Демоны могут смеяться (СИ)

— Тупые — улыбнулась девушка — очень знакомо.
— Плебеи везде тупые. Не думаю что русский плебс умнее местного.
— Такие же. Каждый второй таксист — геополитик.
Неторопливым шагом, болтая о всякой всячине, мы отошли от вокзала не меньше чем на километр, углубившись в переплетения каких-то улиц, явно не туристических и не из богатых, но весьма оживленных.
Мимо сновали пешеходы, проезжали автомобили, с громким ревом прямотока проносились байкеры. Где-то лаяли собаки, слышались сирены, тихими убийцами выскакивали из-за спины электросамокатчики и велосипедисты, слышно которых не было до самого момента их появления в поле зрения.
Ублюдки носились прямо по широкому тротуару, объезжая пробку и то и дело норовя нас протаранить. Дважды меня чуть не снесли безумные доставщики пиццы на электроскутерах, после чего я проникся ненавистью к электротяге и возлюбил бензиновые моторы — этих хотя бы было слышно.
— Вот мрази! — я оттолкнул в сторону Кейт, и сам отскочил к стене строения, когда очередной скутерист пронесся в считанных сантиметрах от меня — да сколько можно?
Едва завидев боковым зрением очередного доставщика с квадратной сумкой за спиной, что выкатил своего железного коня на тротуар, я не стал отходить в сторону, уступая ему дорогу, напротив, даже сместился влево, преграждая тому путь, и активировал духовный доспех, добавив немного маны и превратив его в кинетический.
Теперь доспех не просто был непробиваемой скорлупой вокруг моего тела, он еще и кинетическую энергию поглощал. По сути теперь воздействием извне, меня с места сдвинуть невозможно, в пределах запаса маны конечно.
Отца под кинетическим щитом не смог бы сдвинуть с места несущийся во весь опор скоростной поезд, или сдуть ядерный взрыв. Неро или Данте, вполне могли остановить грудью разогнавшуюся фуру, не отступив ни на шаг… Моих запасов маны хватило бы в лучшем случае на неторопливую малолитражку. Ну или не тяжелый мотоцикл.
Электробайк влетел в меня как в гранитную скалу. Переднее колесо встретилось с задним, в воздух взлетели коробки с едой, а сам курьер воткнулся пластмассовым шлемом прямо мне в лицо, ломая забрало а вслед за ним наверное и нос с челюстью, о едва заметную мерцающую пелену кинетического щита.
— Зачем ты так? — удивилась Кейт, взглянув на вяло копошащегося на земле доставщика — он же мог убиться.
— Да не убился бы он, я аккуратно…
— А зачем?
— Бесят. Носятся туда-сюда.
— У него работа такая!
— Сам виноват — я пожал плечами — никто его не заставлял гнать по тротуару. Да и мы не знаем, вдруг он на самом деле карманник. В Чикаго много таких — проезжают на байках, и выхватывают из рук сумки, телефоны и прочее. Я просто решил его поучить.
— Учитель… — недовольно как-то покачала головой Кейт — вон, его поучи.
Я проследил за ее взглядом и увидел выходящего из гаража мужика, очевидно одаренного, судя по тому что под мышкой он, не особо напрягаясь с виду, выносил здоровенный чоппер, с длинной вилкой и мощным оппозитным движком. Весила эта бандура килограмм под пятьсот, навскидку.
Поставив мотоцикл на дорогу, байкер окинул взглядом валяющегося на тротуаре курьера, показал мне большой палец, и пнул кикстартер, заводя своего коня.
— Его то за что? — я проследил как тяжелый байк с обилием хрома протиснулся между рядами автомобилей и скрылся за поворотом.
— А если бы он по тротуару погнал, ты бы встал перед его байком?
— Если бы он летел на тебя то конечно — отшутился я — ну а если серьезно то пожалуй что нет. Тяжелый сильно, и мужик здоровый, силенок наверное не хватило бы такую массу удержать, он бы меня смял как жестянку…
— Вот то-то же.
— Но есть же и другие способы — я сгреб телекинезом в одну кучу все что валялось на дороге, вместе с курьером и его помятым скутером, поднял, ленивым жестом, и сбросил в мусорный контейнер что стоял у стены. Затем не напрягаясь, легким движением пальцев, поправил криво стоящий бетонный блок, весом килограмм под сто, с закрепленной на нем стойкой дорожного знака, и пусть я потратил почти всю ману, со стороны это было, насколько я мог судить, не заметно.
