Демоны могут смеяться (СИ)

Я задумался, взгляд непроизвольно соскочил на кровавую лепешку на асфальте. Это с какой же высоты он упал? Километр?
— Ты умеешь открывать порталы в прямой видимости?
— Легко. Это первое чему учат портальщиков.
— Тогда мне надо туда — я указал на высотку, этажей в пятьдесят — доставь меня на крышу.
— Сделано — я увидел, как высоко в небе, над крышей многоэтажки разверзлось окно портала, и точно такой же проем в реальности открылся рядом с нами.
Я шагнул в разрыв пространства, чтобы тут же выйти на крышу здания. Кейт появилась рядом, а я бросился к парапету. Взглянул вниз, обошел здание по кругу.
— Что ты собираешься делать? — оказалась рядом со мной Кейт.
— Пытаюсь найти нашего вора.
— Да он уже километрах в десяти, наверное.
— Это не предел.
— Не предел для чего?
— Ненавижу это… — я не стал тратить время на объяснения, все равно сейчас увидит: — Тень, мне нужна твоя помощь.
Татуировки зашевелилсь, пятнами Роршаха сползлись в одно чернильное пятно, которое черной, подрагивающей нефтяной кляксой, переползло с груди на шею, а затем и на лицо.
Я знал, как это выглядит со стороны — мое лицо, казалось, просто исчезло. Не почернело, нет, чернила не были черными как сажа или черная краска, и то и другое отражает хоть какую-то часть света, имеет текстуру, блики. Демоническая же чернота, это словно дыра в реальности, не чернота, а скорее пустота, сравнимая, наверное, разве что с чернотой черной дыры.
Разглядеть даже рельеф лица было невозможно, казалось его просто срезали, оставив на его месте космическую пустоту с неровными, подрагивающими краями, благо продолжалось это не долго. Чернила собрались на верхней половине лица, закрыв глаза, лоб виски и частично щеки, как нелепая, отвратительная маска для сна, а потом, из этой черноты показались глаза, словно бы всплыли на поверхность, прорывая тонкую пленку реальности.
Пока Кейт смотрела на мои метаморфозы расширенными от ужаса глазами, меня выворачивало наизнанку. Глаза тени казалось, не появляются просто вот так, из ниоткуда, а словно бы вырываются откуда-то изнутри, прорываясь сквозь ткани даже не тела, а скорее души. Мои собственные глаза в этот момент как будто продавливались изнутри, наверное, с похожим ощущением, только тысячекратно слабее конечно, режутся зубы у младенцев, впервые прорываясь сквозь плоть…
— Фух. Черт… — я покачнулся, но устоял, ухватившись за плечо девушки — ненавижу это делать.
Три пары вороньих глаз — два больших и еще четыре чуть поменьше — уродовали человеческое лицо, сгруппировавшись по три штуки. Один большой глаз, и под ним два маленьких, с каждой стороны лица. Зеркала поблизости не было, но одним из глаз я видел свое отражение в стеклянной стене небоскреба на соседней улице, прекрасно различая каждую мимическую морщинку и каждую волосинку в прическе.
Место где человеческая плоть переходила в демоническую, казалось воспаленным, но не красным, а глянцево-черным. Прожилки черных вен расходились в стороны, под распахнутым плащом напротив сердца, пульсировало черное пятно, три пары глаз беспорядочно вращались, собирая информацию из окружающего мира.
Круговая панорама обзора захватывала, голова кружилось, картинки из разных глаз накладывались одна на другую. Какие-то глаза Тени работали как широкоугольная оптика, выстраивая в голове трехмерную панораму всего вокруг, какие-то другие — как телевики, ловко перескакивающие с одного интересного объекта на другой, еще пара глаз служила мощными зум объективами, мгновенно, стоило только «прищуриться», приближая отдельные части общей картинки так, что с пятидесятого этажа можно было не только разглядеть ползущего по земле муравья, но и пересчитать каждый сустав на его лапках.
