Проведи меня через туман. Летопись первая: Велесовы святки (СИ)

— Да что ж это такое, не наврежу я вам, говорю же! — вздохнул Бор.
Ребята, все это время стоявшие в обнимку, резко друг от друга отпрянули.
— Ну и напугал ты нас, дедушка Бор! — разорвал тишину Яромир и, слегка поклонившись ему, спросил. — Где штаны-то потерял?
Мирослава хихикнула, оглядев Бора и заметив, что рубаха доходила до колен, а из-под нее виднелись тонкие, но довольно волосатые седые ножки.
— Я удивлен, что вы и сами штаны не потеряли, пока от меня удирали, — не остался в долгу старичок.
— Штаны-то на месте, но сухие ли они, это еще надо выяснить, — не удержалась от шутки над самой собой Мирослава, а через мгновение все втроем уже дружно смеялись над абсурдностью ситуации.
Отдышавшись и вытерев слезы, подростки представились Бору и разрешили ему себя проводить к школе.
— Пойдемте-ка, проведу вас через туман, так и быть.
Оказалось, что идти оставалось совсем недолго, буквально через несколько минут они уже стали замечать, как редеет лес, и вскоре вышли к огромной скале, насчитывавшей около семи хребтов, даже в начале осени покрытых снежным покровом. Здесь было прохладно, да и в лесу зелеными были только дубы, елки и сосны.
Деревья, облачаемые природой по весне в зеленые листья, уже пожелтели и хотели раздеться. У главных ворот, высота которых была около пятнадцати метров, толпились и остальные поступившие, сумевшие выбраться из леса. На первый взгляд все они были одного возраста.
— Спасибо, Бор, — поблагодарила чащеброда Мирослава, но обернувшись туда, где тот только что стоял, увидела лишь пустоту.
— Он не любит большое столпотворение людей, да и открытые пространства тоже, — пожал плечами Яромир. Взяв на себя ответственность за их вещи, он подхватил чемоданы и понес их к взволнованно галдящей толпе. Как только они подошли ближе, постепенно все разговоры стихли, и Мирослава настороженно посмотрела на всех тех, кто смотрел в их сторону.
Ее новый спутник прочистил горло, когда кто-то кивнул ему, будто хотел что-то сказать. Но Яромир только равнодушно кивнул в ответ. Подростки вскоре отвернулись, и разговоры постепенно возобновились. Девочка, посмотрев на черноволосого юношу, вопросительно изогнула бровь, но тот просто пожал плечами.
— Старые знакомые.
Приглядевшись, можно было отметить, что все выглядели так же плохо, как и сама Мирослава: испачканные вещи и обувь, лица и руки поцарапаны. Какой-то парнишка жаловался, что порвал любимую джинсовую куртку, а девчонки крутили под носом руки, рассматривая поломанные ногти и испорченный маникюр. Разговоры, хоть и были взволнованным, были все же тихими: каждый еще не отошел от такого бодрящего и одновременно выматывающего утреннего приключения.
Пока все ждали, когда же откроются ворота, каждый пытался привести себя, как говорится, в божеский вид. Магией домоводства, о которой успела рассказать бабушка, впрочем, как и всей остальной магией, пока никто не обладал, поэтому все чистились вручную.
Будто бы из ниоткуда появились молодые парни и девушки в школьной строгой униформе синего, бордового, зеленого и светло-серого цветов. Каждый подзывал к себе учеников своей общины. Когда пухловатый маг с круглым и добрым лицом обозначил, что собирает возле себя “яриловцев”, Мирослава и Яромир одновременно двинулись в его сторону, улыбнувшись друг другу. Все-таки намного спокойнее, когда ты уже кого-то знаешь!
— Итак, меня зовут Ярославцев Илья Никитич, можно просто Илья. Я ученик четвертого курса, приставлен к вам, как староста первогодок. Объясню, что к чему, где живем, где учимся, когда спатки ложимся, а когда зубки чистим.
Толпа тихонько рассмеялась. Атмосфера была напряженной и похожей на то чувство, когда родители отправляют своих чад в пионерский лагерь. Наспех заполняют документы, отдают санаторные путевки, а дитя стоит рядом и ничегошеньки не понимает. В общем, суета и волнение перед неизвестным. Все кажутся такими чужими и незнакомыми, еще и родных рядом нет…
Илья стал зачитывать списки зачисленных в общину. Когда назвали ее, Мирославу Морозову, она подняла руку, обозначив свое присутствие. Точно так же сделал и Яромир, когда прозвучала его фамилия. По’лоцкий.