 
— Хорошо владеешь телекинезом.
— Пришлось выучиться — я кивнул на какой-то бар — давай зайдем, выпьем что-нибудь и попробуешь чемодан забрать.
По моим прикидкам мы отошли уже более чем на километр. Телепортация — наука тонкая и нежная, но вряд ли хаотические эманации черного сердца дотягивались сюда.
Заказав по пивку, мы заняли неприметный столик в углу, и Кейт прямо над столом, развернула мерцающую пелену портала. Он походил на круглую дыру в ткани мира, с рваными краями слегка подсвеченную по контуру. Там где границы портала соприкасались с реальностью, контуры разрыва в ткани мироздания искрились и сыпали мерцающими оранжевыми частицами, напоминая мне духовный доспех под нагрузкой. Реальность словно не могла состыковать между собой две локации, края соединяемых кусков реальности, словно аккумуляторные клеммы, искрили и трещали, и этот самый стык, постоянно пытался схлопнуться, ему мешала только воля волшебницы, ну и куча маны конечно же.
— Даже боязно руку совать — нервно хихикнула Кейт — но вроде бы куда надо открылся.
Девушка зажгла на ладони светлячка — простенькое заклинание едва ли не из детского сада, вот только у меня почему-то оно никогда не получалось, и попыталась посветить им в портал, заглядывая со стороны. Видимо никаких жутких тварей там не заметила, и запустила руку внутрь.
В этот самый момент, где-то, возможно за десятки километров отсюда, в камере хранения открылся разрыв реальности из которого высунулась рука. Формально, можно считать что рука Кейт сейчас в несколько километров длиной.
— Да, вот он — Кейт вытащила словно бы из столешницы, если смотреть со стороны, большой чемодан и поставила его рядом со стулом. Закрыла портал и пошевелила пальцами словно пробуя воздух на ощупь.
— Все в порядке?
— Как видишь. Никаких проблем, черное сердце сюда уже не дотягивается.
— Ну что, пойдем обратно?
— Пойдем. Пивасик только допьем. В баре на поезде какая-то вычурная дорогущая херня а не пиво, если честно.
— Зато вискарь там хороший.
— Еще два пива пожалуйста — Кейт перешла на английский и помахала рукой бармену.
Добив по второму стакану пива мы все таки направились к поезду. Небольшая сложность появилась на этапе оплаты — у меня были евро, заготовленные для поездки в старый свет, и если наркоторговцы принимали их без проблем — с ними в общем-то можно было расплатиться хоть криптой хоть зимбабвийскими фантиками, местный бармен еврики брать не хотел, пока я не предложил ему пятисотку без сдачи. На этом моменте его патриотический угар малость поутих и он согласился взять оплату заокеанскими деньгами. Я уже извлек из кармана купюру, но Кейт выхватила ее у меня из руки, прежде чем толстые пальцы бармена сомкнулись на бумажке.
— Раз уж сдачу оставляете себе, с вас еще упаковка «бада».
— Ладно — согласился бармен, пятьсот евро даже с учетом упаковки пива, покрывали наш заказ минимум раз двадцать — Кейт немного потеребила в руке купюру, и с явным недовольством протянула ее бармену.
Тот обернулся быстро. Купюру убрал в кассу, а нам притащил упаковку на двенадцать банок пива. Я подхватил ее под мышку и мы побрели на выход. Я — цокая по полу тростью, а Кейт тарахтя колесиками чемодана.
— Да и фиг бы с ним, с этим пивом — я потряс упаковкой когда мы оказались снаружи — зачем она тебе?
— Незачем — Кейт приняла упаковку у меня из рук и бросила в мусорный контейнер неподалеку — мне была нужна купюра.
Девушка щелкнула пальцами, высекая оранжевые искры и рассмеявшись, открыла прямо перед собой тонкую щель портала, в которую моя рука уже бы не прошла, а вот узкая ладонь Кейт, протиснулась легко. Вытащив обратно руку с зажатым в ней ворохом мятых купюр, Девушка расхохоталась и сунула их в карман, вернув мне мою пятисотку.
— Я поставила на нее портальную метку.