В одной постели (СИ)
Захотелось закрыться на замок, отойти как можно дальше.
И тогда…
Он бы непременно продолжил наступление.
О нет, он не из тех, кто довольствуется лишь осознанием собственного превосходства. Ему нужна полная победа — сокрушительный разгром!
Поэтому я, содрогаясь внутри от эмоций, все же попыталась ввязаться в игру и ответить ему так же.
По крайней мере, мне очень хотелось верить, что мой ответ был хотя бы вполовину так же хорош, как провокация Кароля.
— Хорошо, если так, Эмиль Рустемович. Иначе мне бы тоже пришлось кое-что сделать…
Он немного дернул вверх подбородком, темные глаза окатили горячей волной интереса и одобрения, мол, вперед, продолжай.
— Поскольку трусики так и остались у меня в руках… Может быть, вы не особо хорошо справляетесь с задачей “одеть девушку”. Раздеть ее гораздо легче. Я бы с легкостью продемонстрировала вам, как это делается.
Я нагнулась и расправила трусики, по очереди встала туда ножками и начала натягивать их, еще вильнула бедрами и попой.
— Я бы попросила оценить, так ли они хорошо смотрятся, как хотелось бы. Встала бы, опершись на комод и сделала вот так…
Я задрала халат повыше, изогнулась, подвигала попой.
Поза более чем откровенная и доступная.
Сзади пронесся мужской выдох.
— Кажется, неплохо? — погладила себя по заднице. — Или нет? Что вообще мужчины понимают в женском белье? Выбрали самые вычурные. Я бы выбрала трусики поменьше.
— Поменьше? — живо поинтересовался Кароль. — Насколько меньше?
— Процентов на шестьдесят, — добавила небрежно и отошла в сторону.
Я сделала шаг в направлении шкафа, там не было зеркал, и Эмиль ничего бы не смог увидеть в отражении.
Поэтому развязала полы халата и позволила ему упасть на пол.
Эмилю была видна моя голая спина, ноги и попа в трусиках.
Только бы не струсить в самый последний момент. Только бы не струсить!
— Но женское настроение такое переменчивое. Нет, я все-таки решила бы оставить эти трусики, а бюст так неудобно застегивать самой. Я бы предложила сделать это вам… — забросила лямки на плечи.
Позади раздался шорох мужских шагов.
— И пока вы фантазировали бы о том, чтобы под предлогом, хорошо ли грудь легла в чашечку, нагло потискать пальцами те самые карамельные сосочки, я бы надела платье, которое не подразумевает под собой бюст.
Я быстро натянула на себя именно такое платье. С левой сторон талию кольнуло биркой. Плевать, потом срежу!
Потом я повернулась. Эмиль часто дышал и смотрел на меня… жутко пламенным взглядом.
— Еще я бы порекомендовала вам сегодня надеть брюки посвободнее, эти вам в ширинке явно малы. Но вы же просто пришли спросить, что я хочу на ужин.
— Да… — прохрипел Кароль.
— На ужин я хотела бы утиную грудку средней прожарки в винном соусе, с картофельным гратеном, — просмаковала.
— Я сейчас закажу, — прочистил горло. — Не подскажешь, из какого ресторана лучше сделать заказ?
— А вам зачем? — округлила я глаза. — Речь идет о моем ужине, Эмиль Рустемович.
— Но я сказал тебе…
— Вы сказали, повторяю дословно. “Красивые трусики. Надень их на ужин…” Я надела, — вильнула бедрами. — Где там было сказано, что я должна ужинать в вашей компании?
Эмиль бешено сверкнул темными глазами. Ему кто-то позвонил. Он ответил, не отрывая от меня пламенного взора.
— Отлично, — кивнул он. — Спасибо, что сообщили. Что ж, Аделина. Рекомендую подружиться с хозяином этого дома, — показал на себя пальцем. — Располагайся, мы теперь соседи надолго…
— Что случилось? - под сердцем похолодело.
Глава 14
Ада
— Ребята кое-что обнаружили в лофте, заподозрили скрытые камеры и решили добраться до них. Кабели были скрыты в стене. В стенах… Рабочие все проверили. Капитально.
— О нет…
— О да. Лофт разбомблен. В хла-ми-ну!
— А что с камерами?
