Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ)

Не переживай по поводу того, что это редкое явление! Редкое и малоизученное, не значит плохое или злое!
Очень жду новогодних каникул, люблю и скучаю, твоя бабушка!»Поняв, что и тут не получила никаких объяснений, да и вряд ли вообще получит, Мирослава недолго просидела в задумчивости, пытаясь понять — скрывает ли от нее что-то эдакое ее бабуля или ей теперь во всем видится нечто таинственное. Но усталость за день брала свое, поэтому девочка разделась и улеглась под одеяло, выключая ночник. Она подумает обо всем позже.
 Персей, решивший, что чуть уютнее птичника будет кровать яриловки, скомкал лоскутный плед наподобие гнезда и улегся спать у нее в ногах… Комментарий к Рукопись одиннадцатая Делитесь впечатлениями))
====== Рукопись двенадцатая ======
 Комментарий к Рукопись двенадцатая треки для атмосферы:
Tmnv – Речушечка
Helvegen – Море волнуется
Калевала – Ярило
глава отредактирована под ориджин 27.10.23
ᛣᛉ
Море волнуется раз.Море волнуется два. Море волнуется три. Бейся или умри!Море волнуется раз.Море волнуется два. Море волнуется три.Славянская кровь закипает внутри! (Группа Helvegen)
В ноябре, именуемом груденем, половина школы болела из-за влажного и холодного воздуха, а также из-за бесконечных сквозняков. Никакие накладываемые утепляющие заклинания, расставленные в коридорах раскаленные каменные чаши, заговоренные телогрейки и развешенные заколдованные амулеты не спасали подгорье от падающей температуры.
В каждом классе учителя растапливали маленькую печку, стараясь хоть как-то исправить ситуацию. Ребятам выдали зимнюю форму: теплые валеши, пушистые шапки-ушанки, на лицевой стороне которых был значок с символикой школы, и уютные меховые жилетки цвета их общины. Для выхода на улицу, то есть в Заколдованную Пущу или на Лысую гору, ребята натягивали овчинные теплые тулупы, так как тонковатые ферязи уже не спасали от морозов.
Когда Мирославе и ее группе выдавали новую сезонную одежду, она, стоя в очереди на складе у местного завхоза, очень сомневалась, что валенки, шапка-ушанка и тулуп, которые раньше видела только у дряхлых стариков, живущих с бабушкой по соседству, да на картинках, будут выглядеть прилично.
Но, как обычно, она снова ошиблась. Крой изделий был шикарным, а фасоны были современными. В первые дни ребята привыкали к новому одеянию, но вскоре поняли, что никакие мантии, которые носят волшебники Европы, или кимоно, используемые восточными магами, им бы точно не подошли. Холод порой пробирал до костей, а мех жилетов или тулупчиков согревал лучше всего.
Но даже несмотря на утепление, ученики, как младших, так и старших курсов, да и сами преподаватели тоже шмыгали носом, чихали и кашляли, разнося заразу по всей школе. Так, ближе к середине месяца груденя в медзнахарские палаты слег Яромир, а спустя пару дней к нему присоединились и Мирослава с Софией. Последняя, кстати, была совершенно недовольна тем обстоятельством, что ей придется делить одну палату с яриловкой, но совершенно ее вывело из себя подселение к ним Астры. Собираясь в палате Яромира, где лежал и Виталик, тоже подхвативший противную простуду, вместе с постоянно захаживающим к ним ранее переболевшим Никитой, одногруппники шутили, что учебный класс можно было переносить в медзнахарские палаты.
Дни летели с бешеной скоростью, осень пролетела как один миг, наступил морозный и снежный декабрь-стужень.
Первый в жизни Мирославы матч по «шабашу» в качестве игрока-варяга неизбежно приближался и был назначен в ночь с десятого на одиннадцатое декабря. Несколько недель ребята из команды по традиции шили себе рубахи для игры. Цвет и ткань выбирали вместе. Сошлись на синем, а по горловине, рукавам и подолу надо было красными нитками вышить узоры в виде оберегов. Внешний облик игровой рубахи был похож на школьную повседневную, где на рукавах играла та же цветовая гамма. Сказать, что шитье и вышивание стало для девочки настоящим мучением, значит не сказать вообще ничего.
