Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ)

Подойдя к блоку, Мирослава махнула Яромиру, приглашая войти. В комнате снова слышался громкий гомон голосов. Она приоткрыла дверь, проверяя, не застанут ли они кого из девчонок в неприглядном виде. Все были одеты в пижамы и занимались своими делами.
— Да клянусь, барышни, в те времена я, конечно, был молод и глуп, как желтоклювый юнец, но даже меня это поражало! Ни один маг не летал в космос на своих изобретениях, а простаки да! Несправедливо? Конечно же! Но тогда я понял, что простаки совсем не просты, если бы мы с ними объединились, что сейчас потихоньку и происходит, можно было бы стать первыми во всем магическом мире… — глаголил Персей, в то время как его вообще мало кто слушал. Похоже, лекция длилась не первый час.
— Слышь, властитель мира, чего опять тут мозги всем паришь? — спросила Мирослава, проходя внутрь, а ворон недовольно нахохлился. — Девочки, я не одна.
Яромир прошел в девчачью комнату и сразу ощутил тот уют, который у них царил. У него в каменном блоке все походило на средневековье с примесью славянской культуры, а девочки жили, словно в уютной избушке.
Куча разномастных узорчатых подушек на кроватях, мягкие ковры, теплые оттенки интерьера подействовали как-то усыпляюще, и он мотнул головой.
— Добрый вечер, извиняюсь за беспокойство, — он приложил правую руку к груди.
Девочки же, разом все замолкшие, робко с ним поздоровались и снова зашептались, отчего-то тихонько смеясь. Юная ведьма не понимала этого раболепного отношения всех девчонок к ее другу.
— Персей, тебе задание, — тем временем говорила Мирослава, обыскивая свою кровать. Она задрала подушку, посмотрела все листы на полочке, расположенной в стене.
— Отнеси письмо моему брату, — продолжил Яромир, увидев, что ворон уже открыл клюв.
— Какому из? — каркнул тот в ответ, прищурив один глаз. Кажется, ворон был в курсе его семейного древа и родственных связей.
— Владимиру, и это крайне срочно.
Парень схватил чей-то чистый пергамент и простую перьевую ручку. Обмакнув ее в чернила, стал писать красивым каллиграфическим почерком.
— Персей, ты не видел мое письмо? То, что ты принес от бабушки? — спросила Мирослава, распотрошив все постельное.
— Вот когда тебе что-то интересно, так сразу: «Персей надо то, Персей надо это», — недовольная птица перелетела на ее рабочий стол. — Посмотри в верхнем ящике.
Девочка открыла его с помощью недавно выученного заклинания и, выдвинув ящик, увидела свиток. Сорвав обмотку, она раскрыла лист. Страница была чиста. Недоуменно перевернула ее, но там тоже не было обнаружено ровно ничего.
— А письмо-то где? Бабушка писала что-то? Или ты порожняком летел? — изумленно спросила она у ворона.
Тот взлетел, сел на ее плечо и нагнулся к листу.
— Может, тут магия наложена? Текст ведь можно скрывать, а, Яромир?
Парень уже закончил писать и ждал, пока чернила на бумаге высохнут. Он подошел ближе и встал рядом. Девочки в комнате тоже с интересом наблюдали развернувшуюся картину.
— Вообще-то да, можно, но работают они по принципу «видит только тот, кому отправлено». Если ты не видишь, значит, здесь и нет ничего. Но можем порыскать в библиотеке какое-то скрывающее текст заклинание или спросить у Рогнеды, может она подскажет.
— Я что, нес пустой листок? — прохрипел Персей, схватив его когтистой лапой. — Мок под дождем, натер мозоли под крыльями и все ради этого?!
— Тогда придется лететь второй раз, — пожала плечами Мирослава, которой все же нужны были ответы на некоторые вопросы, и она также принялась писать новое письмо. — А чтобы обратно было не тяжело лететь, с Кузьмой лучше не засиживайся.
Прицепив к массивной лапке птицы свое письмо, Яромир выпустил его в окно, слушая брюзжание недовольного Персея, которого заставили в ночь лететь за тридевять земель.
— Странно это, — прокомментировала Мирослава и устало посмотрела на выглядевшего еще хуже нее самой друга.
— Странностей в наше время хватает с избытком, — кивнул Яромир и посмотрел вглубь комнаты. Девочки молча сидели на своих кроватях, кто-то стоял, облокотившись на лестницы, ведущие на вторые ярусы. И все смотрели на него.