— Да, там раньше были установлены камеры. Прежний владелец от них избавился, но подводка и раскинутая электросеть осталась, а я… забыл об этом сообщить парням.
— Забыл.
— Вылетело из головы.
Забыл? Он никогда ничего не забывает, но часто валяет дурака, обманывая людей своей якобы ветреностью и забывчивостью.
— Случайно? — спросила я, закипая от гнева.
— Именно так. Может быть, это даже к лучшему. Давно было пора обновить интерьер. Капитальный ремонт — то, что нужно!
Вот… ГАД!
Лишил меня крыши над головой, поселил рядом с собой и издевается!
Хотя если быть честной, Эмиль не сделал ничего дурного. Он затеял капитальный ремонт в своем лофте и не обязан отчитываться… Вот так.
Именно поэтому с ним настолько трудно тягаться — он думает на несколько шагов вперед и почти всегда прав, слишком изворотливый, сложно поймать его на вранье, потому что он умело ставит правду в такие позы, что даже камасутра бы покраснела.
— Я подыщу себе отель.
— Исключено. У меня много работы, ты нужна мне под рукой. Ужинаешь сегодня со мной, это не обсуждается. Иначе обидишь хозяина. Ты хочешь меня обидеть, Золотце, зная, какой я злопамятный?
Ух…
Посмотрел на меня без тени флирта.
Эта сволочь… может. Может затаить зло и отомстить.
— Хорошо, я остаюсь и поужинаю! — процедила сквозь зубы. — Но позвольте выбрать ужин самой.
Если он сейчас начнет спорить…
Но Эмиль умел и обескуражить тем, что мог отступить внезапно и не держаться за свои позиции намертво. Сложно спорить с тем, кто на ходу меняет правила.
— Договорились. Удиви меня. Но ужинаешь в этом! — показал на меня. — Все, что на тебе надето. Ничего лишнего.
— Даже обувь?
— Ну что ты, я позволяю тебе выбрать обувь. К этому роскошному платью хорошо подойдет парочка черных шпилек.
***
Потом был ужин.
И моя новая борьба с неловкостью. Ведь надев платье, которое не требовало лифчика, я была вынуждена сидеть без него.
Эмиль захотел поужинать на террасе, и к тому времени стало прохладнее. А на мне — тонкое платье, с открытой спиной и высоким разрезом до середины бедра! Мои соски встали как пули, и я никак не могла выкинуть из головы слова босса: “Эти карамельные сосочки по вкусу напоминали ириски…”
Заметив, как я ежилась от прохлады, босс покровительственно надел на меня свой пиджак, и хоть стало намного теплее, пиджак весь пропах его мужским запахом, ароматом парфюма — и я задыхалась.
Мы ужинали, обсуждали дела. Более-менее обстановка была приятной, пока вдруг мне не позвонили.
Всеволод.
И что он ко мне прилип, как банный лист к мокрой заднице, подумала я.
Босс отреагировал быстрее, чем я, схватил аппарат и… отключил его.
— Вообще-то мне звонили.
— Ты видишь рядом со мной телефон? Или слышишь, чтобы кто-то мне звонил? Моего телефона рядом нет, и я попрошу уважать одно из правил этого дома. Никаких телефонов за столом во время еды.
Пришлось согласиться.
***
— Хороший был ужин. Я одно не могу понять, почему все — с мятой? — поинтересовался Эмиль, активно набирая ложкой мороженое на десерт — мята с шоколадной крошкой. — Основное блюда, салат, пирог, чай. Даже мороженое!
— Мята успокаивает нервную систему. Еще мяту активно употребляли монахи, чтобы уменьшить зов плоти и усмирить похоть.
Эмиль перестал жевать, застыл с ложкой в рукой.
— Но это просто пришлось к слову. Я хотела, чтобы вы нервничали поменьше!
Эмиль отставил креманку в сторону.
— По-твоему я нервничаю?
— Нет, но скоро придется. Капитальный ремонт добавит вам хлопот.
— Не мне, а нам. Хозяин — я, но жить там будешь все равно — ты. Так что и хлопоты — по-по-лам.
— Ах вы… — затряслась от гнева, понимая, как это будет выглядеть.
Я начну нанимать дизайнера, поработаю с ним, а Эмиль будет все критиковать!
Я помню, как он извел всех, когда делали ремонт в его кабинете. Ему показалось, что краска получилась не тон-в-тон, как он хотел.