Но Валентин Александрович на это почти не обратил внимания. Только ругнулся, подбирая с пола пустую чашку.
— Еще раз, — вежливо попросил он, — повторите, пожалуйста, точно — Саша?
Потом вскочил, потер затылок, словно разогревая подзастывшие мозги.
— Номер поселка помнишь? Или что там у них, названия? Где это было?
Как же я сразу не сообразил, подумал Игорь. Они были знакомы. Раньше, до того, как Саша каким-то образом попала в центр пен-рит. И Калымову, похоже, эта особа тоже не чужая.
— Названия поселка я никогда не знал. Но это не трудно выяснить. Информация по пен-рит программе есть в открытом доступе. В крайнем случае, я могу показать дорогу.
Калымов молча разглядывал собеседника несколько секунд, потом извинился за срыв. Даже объяснил: