Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ)

— Итак, пишем!
В давние времена два сильнейших Бога Перун и Велес влюбились без памяти в одну юную деву, звали ее Дадола. Отдала она свое сердце Перуну, больно обидев Велеса тем, что отвергла его. Но смириться Богу, особенно мужчине, с таким откровенным унижением было не по нраву и как-то бесчестно.
В один погожий день гуляла Дива Додола на прекрасной поляне, усеянной цветами, какие не растут больше нигде на земле. Но привлек ее внимание одиноко растущий ландыш. Пощадив и решив не обрывать цветок для своего букета, Додола нагнулась вдохнуть его аромат, да только тот цветок был пропитан ядом. Дурман застил разум девы, и она потеряла сознание. Да то Велесу, превратившемуся в этот цветок, и надо было. Воспользовался он ее беспомощностью и без согласия сотворил задуманное, ублажил свое самолюбие.
Вскоре после этого на свет появился еще один Бог — звали его Ярила. Перун, поняв, чьего отпрыска родила на свет его любимая супруга, гонял Велеса по всем лесам и болотам, по непроходимым пустошам, бушевал и метал молнии. А жену превратил в божью коровку.
— Таким образом, — заканчивал преподаватель лекцию, наблюдая, как те, кто засыпал, вдруг оживились. — Сегодняшняя дата напоминает нам о том, что надо всегда оставаться в первую очередь людьми нравственными, верными своим вторым половинкам, жениться по любви, а не по расчету, никогда не нарушать чужих личных границ и не применять к людям заклятья и зелья, способные повлиять на чье-то сознание.
Вечером того же дня Рогнеда Юлиевна собрала своих первогодок в одной из больших теплиц, расположенных в школьном корпусе, и усадила всех на взращенный газон, образующий обширную луговую поляну с цветами. В целом создавалось впечатление, что ты попал в начало лета, где бушует сочная зелень и цветут полевые цветы.
— Сейчас мы проведем обряд на доверие и защиту от негативного магического вмешательства, а также просто на установление адекватных межличностных отношений! — говорила учитель, расхаживая босиком по траве. Она не изменяла традициям, и на ногах у нее были надеты джинсы, а не юбка. — Конечно, никто из преподавателей, родителей или друзей не может оградить вас от всех бед и несчастий. Однако построить доверительные отношения друг с другом мы с вами в силах. Надеюсь, все согласны?
Все закивали, не совсем понимая, к чему ведет преподаватель Заговоров.
— Ведоград во все времена считался домом для тысяч учеников, студентов и работников всех подразделений и служб. Мы здесь, словно одна большая семья! Конечно же, как и в каждой семье у нас бывают недопонимания и усталость друг от друга, но мы должны крепко держаться плеча напарника. И желательно, — она вышла из круга, образованного учениками, и пошла вокруг них, нависая над каждым, словно коршун, за которым тащился кожаный ферязь. — Держаться не как утопающий за соломинку, чтобы потопить, а быть друг другу крепкими буями, выдерживающими любые штормы и кораблекрушения…
— И что мы будем делать? — перебил не совсем понятную речь классрука Никита, сидевший, как и все на зеленой траве. — Топить друг друга в местном озере как котят, а кто не согласится или утонет, тот и не друг?
Пень-Колода остановилась и провела зубами по нижней губе, ухмыляясь. Она любила подобный юмор. А за этот юмор ее не любили многие преподаватели.
— Не неси бред, Вершинин! — прошипела Астра, выглянув из-за мешающей обзору Мирославы.
Пара так и не помирилась, зато теперь девочка не упускала повода укольнуть бывшего ухажера побольнее.
— А что такого? Я просто не понимаю, зачем мы здесь сидим! — пожал он плечами и отвернулся. Мирослава улыбнулась: вот это выдержка у него, так спокойно отвечать на провокации.
— Тишина, — раздался спокойный голос преподавательницы, решившей не давать ученикам устроить гвалт. — Сейчас все поймете! О, а вот и остальные!
На тепличную поляну неровным строем вышла еще одна группа учеников. Хорсовцы сбавили шаг, когда поняли, что занятие будет смешанное.
— Проходите, вам же сказали! Садитесь рядом, слушаем, смотрим и повторяем! — кричал, задыхаясь от быстрого шага, взрослый мужчина.