 
— Вань, а где Астра? — спросила Мирослава одногруппницу, не найдя Кузнецову среди всех собравшихся. Староста, сидевшая на кровати в байковом халате с вышитыми красными драконами, подорвалась с места и окинула взглядом не расстеленную кровать подруги.
— Она не возвращалась, они с Никитой вроде бы отстали, а я не стала их ждать, уроки и все такое…
Яромир, Мирослава и Иванна одновременно и не сговариваясь понеслись на выход из блока.
— Только этого нам не хватало, — поджав челюсти, процедил парень, когда они вышли в общий коридор.
— Может, Вершинин к вам ее отвел? Чтобы девочки не приставали к ней с расспросами? — предположила Мирослава, и яриловец побежал к своему «каменному» блоку.
Когда они втроем залетели внутрь, на ходу распахивая двери и не стучась, парни ошарашенно посмотрели на вошедших. Девочки с удивлением оглядывались вокруг.
Помещение оправдывало свое название. Стены выложены крупным камнем, арки и дверные проемы были деревянные, на потолке висели большие люстры с подсвечниками.
На деревянных полах лежали длинные ковровые дорожки. Грубо сколоченные столы, скамейки и стулья, у каждой кровати, которые, кстати, были одноярусными и широкими, с резным каркасом и высоким балдахином, стояли большие тяжеловесные сундуки. Всего кроватей было восемь, и стояли они по разные стороны комнаты напротив друг друга.
Рабочие столы стояли рядом с каждой кроватью, а не в центре длинным рядом, как в комнате девочек. У центральной стены был каменный очаг, с пылающим в нем огнем. Вообще большое количество свечей создавало какую-то таинственную атмосферу и казалось, что находишься в каком-то средневековом замке.
— Где Никита?! — голос Яромира вырвал девочек из неуместных разглядываний чужих покоев.
— Да не было его еще, — ответил ему темноволосый юноша в квадратных очках, сидящий за своим письменным столом и не отрывающий взгляд от конспектов и рукописей. Это был Матвей Оболенский, их одногруппник. Тихий паренек, который почти ни с кем не общался, кроме разве что с Виталиком Пожарским. Его право.
Полоцкий резко повернулся и посмотрел на Мирославу, словно спрашивая, есть ли у нее мысли, где эти двое могут быть. Та пожала плечами.
— Так, пойдемте, — решил парень не терять времени. Он бросил взгляд на свои наручные часы и отметил, что до отбоя оставалось всего полчаса. Как и где они сейчас собираются их искать, он не имел ни малейшего понятия.
— Думаете, с ними что-то случилось? — спросила Иванна, которой приходилось почти бежать, чтобы успевать за более высокими одногруппниками.
— Надеюсь, что нет, — ответила Мирослава, выходя за Яромиром к выходу из хребта. Вырулив влево на центральную лестницу, а потом и спустившись по ней, им пришлось выйти в школьный корпус. Полоцкий резко остановился, а Мирослава еле успела притормозить, чтобы не врезаться в его спину.
— Что? — спросила она, и парень развернулся в другую сторону. Если пройти через ближайший коридор, то можно было выйти на лестницу, ведущую в обсерваторию.
Они всего два раза ходили сюда на вечернее занятие по Звездологии. Каменная крутая лестница уходила вверх плавным полукруглым изгибом и была настолько узкой, что идти вдвоем было тесно.
Поэтому Яромир пошел первым, а девочки следом за ним. Невысокая дверь была приоткрыта, и ребята юркнули в большое помещение с круглым сводом. Сейчас крыша обсерватории была полностью закрыта, а высокие телескопы откатаны на свои места.
В правом «углу», если можно так назвать место в круглой комнате, стояли стулья для учеников, как раз на одном из них сидела Астра. Перед ней на корточках присел Никита, обхватив колени девочки. Лица их были настолько близко друг к другу, а в помещении было так темно, что ребята, вошедшие внутрь, не сразу увидели одногруппников.
— Вершинин, ты идиот?! — сразу же спросил Яромир, помогая спуститься с небольшой лесенки, ведущей в заниженную обсерваторию, своим спутницам. Когда Мирослава отпустила его руку и чуть привыкла к темноте, то увидела, как Астра уткнула лицо в ладони, а Никита улыбался так, словно только что сорвал джек-пот.