Куда черт послал (СИ)
— Який, возьмёшь со стены нашу карту, — приказал староста одному из парней. Тот кивнул и неторопливо двинулся к деревне. Видать, сынок: такой же породистый и хваткий.
Глава 4
До деревни было и впрямь недалеко. Який обернулся в пять минут.
— Вот, — протянул он отцу карту, видимо, опасаясь подходить ко мне.
У главы семьи таких предрассудков не было.
Староста выложил на правую мою руку денежки, в левую сунул свиток.
— Ну, желаю удачи, — сказал он. — Сразу говорю, дело непростое, но, судя по твоему виду, ты и не в таких передрягах побывала. Пошли, мужики…
Мужики и впрямь пошли, но меня такой поворот не совсем устраивал.
— Эй, погодьте. Так дела не деются, — окликнула я деревенских.
— Чего тебе ещё, ведьма? Сама ж цену назначила, — недружелюбно отозвался староста.
— А харчи в дорогу? Их тоже к договору надыть прилеплять?
Староста почесал макушку, переглянулся со своими спутниками, но те в ответ только плечами пожали. Опыта сделок с нечистой силой у них было мало, так, основы знали да и только.
— Фанас, не жадничай, разве от нас убудет? — Михей толкнул старосту в бок.
— Так и отдай свою сумку, — приказал староста, возмущённый таким обращением подчинённого. Что-что, а свой статус всегда надо поддерживать.
Михей недовольно покряхтел, но всё же протянул мне котомку.
Я небрежно бросила сумку на свои вещи, взглядом показывая, что теперь приём точно окончен и все могут быть свободны.
Задерживаться мужики не стали. Только Михей один раз обернулся, сожалея о своей суме.
Его запасы оказались немного богаче, чем у товарища. Кроме вина и колбасы, имелась початая коврига хлеба, пяток яиц, соль в тряпице, и пара луковиц. Ну, и сама сумка тоже могла считаться добавком к моему нехитрому имуществу. Для верности я охотничью котомку ещё и потрясла, и мне показалось, что где-то звякнуло. Старательно ощупав ткань подкладки, я нашла спрятанные за ней серебрушки.
Вот жуковатый мужик, заначку в суму спрятал!
Я подержала монетки на ладошке, любуясь блеском новеньких монеток. Пара штук, а приятная добавка!
— Если так дальше пойдёт, то на новом месте я обживусь со всеми удобствами, — убирая в кошель денежки, подбодрила я себя.
Особо рассиживаться не стала: наскоро перекусив, собрала вещи и занялась подготовкой к работе. Для начала полазила по окрестностям, отыскивая следы лесного гостя, насобирала трав для ворожбы. Места здесь были богатые, быстро и без труда удалось найти нужные травки.
Я села на пень и стала готовить пуганку. Занятие несложное, но требующее внимательности и концентрации. Травы необходимо переплести между собой в строгой последовательности, да ещё и постараться сделать это аккуратно. Прежде я никогда особо не заморачивалась с подобными заданиями: слеплю кое-как, чтобы только отвязаться, а результат пусть проверяют экзаменаторы. Может, меня и недолюбливали из-за этого?
Я фыркнула, вспомнив крики и брань моих часто меняющихся кураторов и частые вызовы в канцелярию к главному чёрту. Кажется, что всё это было в другой жизни.
Сегодня же случай был особый. Работала для себя, а потому ни о какой небрежности разговора быть не могло.
— Так, ещё полынок вплету, пожалуй, — решила я, любуясь на растительную косичку. Полынком я её и обвязала, чтоб не расплеталась.
Надеясь, что моя работа много времени не займёт, я решила оставить весь свой скарб на месте ночёвки. Ведьмины вещи никто не тронет, боясь проклятия, а животинки не разбегутся, мы теперь одна семья.
С пуганкой в руках я углубилась в чащу. Скоро запах зверя стал чувствоваться явственнее, и я притормозила. Не знаю почему, но мне вдруг стало как-то неуютно. Мне! В лесу! Это вообще дело немыслимое.
— Что-то тут нечисто, — пробормотала я.
Нагнулась к самой земле, отыскивая свежий след. Внимательно его рассмотрела, поковыряла пальцем землю, понюхала.
— Вот адские посланники! Обманули-таки! — в сердцах сплюнула я.