 
Он был худым, таких еще сравнивают со спичками или зубочистками. Ноги чуть прогибались в коленях назад, движения были резкими и размашистыми. На голове редкие светлые волосы распределены по ровному пробору, а на глазах круглые очки с толстыми линзами. Серый костюм делал его еще более безликим, похожим на длинноногую моль.
— Здравствуйте, дорогая Рогнеда Юлиевна, — поздоровался учитель и, наклонившись в приветственном жесте, чуть прогнулся в коленях.
— Здравствуйте, Александр Тихонович, — кивнула в ответ классрук яриловцев. Когда два преподавателя поравнялись, то оказалось, что их и так высокая преподавательница на целых две головы ниже классрука хорсовцев. Однако выглядели они настолько полярно, что было непонятно, как вообще эти два человека стали заниматься преподаванием.
— Вот это каланча, — хихикнула Астра, и многие одноклассники к ней присоединились. Мирослава в это время нервно дергала траву с газона, будто пыталась ее проредить. Она бросала взгляды на Яромира, который с каменным лицом периодически смотрел на Ваню Третьякова. Тот выглядел свежим и даже розовощеким, улыбался и тихо переговаривался с одногруппниками, рассаживающимися на поляне.
— Разве вампиры краснеют? — мысленно подумала яриловка, вспоминая не так давно просмотренную по телевизору одноименную сагу о вампирах. Подумала она об этом про себя и тут же испугалась. — А не умеет ли Ваня читать мысли людей?
— Итак, отлично, — хлопнула в ладоши Рогнеда Юлиевна, привлекая внимание первокурсников. Все замолчали и подняли глаза. — Это Александр Тихонович Завьялов, он преподает Превращения и является классным руководителем у группы хорса.
— Интересно, в кого он превращается? — шепнул Никита Яромиру, выводя того из состояния слежки за Третьяковым толчком в плечо.
— В кузнечика, — пошутил Полоцкий, и девочки вокруг захихикали.
— Точно, — кивнул Вершинин, — с такими-то подвижными коленями!
Смех стал громче, от чего сам Завьялов чуть покраснел, будто понимал, что именно он стал объектом насмешек.
— Ну-ка, успокоились, — все тем же ровным голосом призвала к тишине преподаватель Заговоров. Все затихли. Уж что-что, а привлекать внимание и успокаивать гомон учеников она умела моментально одним взглядом своих светлых, как у хаски, глаз. — Сегодня мы будем совмещать психологию и магию, добиваясь нужных нам результатов.
— Это еще что значит? — тихо шепнул Никита, а Яромир неоднозначно пожал плечами. Он сидел, словно статуя, не шевелились даже черные зрачки глаз, направленные на Третьякова. Хоть Полоцкий и сам был своего рода нечестью, вампиров он никогда ранее не встречал.
— Упражнения на доверие позволяют сблизиться друг с другом на интуитивном уровне, — продолжала учитель, расхаживая босиком по траве. — В первую очередь это испытание нашей веры друг в друга. Прося довериться кого-то нам, мы проходим испытание сами, задаваясь вопросами: «А достоин ли я доверия?», «Смогу ли я не подвести партнера?».
Оглядев две группы учеников, таких разных и одновременно одинаково испуганных от неизвестности сегодняшней практики, Рогнеда Юлиевна начала что-то шептать, взмахнув руками, от чего ветер начал сильнее колыхать траву на поляне и кустарники, растущие чуть поодаль.
— Итак, всем нужно встать парами напротив друг друга!
Мирослава, заметив, что Астра тут же схватила Иванну за руку, привлекая к себе, повернулась в сторону Полоцкого, думая, что он уже встал с Вершининым. Но Яромир шел к ней, как всегда поджав губы. Никита же встал с Виталиком.
— Нет-нет-нет, — заголосил Александр Тихонович, когда ребята встали рядом. Он резким движением протиснулся между ними, возвышаясь над учениками на несколько голов. Схватив обоих за ткань пиджаков на плече, он смотрел куда-то в сторону. — Вашу идеальную парочку надо разбавить, ни к чему вам эти упражнения. Рогнеда Юлиевна!
Преподавательница, помогающая составлять пары по схожей логике, оглянулась.