 
— Отлично, — подытожил староста и убрал свитки. — Все на месте. Ровно семьдесят три человека. Сейчас я вас поведу внутрь. Пожалуйста, — он повысил голос и сложил руки в умоляющем жесте. — Повторяю, пожалуйста, никуда не отходите от меня. Разбейтесь по парам и двинемся внутрь.
Дождавшись, пока каждый определится, с кем встанет, Илья еще раз обежал всех взглядом, подсчитывая в уме учеников, и скомандовал:
— За мной, мои маленькие цыпляточки, мама-курочка заботливо отведет вас в ваш… курятник.
Все засмеялись, а Мирослава, коротко переглянувшись с Яромиром непонимающими взглядами, догнала старосту, не сумев вовремя закрыть рот:
— Это что, к четвертому курсу мы все тоже обзаведемся петушиными повадками?
Илья, не сбавляя скорости, обернулся на нее и ответил:
— Даже знать не хочу, на что ты намекаешь, милая барышня, но скажу одно — у нас самая драчливая община, поэтому рукопашные бои я вам одно-значно предсказываю! Мы не молчим, когда нас унижают, а сразу отвечаем, не словом, так делом! Выращу из вас бойцовских петушков, чтобы было на кого хребет оставить. А то ведь растащуть, демоны всякие, из нижних слоев, наши поднебесные своды. Хотя драки и внутри общины не редкость, уж больно мы все активные.
Все шли молча, не понимая, о чем говорит старшеклассник.
— Ай, еще поймете, — махнул рукой довольный жизнью Ярославцев. — К слову говоря, для тех, кто не в курсе — в школе четыре общины, названные именами богов: Сварог, Хорс, Дажьбог и Ярила. Славянские боги солнца, представляющие собой колесо года.
Громадные железные ворота, именуемые Навьими, с лязгом разъехались в стороны. Зайдя внутрь темного, словно тут была вечная ночь, входа в Ведоград, на них опустилась тьма. Мирослава даже замерла на мгновение, а потом, помня, что Яромир идет где-то справа, схватила его за локоть.
Парень вырываться не стал. Вдвоем было спокойнее, потому что идти в полной мгле было неуютно.
— Не пугаемся, это магический переход, держимся все вместе и просто идем прямо, — раздался голос Ильи.
— Почему Навьи ворота? — пискнул в темноте чей-то голос.
— Потому что они заколдованы, как и весь Ведоград. Частично школа принадлежит миру Навь, поэтому это просто переход в другой мир. Но не бойтесь, никакой нежити в школе не выходится!
И в следующее мгновение тьма рассеялась, и перед ними предстало ог-ромное круглое помещение с высокими сводами. На круглой площади, где они сейчас стояли, по ощущениям могло легко поместиться не меньше тысячи человек, поэтому двум отделениям в составе около ста пятидесяти учеников находиться было вполне комфортно.
Поражало совсем не это. В центре площади стоял исполинских размеров дуб, раскидистые ветки которого уходили на десяток метров от ствола. Сейчас дерево выглядело соответствующе времени года: листья на нем слегка пожелтели. На самом потолке, возвышавшемся над головами метрах в тридцати, не меньше, ярко горела сфера, похожая на солнце. Оттенок ее свечения, а также интенсивность зависели от времени суток. Сейчас свет был белый, обозначая утро. Круглая площадь была поделена на шестнадцать равных отрезков, обозначенная каждый своим символом, который в темноте светился флуоресцентом.
— Главный холл школы. Это место называется «Зал Чертогов», часто тут проводятся различные практики, обычно здесь немноголюдно. Сейчас мы выйдем с вами через главный коридор в школьный корпус, если его можно так назвать в привычном смысле. Ибо школьный корпус представляет собой обширную и немного путаную паутину коридоров. Там находятся учебные классы, библиотека, теплицы, грибницы, тренировочные залы, лаборатория, а также медзнахарские палаты и столовая. Только с этого уровня можно выйти к хребтам, так мы называем общинные общежития, Малахитному проспекту, Лысой горе, Заколдованной пуще и другим местам, о которых вы узнаете уже в процессе, — он развернулся и повел юных ведьмагов к коридору, находящемуся слева от входа.