Визуальный мусор полностью затопил восприятие. Я видел глазами Тени каждую пылинку, каждую песчинку, каждую, мельчайшую трещинку на стенах строений и все это не растворялось в фоновом цветовом пятне, а обсчитывалось и запоминалось. Видимый спектр тоже сильно отличался от привычного, человеческого. Тень видела ауру, видела энергетические потоки, видела тепловую сигнатуру, видела пульсирующие линии, пронизывающие окружающую реальность и какие-то сверкающие частицы — что это такое и к какому пласту реальности относится я даже не представлял. Картинка постоянно распадалась и снова собиралась, словно теряя синхронизацию. В телевизоре иногда бывает, что звук отстает от видео, здесь же, в восприятии демонической вороны, картинка словно отставала от картинки.
 
Могло показаться, что это мой человеческий мозг просто не способен усвоить столько информации и часть кадров тормозит и отстает, но на самом деле наоборот — часть кадров словно бы воспроизводилась раньше, чем в реальности. Это хорошо было заметно по звуку — когда Кейт сделала несколько шагов назад, я сначала увидел это, а потом, спустя пару секунд, услышал. Звуки шагов девушки синхронизировались именно с отстающими кадрами, а не со спешащими. Тень видела будущее, ну или как минимум, достоверное его просчитывала.
Я подошел к краю крыши мелкими шажками — держать равновесие было непросто, но я быстро привыкал. Несколько минут и смогу ходить почти нормально.
Шесть пар глаз уставились вниз, туда, где минуту назад на меня напали сначала воры на мотоциклах, а потом мажорик со своим телохранителем. Один из глаз напрягся, картинка рывком приблизилась, хорошо заметные на асфальте следы протектора, уходили вперед и налево.
Черный, отчетливо видимый след — в самом начале, когда байк с пробуксовкой сорвался с места — истончался и переходил в почти невидимый отпечаток, просто на узкой полосе асфальта, один его участок, на четверть тона отличался от другого.
Примерное направление есть. Глаза заметались осматривая все вокруг, следя за едва уловимыми светящимися нитями энергий и смазанными, дымными шлейфами множества аур. В стеклянном боку небоскреба в соседнем квартале, мелькнуло отражение и сразу несколько глаз повернулись в ту сторону, отчего я чуть не свалился — мир казалось, мгновенно повернулся вокруг своей оси.
Нет, это было отражение в полированном черном борту мерседеса, которое отразилось в боковом зеркале другого автомобиля, а уже отражение в этом зеркале, на мгновение отразилось в стеклянной стене небоскреба… Многократные отражения и преломления просчитались где-то там, в подсознании моем или демоническом — не знаю, но глаза резко метнулись в какую-то конкретную точку, и на мгновение я успел увидеть знакомый мотоцикл, что скрылся за углом высотки. Все. Отсюда уже не видно.
— Нашел! Строение с вывеской «Чапман ред», — я указал рукой на небоскреб, на крыше которого красовалась огромная пачка сигарет с неоновой подсветкой — видишь его? Нам надо туда.
Кейт вглядывалась в направлении которое я указал, но я понял, что она еще не сообразила куда мне нужен портал. Я схватил ее руку, и ее же пальцем указал вперед. Она вздрогнула когда мое лицо с вороньими глазами приблизилось к ее лицу, но не отстранилась.
— Вижу.
— Открывай.
Мы шагнули в портал и вывалились уже на нужной мне крыше, я бросился к парапету, прямо под металлической конструкцией с закрепленной на ней огромной пачкой сигарет, каждая сигарета в которой была длиной с телеграфный столб… Глаза метались выискивая нужный мне мотоцикл в потоке. Есть. Вот он, красавчик. Попался.
— Кейт вон он, — я снова указал девушке направление, когда мотоцикл остановился на светофоре — видишь его? Давай сюда эту гниду.
Светофор переключился с красного на зеленый, байк взревел мотором рванув с места легко уделывая стоявшую рядом с ним BMW, оторвался от потока, и на полной скорости влетел в на мгновение раскрывшийся прямо перед ним и тут же схлопнувшийся портал.
Рев мотора секунду назад слышимый откуда-то снизу, заорал прямо над ухом, байкер вылетел из портала, приземлился на крышу, колеса завизжали срывая с бетонной плиты битумную обшивку. Мотоцикл занесло, байкер успел вывернуть руль, нажать на тормоза и вместо того, чтобы улететь с крыши, врезался в опору неоновой сигаретной пачки.