Изворотливые людишки под видом медведя втюхали доверчивой ведьме оборотня.
Впрочем, сильно расстраиваться я не торопилась. С оборотнями ведьмы хоть и не состоят в дружбе, однако и особой вражды не ведут. Поэтому есть неплохой шанс договориться по-хорошему. Надо только с умом к делу подойти.
Я расплела косу, растрепала свои седые волосы, вымазала лицо землёй и вырастила но носу большую бородавку. Все эти приготовления нужны были для того, чтобы убедить оборотня в том, что перед ним уже древняя ведьма, а с такой всякое разумное существо поостережётся связываться. Выискала для себя костылеобразную палку, сгорбилась и, с кряхтеньем и ежесекундными проклятиями в адрес всего, что попадалось на моём пути, поковыляла дальше.
— Фу, не могу больше! Чтоб земля разверзлась под ногами тех мерзких людишек, что меня сюды направили! — я села на поваленное бревно, изображаю ту самую усталость. Запах зверя говорил о том, что невдалеке его логово, потому я вполне оправданно надеялась, что он сам обязательно выглянет посмотреть, кто пожаловал к нему в гости. Я ж не совсем больная на голову, чтоб в само логово к нему лезть!
Пять минут прошло в томительном ожидании, во время которого я отфыркивалась и откашливалась, не забывая поминать в проклятиях всех недоброжелателей. Рядом в кустах на меня пялились настороженные глаза зверя. Наконец оборотень решил показаться.
— Эй, ведьма, чего надо? — прервал моё выступление хриплый мужской голос.
— Не чаво, а каво! — ответила я, подслеповато щуря глаза.
— И кого же?
— Мядведя ищу.
— Зачем? — осторожно поинтересовался оборотень.
— Да бедокурит косолапый в деревне. Вот мне заказ на шкуру и поступил, — мои глаза оценивающе прошлись по коренастой мужской фигуре. Подобное внимание оборотню не пришлось по душе.
— А шкура должна принадлежать конкретному медведю? — заёрзал он.
— Ну, если людей никто не будеть больше разорять, то, думаю, мне без разницы, чья именно шкура мне достанетси, — мои скрюченные пальцы зарылись в растрёпанные космы.
— А если я сам с нарушителем разберусь? — оборотень старательно делал вид, что сам к непотребствам никакого отношения не имел.
— И шкуру принесёшь? — скосила я глаза на оборотня.
— Да хоть сейчас, — оборотень определённо забеспокоился, поэтому готов был откупиться.
— Тады тащи. Мне давно пора к дому двигать, а я ещё даже и маковой росинки с утра не пригубимши…
Мои намёки были поняты оборотнем правильно, поэтому вскоре я стала счастливой обладательницей бочонка медовухи и той самой шкуры. Видать прежнего хозяина берлоги оборотень выпотрошил без сожаления. Пусть шкура и не была новой, но в моём хозяйстве сгодится и такой товар. Осталось только доставить товар к стоянке.
— Эх, стара я совсем стала. Как же я дотащу гостинцы-то? — покряхтела я, будто бы с трудом приподнимая шкуру за один край.
— Я помогу. Если хочешь, то и подвезу, — предложил лесной разбойник.
— Ты?
— Да, — оборотень плавно перетёк в свой истинный вид.
Я уважительно присвистнула, оглядывая огромного зверя.
— Эх, тады я тебе подарю вот энтот амулет, — я чуть ли не в самый нос оборотня ткнула пуганку.
Оборотень нервно отпрянул, брякнувшись со всего маха на пятую точку.
Я расхохоталась, пройдясь по самолюбия оборотня. Правда, сильно глумиться не стала.
— Ну и чаво ты? Это же табе в помощь. Любой зверь будеть за версту обегать берлогу. Да и обычный человек не сунетси.
Оборотень подозрительно обнюхал пуганку, чихнул.
— Ты, это, прикопай подарок где-нибудь здесь…
Брать в лапы мою ворожбу он так и не решился.
Через несколько минут я гордо восседала на медвежьей холке, крепко придерживая честно заработанные дары.
Глава 5
— Всё, приехали, — бодро спрыгивая с медведя, сказала я.
К самой стоянке тащить оборотня было не к чему, а сотню метров я и сама в состоянии протащить своё богатство.