За несколько дней до игры, Мирослава, уколов палец острой иглой уже в сотый раз за вечер, просто впала в истерику от бессилия. Девочки, испугавшись того, что одногруппница не реагировала на попытки ее успокоить, по совету Персея побежали искать Полоцкого.
 
Тот в этот момент выслушивал от Вершинина очередную тираду о коварстве ведьм и старался делать заинтересованный вид, одновременно с этим конспектируя параграф по Превращениям и пытаясь запомнить сложные формулы преобразования предметов, сделанного из дерева, в другой предмет из железа. В качестве примера было приведено превращение веника в кочергу.
Иванна, которая не посчитала нужным стучаться в мужскую спальню, вихрем ворвалась внутрь и, сумбурно пытаясь что-то объяснить, просто схватила черноглазого яриловца за руку и потащила за собой. Вершинин, прерванный на полуслове, ринулся следом.
Яромир, находясь в легком состоянии шока, просто быстро шел за бежавшей миниатюрной Ваней, возвышаясь над девчонкой минимум на полторы головы.
Когда они открыли дверь в «Терем» и прошли в комнату, в которой жила Мирослава, парень сразу увидел подругу, сидевшую на полу около кровати и рыдающую в голос. За почти три месяца знакомства он ни разу не видел, чтобы девочка плакала. Даже когда дралась с Софией и ходила с разодранной щекой, или когда Яга ни за что, ни про что наорала на них в первый раз. Все последующие и регулярные разы они уже научились игнорировать преподавательницу по Зельеделию и отвароведению, но тот самый первый раз произвел впечатление даже на него.
Теперь же девочка, волосы которой были завязаны на макушке в растрепавшийся пучок, сидела на ковре, обнимая колени, и взахлеб рыдала, давясь слезами и начиная истерично задыхаться.
Яриловец на мгновение замер, совершенно растерявшись, но тут же собрался и подошел ближе, опускаясь перед подругой на корточки. Перед Мирославой мятой кучей лежала ткань, а вокруг валялись иголки, нитки, булавки и напальчники.
Расстегнув верхнюю пуговицу своей черной классической рубашки, в которой ходил вне школьных занятий, Яромир ослабил ворот и протянул руку к подруге. Но тут же одернул себя, разворачиваясь к девочкам, смотревшим на все это, затаив дыхание.
Тут включился в дело Никита и быстренько вывел всех в общую гостиную под предлогом заварить всем ромашковый чай, ведь: «Времена лихие, нервы у всех сдают»! Когда комната опустела, и улетел даже ворон, Полоцкий дотронулся до предплечья подруги.
— Разве эта тряпица стоит того, чтобы так из-за нее убиваться? — очень тихо прошептал парень, и девочка притихла. Видимо, Мирослава совершенно не заметила, когда тот вошел в комнату. Дернувшись, она развернулась в другую сторону, пряча заплаканное лицо между рук, которыми она обхватила колени.
Сев рядом, он не знал, что ему делать. Вдруг он почувствовал себя в шкуре Вершинина, которому приходилось по несколько раз на дню утихомиривать эмоциональную Астру. Но это была Мирослава! Боевая и храбрая, буквально остановившая на ходу Избушку на курьих ножках!
— У тебя что-то не получается сшить? — высказал он догадку, и девочка тихо «угукнула». Парень развернул подругу к себе, но та активно засопротивлялась, изредка всхлипывая. — Мирослава! Я никуда не уйду. Помнишь обещание, да? Решаем проблему вместе. Не хочешь разговаривать, значит, я буду сидеть здесь и ждать, когда тебе станет полегче.
— Я исколола все пальцы этими придурочными иголками, — пробурчала юная ведьма и почувствовала, как размыкаются собственные руки.
Яромир повернул ее ладони вверх, оглядывая мягкие подушечки пальцев. И правда, некоторые из них были исколоты, сильно опухли и кровоточили. Он не знал знахарских заклинаний или заговоров, поэтому просто подул на них, надеясь, что прохладный воздух чуть успокоит нежную кожу. Мирослава, удивленная такой заботой, приподняла мокрое от слез лицо. Глаза, нос и губы ее опухли, и девочка отвернулась, когда Яромир посмотрел на нее.
— Не смотри, — попросила она, непроизвольно кривясь от накатившей новой партии слез и стыдясь своего внешнего вида и разбитого состояния, в котором ее увидел друг.